Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Гиппогрифы - это не только ценный мех, но и 3-4 килограмма натурального высококачественного пера.

Список фандомов

Гарри Поттер[18567]
Оригинальные произведения[1253]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12781 авторов
- 26921 фиков
- 8682 анекдотов
- 17712 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Травник

Автор/-ы, переводчик/-и: Wilwarin
Бета:нет
Рейтинг:R
Размер:миди
Пейринг:СС/ГП
Жанр:Romance
Отказ:Сердечно благодарю маму Ро за 6 книг и 31 главу. Остальное мы уж как-нибудь сами…
Вызов:HP-Ficathon 2008
Цикл:Страна Снов [1]
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Травник – книга, где описываются травы и зелья лечебные; в рукописных травниках, как в сборниках, находим и разные поверья, суеверия, заговоры. (В.И. Даль)
Комментарии:Фик написан на HP-ficathon 2008 на Астрономической Башне по заявке titullapa: «Высокорейтинговый снарри (романс; если драма - то с ХЭ, не ангст, не БДСМ)».
У меня есть четыре, нет, пять, оправданий: это снарри, рейтинг высокий, не ангст, не БДСМ. Даже романс. Оправдания насчет извращенского представления о ХЭ у меня нет. Поверьте, я долго билась ап стенку, но оно написалось именно так. Хотите, считайте это жестоким стебом на «долго и счастливо», хотите – ремейком Нангиялы из «Братьев Львиное Сердце» Астрид Линдгрен. Впрочем, можно не заморачиваться, чихнуть на воспаленное сознание автора и считать всё нижеследующее АU – в самом что ни на есть буквальном смысле этих слов.
Иллюстрации взяты отсюда. Любителям редких и древних книг рекомендуется. Ссылку на этот чудесный сайт позаимствовала у не менее чудесных Acid и Sinick, которые указали ее в примечаниях к своему великолепному фику "Два медальона", за что им огромное спасибо!))

К фику также сделаны замечательные коллажи)))) автор - Anarda
http://static.diary.ru/userdir/6/9/4/1/694184/79691130.jpg
http://static.diary.ru/userdir/6/9/4/1/694184/79691128.jpg
Каталог:нет
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2008.08.18 (последнее обновление: 2008.08.18)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [12]
 фик был просмотрен 18031 раз(-a)



Primula veris, первоцвет весенний – по древним поверьям, помогает находить клады, отпирает любые замки (т.н. «весенняя трава», часто упоминается в легендах и сказках), съеденный цветок якобы позволяет увидеть духов. Отвар используется для лечения заболеваний дыхательных путей, в малом количестве может добавляться в настои, лечащие астму (в сочетании с пиявочным соком и измельченными жабьими языками).



Дом утопает в цветущих вишнях. Лепестки везде – и на узкой тропинке, ведущей к речке, и на покатой крыше, и в волосах Гарри. Сколько ни мотай головой, пара-тройка все равно остается, и он привычно ерошит волосы пятерней, вытряхивая назойливые белые кружки. Но усыпанные цветами кроны успокаивают, запах стоит одуряющий, и Гарри нравится гулять по саду, особенно по вечерам.
Здесь, в вишнево-кружевных облаках, легко дышится и думается, идиотские мысли и переживания не роятся, как обычно, в голове.
Можно было бы вытащить из сарая Всполох и полетать над колышущимися волнами вишен. Соседские мальчишки-магглы умирают от восторга каждый раз, когда он приглашает их покататься. Они под страхом смерти поклялись не рассказывать родителям, когда застукали Гарри в середине пируэта, но мелкие шантажисты знали, что попросить взамен их молчания. Самые младшие раскидывают руки, как крылья, наплевав на высоту, и подражают звукам реактивного самолета.
Вот только на сегодняшний вечер у Гарри другие планы. Он идет к белеющему в полумраке дому. Там, под зелеными ставнями, раскинулось ярко-желтое озеро первоцветов, сигнальные майские огни. Уже совсем скоро Северус оборвет цветки, высушит листья и траву, а потом они пойдут в какое-нибудь сложное вонючее зелье. У Гарри же цели гораздо более приземленные: собрать свежие листья, мелко покрошить и приготовить весенний салат. Два десятка листьев большого ущерба не нанесут, решает он, и склоняется к цветам, окунаясь в нежно-медовый аромат.
Заходящее солнце в дымке, в воздухе – неестественная для весны духота, по лбу скатываются капли пота. Испачканные в травяном соке пальцы пахнут пряно и резко.
Сорванную добычу Гарри несет в дом, чуть не споткнувшись о большого черного кота, который вдруг решил потереться о его ноги.

*

Urtica dioica, крапива двудомная – листья можно срывать только во время цветения, настоянная на спирту обладает кровоостанавливающим и заживляющим свойством. Для усиления эффекта используется вместе с маринованными щупальцами растопырника; добавляется также в противофурункульные зелья (настойка разводится водой в соотношении 1/3).



Кот у них появился на исходе лета, вскоре после того, как они поселились в заброшенном доме, отделенном от деревни рекой. Стоял прохладный август, часто шли дожди, и серым безрадостным утром они собирали крапиву.
- И много еще нужно? – Гарри совсем не прельщала мысль провести весь день в рукавицах под наливающимся дождем – а позже, определенно, прольющимся, - небом.
- Рви. Физический труд, даже такой незначительный, полезен для здоровья.
Гарри уже хотел было заикнуться о том виде физического труда, который мог бы быть интересен им обоим, но озвучить мысль не успел. Из зарослей крапивы вышел, потягиваясь, черный котяра. Умная нахальная морда, разодранное ухо, желтые глаза и шерсть в ржавых подпалинах. В общем, из тех, что на «кис-кис» не отзываются.
- Здравствуй, - сказал Гарри. Кот задумчиво склонил голову набок.
- Поттер, не отвлекайся, нужно успеть до дождя.
Кот следил за тем, как они в четыре руки опустошали крапивные рощи. Когда закончили, поднялся с ними на крыльцо и невозмутимо уселся на верхней ступеньке, вылизывая бок. В дом он заходить отказался.
- Вот и прекрасно, - одобрил Северус решение кота. – А то только блох нам и недоставало.
- У него нет блох, - вступился Гарри, почесывая кота под шеей. Тот исправно урчал, с прихрипом, будто глохнущий мотор, и подставлял стратегически важные для чесания места. – Ты же не позволил завести собаку. Теперь у меня будет кот.
- Если хочешь, чтобы в доме воняло собачатиной, поселись один и заведи себе хоть сорок штук. И, будь добр, встань с мокрых ступенек.
Вечером Гарри вынес коту блюдце с молоком, а утром нашел на крыльце свежеубиенную мышь. Обмен знаками симпатий состоялся.

*

Cinnamomum verum, корица настоящая – размолотая кора коричника цейлонского; используется в восстанавливающих зельях. Входит в состав Бодрящей настойки, Отрезвляющего бальзама. Наибольший эффект дает в сочетании с корнями маргаритки.



Кроме Гарри, Мартина и кота в саду только говорливые сверчки – солнце уже село, становится прохладно. Северус который час сидит в спальне, по уши зарывшись в заумные трактаты. Древние книги взяты напрокат из местной церквушки, читать их здесь все равно некому.
Мартин – самый старый житель в деревне. Сам он не любит говорить о своем возрасте, но падкие на сплетни кумушки со словесным недержанием уверяют, что сто лет ему уже исполнилось, причем давно. Он мог бы быть похожим на Дамблдора, только волосы у него короткие, а глаза карие и не вспыхивают непонятными – то ли смешливыми, то ли опасными – огоньками. Просто старенький дедушка, вполне живой для своего, каким бы там он ни был, возраста, наживший семь внуков и одного правнука.
- Почему ты не дашь ему имя? – спрашивает Мартин. Он указывает на кота, который пытается поймать медленно планирующие с веток лепестки.
- Может, у него уже есть имя, и оно ему нравится, а я его не знаю. В любом случае, он не мой кот, он только живет здесь. Нельзя просто взять и назвать его, как будто он моя собственность.
- Значит, просто кот.
- Да.
- Он не из нашей деревни, у нас такого никогда не было, - Мартин внимательно изучает кота, а тот, отвлекшись от охоты на лепестки, начинает изучать Мартина.
- Значит, прибежал из-за леса. Там ведь есть другая деревня?
- Я не знаю, - Мартин поднимает голову, смотрит на первые высыпавшие на небе яркие точки. – Я там не был.
Гарри тоже там не был: о еще одном поселении ходят слухи, сочиняются сказки, но проверить некому. Он, как и Мартин, задирает голову и ищет глазами Сириус, но созвездия совсем другие, непохожие на те, что были в Англии.
- Эмили сегодня пекла, - вдруг говорит Мартин и лезет в карман широкой куртки. Из необъятного кармана появляются две булки, посыпанные корицей, Гарри сразу узнает запах. Мартин протягивает ему одну и сам откусывает половину от другой.
- Спасибо, - Гарри крутит булку в руках, вдыхая домашний запах выпечки. Отщипывает кусок, кладет в рот – тесто тает на языке. – Очень вкусно.

*

Hypericum perforatum, зверобой продырявленный – засушенная трава используется как вяжущее, противовоспалительное средство. Мазь и настойка из зверобоя повышают чувствительность к действию солнечного света, используется для контроля поведения вампиров и прочих существ, для которых свет губителен. В народе зверобой известен как «иоаннова трава».



Обломанные зубья гор, лес у подножия, речка через всю долину, безмятежно-приторные луга и поля, и снова горы. Горы вокруг, неприступной стеной – охраняющие и стерегущие. Горные тропы есть (по секрету поведали соседские мальчишки), но они прокляты. Мартин сказал, оттуда не возвращаются.
Историю того, как возникла деревня, каждый рассказывает по-своему. Если обобщать, то получается примерно так: во времена, когда рыцари бились на турнирах и драконы шастали почем зря, несколько семей устали от налогов и дурацких приказов герцога. Они собрали все самое необходимое, взяли детей и домашнюю скотину и пошли в Долину Гор. Тогда проход существовал, но позже обвалы сделали свое черное дело. Вернуться не смог никто.
Впрочем, желания покинуть долину не возникает. У Гарри уж точно. Здесь спокойно, злобных красноглазых выродков не водится, не нужно нести ответственность за жизни миллионов. Гарри помогает Северусу с его ненаглядными травами, изредка ходит с деревенскими парнями на охоту. Это застывшие Средние века, замурованная в янтаре частица другого мира.
- Понимаешь, - говорит он Северусу, - там мы притворялись. Эти мантии, гусиные перья, пергаменты, всё было ненастоящим. А здесь всерьез.
- Поттер, что за детский лепет. Как будто тебе три года.
Здесь нет электричества и водопровода, зато есть мельница, винодельня и уютный маленький паб, которым заправляет дочь Мартина, Эмили.
Конечно, если начистоту, то с палочкой жить гораздо удобнее и проще. Не нужно таскать воду из реки или колоть дрова для камина. С готовкой посложнее, но Гарри немного натренировался у Дурслей, а Северус вообще затруднений не испытывает, как, впрочем, и горячего желания орудовать ножами не в «лаборатории», а – о, ужас и позор! – на кухне.
Ничего, это всё мелочи. Зато деревенские приняли их сразу.
Мартин первым, на правах старейшины, пришел в их дом. Он и Северус долго разговаривали, пока разобиженный Гарри выламывал дверь в спальне наверху. Он, видите ли, не должен ввязываться в разговоры старших! До чего доболтались старшие, он, понятное дело, не слышал, но после ухода Мартина их пришли поприветствовать сразу несколько человек. Гарри был выпущен на свободу и, стоя рядом с Северусом, с трудом подавлял желание его хорошенько пнуть.
- У нас была целительница, София, - говорила восхищенно глядевшая на Северуса женщина, - но она умерла пять лет назад и не передала никому своих знаний. А Мартин сказал, вы умеете лечить.
Северус только обреченно кивнул.

*

Atropa belladonna, белладонна обыкновенная – листья и трава применяются для лечения глазных болезней, ушибов и ревматизмов. Ягоды, растертые по коже или принятые внутрь, вызывают галлюцинации. В древних легендах называется «тирлич-травой», якобы помогает человеку увидеть себя в анимагическом образе.



Случай испытать целительский талант Северуса подвернулся на следующий же день после их приезда.
Раскинувшиеся по берегу луга с мирно пасущимися коровами, лошадьми и овцами интереса для исследования не представляли. А вот лес – другое дело. Приветливый, светлый, с необхватными дубами. Жаль, Северуса утащить на прогулку не удалось.
- Я разбираю ингредиенты, Поттер. Твое отсутствие меня нисколько не огорчит.
Ну и ладно. Гарри пошел один. В конце концов, впереди у них много часов, дней и даже лет, чтобы наобщаться.
Но прогулки так и так не получилось.
Возле самого леса толпились дети, обступив что-то на земле. Сцена неприятно кольнула на задворках памяти, Гарри уже видел подобное раньше. К черту воспоминания.
Он подошел ближе, заглянул через ребячьи макушки. На траве, скорчившись и мотая головой, лежал мальчик лет пяти, бледный аж до зеленоватого оттенка.
Выяснилось, что дети редко забегали в дебри, играли в основном на ближних полянках, но в этот раз один из младших, заигравшись в прятки, отбился от остальных. Его нашли только через час, вот в таком вот виде, у куста со странными ягодами.
- Какими ягодами, - машинально переспросил Гарри. Бессмысленно – как будто он знает все ягоды по внешнему виду наизусть!
- Черные, маленькие. Мы сорвали одну, - крошечная девочка с рыжими кудрями протянула ему завернутую в платок ягоду и испуганно отдернула руку.
Так. При детях, естественно, магию использовать нельзя. Значит, никакого Мобиликорпуса, это раз. Ягода ассоциаций не вызвала, как Гарри и предполагал. Это два. Значит, нужен Северус. Это три.
- Я отнесу его в наш дом, - Гарри поднял мальчика на руки. Не пушинка, конечно, но и идти недалеко. – Северус знает, как ему помочь.
- Северус – это целитель?
- Это тот, с кем говорил Мартин, он заклинает травы.
- Похожий на Траурного рыцаря?
Гарри, не сдержавшись, фыркнул.
- Траурного рыцаря?
- Это потому что он ходит в черном плаще, - шепотом пояснил бегущий рядом малыш, - совсем как Траурный рыцарь из песен. Он правда поможет Тиму?
- Надеюсь.
Про рыцаря было бы интересно узнать, но руки оттягивались все больше и больше, и он ускорил шаг.
Окруженный галдящими детьми, Гарри вошел во двор. Северус обнаружился у крыльца, он вытряхивал труху из запыленных мешков.
- Северус…
- Заноси его в дом. Остальных не пускай, - надо же, ни грамма удивления. Словно Северус все утро поджидал Гарри с его бездыханной ношей.
Мальчик не двигался, перекошенное болью лицо стало еще зеленее. Гарри осторожно опустил его на кухонную скамью.
- Он, похоже, наелся ягод, - Гарри развернул платок и продемонстрировал Северусу фиолетово-черный блестящий шарик.
- Это белладонна, - Северус вздохнул, перехватив непонимающий взгляд. - Даже ты, Поттер, должен знать хоть что-нибудь о белладонне.
- Она ядовитая?
- Вы чрезвычайно догадливы, мистер Поттер. Она вызывает головокружение, галлюцинации, в больших дозах – сильное отравление, - не переставая говорить, Северус оттянул веки мальчика, проверил зрачки, пощупал пульс. - Варить противоядие времени нет.
- Тогда безоар?
Северус достал из кармана темно-коричневый сморщенный камушек.
- Черт, ты что, с ним по дому ходишь?
- И, как видишь, не зря, - особо не церемонясь, Северус разжал челюсти Тима и запихнул безоар ему в рот.
Ничего не произошло. Гарри начал считать про себя секунды, но вдруг голова мальчика дернулась, он открыл мутные глаза.
- Слава богу, - Гарри даже не заметил, что все это время сдерживал дыхание. Северус вынул безоар и отошел, невозмутимый и безучастный. – Тим, ты меня слышишь?
- Ага, - ответил слабый голос.

*

Boswellia carterii, ладанное дерево – пахучая смола используется в защитных смесях, в сочетании с кожей саламандры защищает от любых ожогов. Т.н. «плакун-трава» из легенд, «заставляет нечисть лить горючие слезы».



Вечером того же дня к двум спасителям пришли родители мальчика, и с ними, важно вышагивая, прибыл священник. Настоящий католический священник, Гарри чуть не вывалился из окна, увидев его: черная сутана и белый тесный воротничок. С ума сойти.
Мать мальчика поклонилась Гарри, а отец выложил на стол медовые соты, головы домашнего сыра, россыпь мелких красных яблок. Очевидно, денег в деревне не знали, и это к лучшему – натуральный обмен пришелся Гарри больше по душе.
Священник тем временем оглядывал комнату, недоверчиво косился в сторону лаборатории, из которой тянулась тонкая струйка дыма. Северус захотел проверить некоторые из своих реактивов, привезенных вместе с ретортами, котлами и немногочисленными книгами. Был дым нормальной реакцией или не был, Гарри не представлял, но священник мелко перекрестился.
- Пахнет серой, - сообщил он, перебив на полуслове благодарственную речь отца мальчика.
Из-за двери правда тянуло чем-то гадким.
- Пахнет не серой, а разложившейся основой из жабьих глаз, - уточнил голос Северуса. Секунду спустя он появился сам, в провонявшей рабочей мантии, уставший и злой.
Вряд ли эта фраза добавила спокойствия гостям. Супруги заметно побледнели и, переминаясь с ноги на ногу, начали посматривать в сторону двери. Священник сразу перешел в наступление:
- Я отец Джозеф, здешний священник.
- Это заметно, - с каменным лицом сказал Северус, затем представился: - Северус Снейп.
- А это ваш сын?
- Это мой помощник. Толку от него чуть, так что держу из жалости.
Отец Джозеф иронии не уловил и посмотрел на Гарри с искренним состраданием, как на убогенького.
- Так вы действительно спасли Тима Харви? – внимание священника было вновь сосредоточено на Северусе. – Его друзья сказали, что он был мертв, и вы воскресили его заклинаниями.
- У мальчика был аллергический шок. Я дал ему лекарство, и он пришел в себя. Никаких воскрешений, трупов младенцев и сделок с дьяволом.
Мордред его знает, что явилось последней каплей для родителей Тима – упоминание о младенцах или о нечистом, но они, поклонившись раз для порядка, исчезли за входной дверью.
- Спасибо за продукты! – крикнул Гарри им вдогонку.
- Я должен знать, - продолжил отец Джозеф, доставая из кармана плоскую прозрачную бутыль и бумажный сверток, - что вы не демоны и не колдуны. Выпейте святой воды, осените себя крестом, а после я окурю дом освященным ладаном.
- О, ради Мерлина, - буркнул Северус сквозь зубы. К счастью, отец Джозеф слов не разобрал.
Все бы ничего, только ладан оказался вещью не из самых приятных. Священник не пожалел расходного материала, и весь дом окутал сизоватый дымок с приторно-сладким запахом. Гарри еле сдерживался, чтобы не чихнуть – мало ли, как к этому отнесется отец Джозеф, вдруг объявит его демоном и вместе со всей деревней закидает камнями. Так что сидел, терпел, как бы ненароком сжимая переносицу.
Концентрация ладана в воздухе сама по себе была высокой, однако, когда всё это смешалось с миазмами из Северусовой лаборатории, не вытерпел даже священник.
- Достаточно. Вы пришли к нам не со злом, - заявил отец Джозеф и заерзал на стуле.
- Может быть, выйдем в сад? – предложил Северус.
Священник обрадованно закивал.
После получаса разговоров оказалось, что отец Джозеф – милейший человек, полностью игнорирующий волны сарказма, в которых обычно Гарри тонул и начинал хамить в ответ.
- Я не знаю, где находится Англия, - задумчиво сказал отец Джозеф, когда Гарри выдал ему краткое описание родины. – Мы всегда жили здесь. Не видели, что за горами, никогда не встречали других людей. Вы первые, кто попал сюда из внешнего мира.
- Нам повезло. Удачно спустились с горы, - объяснил Северус. Правильно, не станет же он говорить, что они аппарировали.
Глаза отца Джозефа разгорелись.
- И вы помните, где находится перевал?
- Сомневаюсь, что с этой стороны туда можно забраться.
- Да и зачем? – добавил Гарри, наслаждаясь ветерком, перебирающим ветви деревьев в саду.
- Вы правы, - поддакнул священник, улыбнувшись, - совершенно незачем.
Северус почему-то отвел взгляд.

*

Convallaria majalis, ландыш майский – во время цветения растение срезается ножом (чтобы не повредить почек на корневищах), затем сушится при высокой температуре 2 года. Применяется для лечения сердечных заболеваний (вместе с драконьей кровью – самое сильнодействующее средство). В больших дозах крайне ядовит (входит в состав большинства быстродействующих ядов). Добавляется при завершающей стадии варки Амортенции (0, 7 г).



Рон и Гермиона остались в Англии и к этому времени точно наплодили кучу детишек. Они могли бы прислать письмо, думает Гарри, но, наверное, семейные хлопоты так изнуряют, что ни на какие другие вещи времени уже не остается. Гарри не обижается, он понимает. Здесь, на берегу неторопливой тихо шепчущей речки, ему вообще трудно обижаться.
А вот Северус иногда злится на него и подолгу дуется, причем из-за сущих пустяков.
К примеру, давным-давно соседские мальчишки притащили букет лилий, ослепительно-белых и безумно пахнущих. Гарри представлял, из чьего сада были стащены цветы, но выговора делать не стал. Знал по опыту – не поможет. От удушливого аромата, пропитавшего все комнаты, у Гарри разболелась голова. Он вытащил лилии из черной стеклянной вазы и бросил в реку. Течение унесло их на середину, они так красиво уплывали вдаль, и Северус не разговаривал с ним потом целый день.
Наверное, Северусу нравились лилии – так же, как нравились тяжелые книги с потемневшими страницами, разложенные по алфавиту в льняных мешочках травы и яркие закаты.
Его мучила совесть, да еще по такой нелепой причине. Пришлось облазить пол-леса, увязнуть по колено в маслянисто-стоялой воде, оставшейся в ложбинах от растаявшего снега, в поисках растреклятых ландышей.
- Северус, посмотри.
Северус первым делом посмотрел на ноги Гарри.
- В дом в таком виде не войдешь, не надейся.
- Я принес лилии*.
Взгляд Северуса поднялся выше, на охапку ландышей в руках Гарри.
- Они не так сильно пахнут, - сказал Гарри, - и их можно добавлять в зелья, я читал. Домашние лилии бесполезные, просто постояли бы и умерли в вазе, а это как уменьшенная копия с бонусом.
Северус широко распахнул глаза, внимательно посмотрел на Гарри и улыбнулся краешками губ.
- Хорошо, Поттер. Отнеси их наверх.


* По-английски ландыш звучит как «lily of the valley», лилия долины.

*

Trifolium pratense, клевер луговой – укрепляющее, добавляется в настои для лечения заболеваний дыхательных путей. Отвар из клевера с милинкрой и толченым рогом крюкорога вылечивает любые нарывы и ожоги, но мало используется в медицине по причине крайней дороговизны.



Клевер приятно шуршит под ногами. Роса еще не высохла, и ткань на растоптанных кедах Гарри мокрая насквозь. Для утренних прогулок он выбирает места подальше от пастбищ и разговорчивых пастухов. Подальше от полей и стройных крестьянок, улыбающихся ему и зазывающих в гости. Ведь он помощник целителя, фигура в высшей степени достойная. Это вам не какой-то там победитель волдемортов, гроза драконов и охотник на снитчей. Гарри всё бы устраивало, если бы не…
- Гарри!
Он спотыкается о переплетения повилики, едва не пропахивая носом землю.
- Ой, извини, ты ногу не подвернул? – за спиной слышатся взволнованные быстрые шаги. Он поворачивается.
Можно было бы догадаться, что это Мэриел. В руках у нее кувшин, глиняное горлышко укрыто белоснежным платком, перетянутым бечевкой.
- Я принесла молоко, - говорит она и краснеет. – И вот, возьми, я его специально не искала, сам бросился в глаза. На удачу.
На ладонь Гарри ложится четырехлистный клевер.
Самая красивая в деревне, по ней исходят слюной все парни, но, как всегда бывает, ей приглянулся Гарри – самый безразличный из всех.
Он улыбается, принимая кувшин, ненароком коснувшись ее пальцев. Мэриел вздрагивает еле заметно. Ей только исполнилось шестнадцать, она такой ребенок, и так забавно устраивает «случайные встречи» с Гарри, что он совсем не хочет обижать ее.
- Спасибо, Мэриел.
Она вся сияет. Для счастья нужно не так уж много. Совсем немного, думает Гарри, прикидывая, как бы заставить Северуса позавтракать сегодня в саду. Утро просто волшебное: неяркое солнце, негромкие песни птиц, всё, как полагается.
- Мама просила передать, что завтра испечет воскресный пирог, - улыбку, вызванную мыслями, Мэриел, по-видимому, принимает на свой счет. - Ты придешь?
- Спасибо, мы придем.
Гарри поворачивает к дому, обхватив кувшин двумя руками, чтобы не расплескать. Клевер из кармана он не выбрасывает. Раз на удачу, то почему бы и нет? Пусть останется.
Об их взаимоотношениях с Северусом никто не задумывается, и это прекрасно. Любопытство, по мнению Гарри, тот еще порок.

*

Viscum album, омела белая – для варки зелий используются листья и ягоды. Применяется при эпилепсии, головокружениях, внутренних кровотечениях; наружно – как обезболивающее. Сок из ягод добавляется в незначительном количестве в яды, чтобы ослабить некоторые симптомы отравления и понизить шансы жертвы выжить, вовремя приняв противоядие.



Первое время ни о каких взаимоотношениях речи не шло. То есть, они, конечно, никуда не делись, просто переезд не лучшим образом повлиял на Северуса. Вид у него был до того потерянный и несчастный, что у Гарри заходилось сердце.
- Тебе здесь не нравится?
- Гарри. Не начинай опять.
- Тебе здесь не нравится.
Странно, ведь из Англии они уехали вроде бы по обоюдному согласию. Пусть Гарри и не помнит ничего с того момента, как началась последняя битва, это все-таки простительно. Гарри про это не рассказывает, волновать Северуса лишний раз жестоко. А если совсем честно – Гарри рад был забыть. Мало ли какая контузия, небольшой провал в памяти, амнезия на нервной почве, да существует тысяча причин.
Была ли виновата война в странном поведении Северуса, он не знал. Тусклый взгляд, как бы сквозь Гарри, замирающий в одной точке, минимум разговоров. Было непонятно и страшно. А вдруг Северус больше не захочет, никогда больше, никогда-никогда, скажет, что все было ошибкой, все произошло только потому, что Гарри могли убить, или Северуса могли убить, или потому что надо было оправдаться перед спасителем магического мира, а через постель прощение получить легче всего? Ну, в общем, скажет то, что обычно говорят в таких случаях. Когда все закончилось, и можно послать другого подальше.
Поэтому Гарри молчал, одергивал себя при малейшем желании – ежеминутном – хотя бы дотронуться до бледной, исчерченной узорами выпуклых вен руки.
То, что спали они на разных кроватях, вовсе не обсуждалось. Изначально кроватей в доме было три, одну за ненадобностью отправили на чердак, а две поставили в противоположных концах просторной спальни. Хотя каждая легко вмещала двоих человек, возражать Гарри не посмел.
Однако любому терпению должен рано или поздно прийти конец. Гарри мучил себя целых два месяца, пока не наступил декабрь, и не пришло время срезать омелу. Зима была почти бесснежной, что в здешних краях редкостью не являлось. Гарри искренне радовался, что не придется ползать в лесу по пояс в сугробах.
- Запомни, Поттер, резать омелу можно только золотым серпом. Еще друиды заметили, что при соприкосновении с другими металлами теряется масса полезных свойств.
Серпом Гарри орудовать не умел, но послушно отсекал ветки растения-паразита, втайне размышляя об известном, правда, отнюдь не зельедельческом способе его использования. В самом деле, понавесить эту омелу в каждой комнате, веток, к примеру, сто. Неужели будет непонятно?
Одного взгляда на Северуса хватило, чтобы осознать, что затея с омелой глупая. Никчемная, трусливая, вроде того, чтобы напиться, прежде чем начать серьезный разговор. Недостойная доблестного героя магического мира.
Гарри честно помог донести подмерзшие ветки омелы, шугнул соседскую малышню, любившую отираться возле их дома. Пока Северус закрывал дверь и доставал палочку, чтобы разжечь камин, Гарри успел скинуть куртку и свитер, снял ботинки, не расшнуровывая, отбросил к стене. Тихо, не дыша, почти на цыпочках подошел к Северусу со спины и крепко обхватил его руками.
Северус застыл каменным изваянием. Через четыре секунды он медленно выдохнул, голова стала клониться назад, и Гарри тесно прижался щекой к его щеке. На этом фантазия иссякла. То есть, хотелось столько всего и сразу, и каждое желание перебивало и противоречило другому.
Время шло, имитировать мраморный постамент становилось неудобно и физически, и морально. Как в замедленной съемке, Гарри дюйм за дюймом передвинулся, оказавшись, наконец, лицом к лицу с Северусом. Тот выглядел так, словно старался до последнего мига предотвратить катастрофу, но взрыв грянул, на земле полно трупов, а он – один посреди хаоса, глаза закрыты, страдальческая морщинка между бровей, и губы плотно сжаты. Гарри это обстоятельство вполне устраивало. Он тоже закрыл глаза и потянулся своими губами к губам Северуса.
Вначале это мало походило на поцелуй, они просто застыли, еле соприкоснувшись, не рискуя ни продолжить, ни отступить. Ощущения были поразительными. У Северуса были холодные губы, не успевшие согреться в тепле дома, Гарри неосознанно прижался сильнее и провёл по ним языком. Воздух вокруг них звенел, ладони, стискивавшие плечи Северуса, стали влажными, а когда тот начал отвечать на поцелуй, терпение исчезло окончательно и бесповоротно. Они влетели в стену с глухим стуком, и Гарри, отрезая пути к отступлению, начал тереться о Северуса бедрами бестолково и отчаянно.
Руки Северуса уперлись ему в грудь и с силой отодвинули назад, но запротестовать он не успел. Вскинул подбородок, чтобы высказать всё, что наболело за два невыносимых месяца, и они встретились глазами.
Взгляд Северуса до боли неторопливо переместился вниз, с лица Гарри на шею, на грудь, ниже, прополз по животу, и по этой же траектории в его теле двигался комок бурлящей лавы. Ноющее тепло остановилось там же, где замер взгляд.
Честно говоря, можно было бы обойтись и вовсе без прикосновений. Гарри кончил сразу, как только рука Северуса легла на его член, а потом просунул свою руку между его бедер, с сумасшедшим восторгом чувствуя, как под пальцами пульсирует горячая плоть, и по шерстяной ткани брюк расползается влажное пятно.

*

Juniperus communis, можжевельник обыкновенный – применяется при заболеваниях легких и почек, из шишек (ягод) делается ранозаживляющее средство (эффективность повышается при одновременном добавлении к основе можжевелового сока, пиявок и серебряной пыли).



Гарри впервые попробовал можжевеловое вино той же зимой, в первый год их новой жизни.
За ночь лед на реке окреп, и днем Гарри, не замеченный детворой, игравшей в снежки на другом берегу, прокрался к подножию моста. Под матово поблескивавшей толщей льда изредка промелькивали чешуйчатые хвосты. До сих пор рыбу они ловили банальным Акцио, неспортивно и нечестно. У Гарри в голове закрутились идеи – подледная ловля, трансфигурировать удочки, растопить лунку (так и быть, с помощью Инсендио), азартное ожидание клева…
Додумать он не успел.
Толщину льда, оказывается, определять на глаз очень трудно. У берега он не хрустел и не шел трещинами, и в двух метрах от берега тоже, и даже в трех. А в пяти метрах взял и проломился.
Испугаться не успел. Ноги бултыхнулись вслед за ушедшей в глубину льдиной, руки заскользили по предательски гладкому краю полыньи. Вода показалась обжигающе горячей, но, как быстро понял Гарри, это только на пару секунд.
- Северус! – голос был сиплый, тихий, как будто рот набит ватой. Оставалось надеяться, что не от страха. – Северус!
Вроде бы получилось позвонче. Благо, от дома он отошел недалеко.
Потом его осенило. Мерлин великий, какой же он идиот. Оторвав одну руку от острой ледяной кромки, нащупал в кармане палочку.
- Ascendio!
Выбежавший из дома Северус застал его уже на берегу, трясущегося, но вполне невредимого. Поцарапанные руки Гарри залечил быстро.
- Поттер, черт бы тебя подрал! Каким ты местом думал?
Не слушая оправданий, Северус потащил его в дом, где торопливо помог раздеться, уложил под два шерстяных одеяла, принес дымящуюся кружку невкусного варева. И началось:
- Я опекал твою задницу, Поттер, семь лет, могу я хоть сейчас вздохнуть спокойно? Почему ты суешься туда, куда ни одному нормальному человеку в голову не придет полезть? Нужно привесить тебе на шею колокольчик, чтобы следить было проще!
И так далее, всё в том же духе. Гарри, признавая свою вину, терпеливо слушал, во рту у него стоял ужасный привкус прогорклого масла. Наверное, Северус нашел наигадчайшее зелье – специально, чтоб неповадно было.
А вечером Северус принес бутылку вина.
- Интересный запах, - Гарри принюхался к бокалу. Ментолово-вяжущий, с горчинкой.
- Считай, что это тоже лекарство. Пей.
Гарри выпил и притянул Северуса в кровать, откуда за целый день так и не вылез – было попросту лень. Северус не упирался.

*

Malus silvestris, яблоня лесная – соком лечат малокровие, настойка помогает при ранах и язвах, смягчает простудный кашель. Яблочный сок обильно добавляется в Веселящие зелья.



Яблоневая рощица лежит к югу от деревушки. Дикие кислые и мелкие яблоки мальчишки рвут по пять раз на дню, карманы постоянно ими набиты. Гарри тоже иногда туда приходит, забирается к восторгу ребят на самую верхотуру, и, переступая по упругим веткам, собирает зеленоватые яблоки, распихивает по карманам до отказа.
- Много не ешьте, - полусерьезно говорит он карабкающимся детям, - животы заболят.
Те отмахиваются и смеются – у кого-у кого, а у них животы давно привыкли.
В этот раз яблоки Гарри несет в дом, вываливает на стол перед мирно читающим Северусом.
- Это зачем?
- Вдруг пригодится, - Гарри ухмыляется, вгрызаясь в жесткий яблочный бок. Хруст просто замечательный. – Ингредиенты, компоненты, ну, ты знаешь. Еще можно сделать компот.
Северус приподнимает бровь.
- Неужели, - он берет со стола неизвестно как туда затесавшийся перочинный ножик и, разрезав яблоко вдоль, протягивает Гарри половину. – Смотри, Поттер, почему яблоки используются в сильнейших черномагических зельях. Видишь, на срезе получается пентаграмма?
Гарри видит, кусок уже почти проглоченного яблока застревает в горле. С неимоверным трудом сглотнув, он смотрит на Северуса взглядом, полным ужаса.
- Ты серьезно?
- Нет. Единственное, на что годен яблочный сок, это хилые микстурки и веселящие настои. Хотя на срезе действительно пентаграмма…
- Сволочь, я чуть из-за тебя не подавился!
Половинка яблока летит в Северуса, но цели не достигает, ее перехватывает уверенная рука.
- Поттер, не вздумай…
Гарри гибким движением перетекает к нему на колени. Приобнимает Северуса за плечи, устраиваясь поудобнее.
- Только не ври, что я тяжелый, - бормочет он на ухо Северусу.
Тот молчит, сцепляет руки у Гарри на талии. Не вырывается, с колен не скидывает, хотя мог бы.
- Помнишь, тебя называли Траурным рыцарем?
Северус кивает.
- Я только вчера спросил у Мартина, что это за легенда. В общем, рыцарь полюбил замужнюю даму, усеивал дороги, по которым она ходила, цветами, хранил ее шелковые платки, а потом прилетел дракон и убил даму вместе с мужем. И рыцарь поклялся до самой смерти не снимать траура и прибить дракона как можно скорей.
- И?
- Что – «и»?
- Прибил, выражаясь твоим языком?
- Ну, наверное, я как-то не поинтересовался.
- А детей у этой дамы случаем не осталось?
- При чем тут дети? Спроси лучше у Мартина, я понятия не имею. Главное, что он лет сорок, пока не умер, носил все черное и не смотрел больше ни на одну женщину. Ну, как – веселая сказка?
- Смешно до колик. Слезай, ты отсидел мне ноги.

*

Papaver somniferum, мак снотворный – семена добавляются в ряд снотворных. Загустевший млечный сок (опий) в основном используется как болеутоляющее, большие его дозы крайне ядовиты. Т. н. «сон-трава», принятый на ночь якобы помогает увидеть вещие сны. Входит в состав Сонного нектара, одного из самых сильнодействующих ядов (помимо опия туда входит 1 унция яда лобалуга).



В углу спальни, на треножнике над спиртовкой, еле слышно булькает темно-малиновое зелье, будущий Костерост. Этим нововведением Гарри не доволен, но – «зелье чрезвычайно сложное, Поттер, необходимо контролировать каждый этап приготовления». То есть вскакивать ежечасно, как ужаленному, ночью с постели и инспектировать драгоценный котел.
- И сколько времени всё это будет стоять у нас в спальне?
- Двое суток. Ничего страшного, переживешь.
Хорошо хоть они с Северусом спят в разных кроватях, иначе Гарри наверняка свихнулся бы за одну такую ночь.
Он и без того спит неспокойно, ворочается по часу, прежде чем уснуть, часто просыпается посреди ночи и никак не может вспомнить, что его разбудило. Северус же спит нечутко, даром, что шпион. Или, может, он наконец-то позволил себе расслабиться и изменить давним привычкам?
Как бы то ни было, в эту ночь все происходит с точностью до наоборот. Северус встает каждый час, проверяет зелье, а Гарри, за несколько секунд упавший в Морфеевы объятья, не вылезает оттуда до самого утра.
Когда он продирает глаза, его приветствует неповторимый запах Костероста и воспаленный взгляд Северуса. Тот, заметив, что Гарри проснулся, подходит к его кровати.
- Ты разговаривал во сне, - констатирует он слишком уж спокойным голосом.
- Правда? И о чем я говорил? – за Гарри такая привычка водилась и раньше, поэтому беспокойства он не испытывает. Разве что по поводу содержания своего ночного бреда. Снов он не запоминает давно.
- Нёс всякую чушь.
Уточнять Гарри не собирается. Если Северус сам не пожелал рассказать, значит, ничего важного он не наболтал.
Гарри неловко привстает на локтях, двигаясь ближе к Северусу. Опаздывает на долю секунды: Северус поднимается, оправляет закатанные рукава рубашки и идет к двери.
- Завтрак через десять минут, - бросает он на ходу.
Гарри неохотно вылезает из-под одеяла.

На следующую ночь становится только хуже. Он выплывает из мутной темноты сновидений, ощущая на своем лбу приятно-теплую чужую руку.
- А?
Еще ночь, но в спальне горит свеча, огонек колеблется, и тени подрагивают на потолке, скачут по стенам.
- Тебе снятся кошмары, - это не вопрос, а, скорее, утверждение.
- Что-то не припоминаю, - Гарри садится и подтягивает одеяло к себе, освобождая край кровати для Северуса.
- Ты вскрикивал и дергался из сторону в сторону. Здоровым сном это не назовешь.
И правда, простынь перекрутилась и сбилась к ногам. Гарри поправляет ее, закусив губу, потом смотрит на сидящего рядом Северуса.
- Не знаю, что мне снилось. Обычно такого не бывает.
Как будто то, что Северус бодрствует две ночи подряд, отразилось на подсознании Гарри, и то решило поведать о чем-то. Доставлять неудобства Гарри не любит, а потому на третью, свободную от Костероста ночь, он дожидается, когда заснет Северус, и выскальзывает из спальни. В лаборатории находит заткнутый синей пробкой флакон, в который они вместе переливали приготовленное снотворное. Делает три глотка, возвращает пробку и бесшумно идет обратно.
Северус ничего не заметил. А, может, и заметил, но промолчал. Правильно, со своими проблемами каждый должен разбираться самостоятельно.

*
Caryophyllus aromaticus, гвоздичное дерево – в темномагических зельях используются высушенные бутоны (цветом напоминающие кровь и ассоциирующиеся с нею). Для устранения неприятного вкуса добавляется в некоторые укрепляющие и противопростудные зелья.



Это зелье Гарри делает сам. Две ложки палочек гвоздики на бутыль крепленого красного вина, дать настояться в течение двенадцати часов. До афродизиака такому дилетантскому настою далеко, но всё же проблемы отходят на второй план, уступая место мыслям куда более приятным, пульс учащается, хочется чувствовать рядом с собой человеческое тепло.
Он потихоньку от Северуса ставит бутылку подальше в шкаф, за сложенные зимние одеяла, и до вечера почти не вспоминает о ней. Точнее, не думает. Заставляет себя не думать.
В восемь ноль-ноль он разливает вино по глиняным кубкам и несет наверх, на чердак, где Северус раскладывает травы для просушки.
Здесь стоит жара, и Северус ходит без рубашки и ботинок. Гарри тоже снимает кеды, оставляя их у двери.
- Хочешь вина? – спрашивает он, не рассчитывая на отказ.
Северус распрямляется, ногой отодвигая связки дубовых веток. Он берет кубок из рук Гарри и делает глоток.
- Гвоздика? – Северус усмехается, и Гарри, спасаясь от дурацкого смущения, выпивает свое вино залпом.
Не зная, куда себя деть, он вертит кубок в руках, потом садится на пол между расстеленными кусками ткани, откидывается назад, на мягкие тюки с уже высушенными травами. Рядом, по правую руку, разложен хмель, по левую – лаванда. Он смотрит вверх, на Северуса, затем закрывает глаза. Ничего не меняется, черно-белая фигура выжжена на сетчатке.
Северус подходит, чтобы забрать пустой кубок, но Гарри цепко хватает его за предплечья и тянет на себя. Кубок со стуком укатывается в дальний угол, замирая у подножия шалфейного холма.
- Ты перемешаешь все травы, - негромко говорит Северус, его дыхание обжигает Гарри щеку. – Прекрати.
Гарри, не слушая, запрокидывает голову, его ладони упрямо скользят по Северусовой спине. Он умеет убеждать.
Северус опускается на него, замирает, только кончики пальцев бережно касаются шеи Гарри. Он медлит, словно ждет подтверждения или разрешения, но не от Гарри, тот уже давно понял, а от себя самого. Гарри любит моменты, когда губы Северуса, прикоснувшись к его, не двигаются, и ему приходится прерывать эту молчаливую внутреннюю борьбу своим жаром и тихими стонами. Как сейчас.
Гарри передвигается, чтобы Северус оказался между его ног, и разводит их пошире. Зачарованно смотрит на ловкие пальцы, воюющие с пуговицами на его рубашке, слушает, как дыхание становится прерывистым и быстрым.
Запахи переплетаются, соединяются, чабрец-лаванда-душица-лавр-тмин – и хмель, на который они перекатываются, сжимая друг друга.
У Гарри кружится голова от травяного аромата, от бесстыжих ласк Северуса, от горячих прикосновений языка к чувствительной коже. Дощатый потолок плывет, вращаясь, перед глазами, и Гарри уже в который раз благодарит неизвестных строителей за то, что звуки, разносящиеся по всему дому, на улице не слышны.

*

Thymus vulgaris, тимьян обыкновенный – обладает успокаивающим, снотворным действием. Суп, сваренный из верхушек тимьяна и крапивы, необычайно увеличивает остроту зрения (особенно в сочетании с корнем имбиря).



Третий час они сидят за узким кухонным столом – Гарри, Северус, Мэриел и Рози. Гостей не выставляют за дверь после двух чашек чая, если они не хотят уходить, Гарри это понимает и вымучивает окостенелую улыбку.
- А потом отец опять пошел в лес и снова наткнулся на ту же самую поляну, всю в синих цветах, - рассказывает Рози, и Северус задумчиво кивает.
- Вполне может быть, что это цикорий. Нужно проверить.
- Хотите, я завтра отведу вас туда? – восторг из девушки прямо хлещет через край. Опомнившись, она добавляет: - Вас вместе с Гарри.
- Посмотрим, - говорит Северус.
Мэриел не сводит с Гарри глаз, а как только он возвращает взгляд, тут же отворачивается к окну. Ну вот какого черта ей нужно?
- Цикорий лечит болезни желудка? – Рози запоминает свойства лечебных растений с первого раза и надолго. Гарри подобное в жизни не светит, и он ненавидит эту мелкую выскочку все больше и больше.
Пусть она симпатичная, хоть и в веснушках, чем-то похожая на Джинни, такие же рыжие волосы и порывистые движения, только глаза ярко-голубые и смотрят на Северуса по-щенячьи. «Коснись его хоть пальцем, и, честное гриффиндорское, я тебя прокляну», - думает Гарри.
- И не только желудка, еще…
И понеслось. Теперь Северуса не остановишь. Сначала беседы с Мартином, теперь с Рози, а с Гарри, естественно, говорить не о чем. Не о травах же, в самом деле.
- Гарри, - полушепотом зовет его Мэриел, - придешь завтра на свадьбу к Дэвиду?
Дэвид – ее старший брат, громила почище Крэбба и Гойла вместе взятых, добродушный, но за обиду любимой сестренки сравняет с землей.
- Хорошо. С Северусом, - отвечает он.
- А одному никак?
- Никак.
Мэриел дуется все оставшееся время, пока Северус, наконец, не говорит:
- Темнеет. Вам пора домой.
Девушки, попрощавшись, идут к выходу, Гарри плетется за ними.
На стуле перед дверью лежит охапка тимьяна, нарванного днем. Мелкие розоватые цветы на ветках привлекают внимание Мэриел, и она театрально ахает.
- Тимьян в доме – к несчастью!
- Но он входит в лекарственные отвары, - возражает Рози.
- Все равно. Это к беде.
Гарри разводит руками – мол, что поделаешь, и захлопывает за ними дверь чуть сильнее, чем позволяют законы приличия.
- Ты становишься всеобщим любимцем, - едко говорит он, подходя к Северусу.
- Тебя возмущает, что ты им не становишься, или ты ревнуешь меня к бедной девочке? – с неподдельным интересом спрашивает Северус.
- Перестань быть таким гадом.
Тут Гарри, упавший на скамью, чувствует под рукой что-то мягкое и шерстяное.
- Мэриел забыла шаль, - Гарри кладет ее на стол.
Серая шерсть поблескивает в пламени свечей. Это переходит все границы.
- Я верну, - он лезет в карман и достает палочку. Пустить шаль вдогонку, чтобы та, вылетев из темноты, обернулась вокруг девчачьей тонкой шеи.
- Поттер, ты свихнулся? – шипит Северус. – Немедленно спрячь. Возьми шаль и беги, отдавай своей воздыхательнице.
Проходя мимо тимьяна, Гарри пинает ни в чем не повинные ветки.

*

Polygonum bistorta, горец змеиный – корневища используют для остановки кровотечений (из-за большого содержания дубильных веществ), входит в состав Кровоостанавливающего настоя, зелья Крамера и Элбница (в последнее добавляется только вместе с растертым изумрудом).



Редко, но всё же бывают дни, когда настроение Северуса падает ниже критической отметки. Гарри много раз пробовал предупреждать такие перепады или хотя бы смягчать. Результат постоянно был нулевым.
В этот день всё тоже начинается ни с того ни с сего. Завтрак проходит спокойно, даже подгорелые хлебцы не вызывают никаких нареканий. Переложенные Гарри вчера с их законного места книги водворены обратно – на правый дальний угол рабочего стола – без лишнего шума.
Выяснилось, что затишье действительно бывает перед сами-знаете-чем.
После обеда в их дом заходит Мартин, которому вдруг понадобилась мазь от ушибов.
- Внук слетел с дерева, сильно расшиб ногу, - объясняет он Северусу.
Пока Гарри идет наверх за мазью, эти двое, видимо, снова заводят вчерашний разговор.
- Я обдумал то, что вы сказали, Мартин, и понял…
Сути разговора Гарри не знает, поскольку вчера вместо того, чтобы прислушиваться к словесным баталиям, ушел в спальню и мучился от давно не заявлявшей о себе головной боли. Слава Мерлину, шрам больше не беспокоит – обычная мигрень, от которой не избавиться даже с помощью зелий.
Вот и сейчас, кажется, затылок наполняется тошнотворной тяжестью. Гарри трясет головой, в надежде отогнать подступающую боль. Помогает слабо.
Мазь находится не сразу, завалы жестянок и склянок впечатляют. Отыскав нужное средство, Гарри по пути подхватывает пучок мяты, чтобы заварить с нею чай. Кажется, Северус упоминал о том, что мята входит в состав болеутоляющих зелий. Ну, даже если и не входит, по крайней мере, она вкусная.
По лестнице Гарри спускается бесшумно, аккуратно обходя скрипучие доски. Ему хочется услышать, что с таким жаром доказывает Северус Мартину. Звуки приглушенно-тревожного голоса нечетко доносятся из-за дверей кухни.
- …это не просто искажение в пространстве или времени, как вы не можете понять, я боюсь, это искажение самой реальности, создание другой реальности, другого мира. Мир-ловушка. Я уверен, за этими горами просто ничего нет, как нет и никакой истории вашей деревни, она просто появилась из ниоткуда вместе со всеми вами. Он даже не задумался, почему мы понимаем ваш язык, почему здесь другие созвездия. Его феноменальные возможности, маггловские бредни о рае… может, и эти чертовы Дары помогли, я не сомневаюсь… Победить смерть, и как на него похоже, что…
Боль накатывает волнами, пол медленно уползает из-под ног. Гарри успевает ухватиться за ручку двери, распахивает ее и вваливается внутрь. В глазах темно, чьи-то руки подхватывают его, придерживая, усаживают на стул.
- Северус, я принес мазь, - шепчет он. Гул в ушах потихоньку ослабевает.
- Тихо, - Северус вынимает из его судорожно сжатых пальцев банку, заменяя ее стаканом с водой. – Выпей.
Но Гарри уже и так хорошо себя чувствует. Мигрень исчезла как по волшебству, его больше не штормит и не бросает в холодный пот.
- Мне лучше, - заявляет он, улыбаясь, потом выпивает воду. Странно, о головокружении вообще ничего не напоминает.
Мартин, поблагодарив, забирает мазь и уходит. Гарри терпеливо ждет, пока Северус проводит его, но, когда тот возвращается, вопроса о необычных головных болях задать не успевает.
- Поттер, ответь мне на один вопрос. Абсолютно честно.
Интонации Северуса, выражение его лица – всё говорит о том, что ничем хорошим это не закончится. Такие разговоры до добра никогда не доводят. Но всё равно, Гарри кивает.
- Что произошло после Финальной Битвы?
Десять баллов Слизерину. Из всех возможных вопросов этот – самый неожиданный. И самый нежеланный.
- Я не помню.
- А во время неё? Последнее, что помнишь.
- Много убитых, трупы свалены в Большом зале, я выхожу из замка и иду к Запретному лесу. К Волдеморту.
- Ты не помнишь, как именно убил Темного лорда?
- Нет!
- Постарайся вспомнить, - голос Северуса становится до смерти серьезным. – Гарри. Это очень важно.
- Я не могу. Я не помню.
Он и вправду старается. Рваные куски памяти, как крысы в масле, проскальзывают между пальцами, не ухватишь. Из глубины выныривает позабытая тупая боль.
- Я честно не могу. Голова раскалывается, - признается Гарри, массируя ладонями виски.
Северус непонимающе хмурит лоб.
- Она заболела только что или уже давно?
- Когда я ходил за мазью. Потом прошла, а сейчас опять. И вчера, - он виновато смотрит на Северуса, - вчера тоже болела, весь вечер.
- Ты должен был мне сказать.
Гарри пожимает плечами.
- Гарри, ты помнишь, что случилось со мной в ночь, когда ты убил Волдеморта?
Нет. Промелькивает что-то, слишком быстро, он не успевает понять. А потом голова взрывается болью, удесятеренной, вспыхивающей снова и снова. Гарри упирается локтями в столешницу, светлое дерево стола почему-то покрыто багряными разводами. Он в ужасе отшатывается, но Северус обхватывает его плечи, заставляя усесться.
- Прижми к носу посильнее, - командует он, впихивая в руку Гарри скомканную второпях салфетку. По подбородку стекает соленый теплый ручеек, который Гарри размазывает белым хлопком, стискивая обе ноздри как можно сильнее.
На кухню врывается кот, яростно мяукая, отталкивает Северуса от сидящего на стуле Гарри. Оба смотрят на кота изумленно. Не было ни разу такого, чтобы он забежал в дом.
- Наклони слегка голову, чтобы кровь не затекала в носоглотку, иначе может стошнить. Я сейчас вернусь.
Меня уже тошнит, хочет сказать Гарри, но лишь тоскливо и безмолвно провожает взглядом выходящего из кухни Северуса.
Кот впрыгивает на его колени, трется о грудь лоснящимся боком.
Салфетка пропитывается быстро, Гарри уже подумывает о том, чтобы бросить ее ко всем дементорам, и пусть кровь хлещет на стол. Не успевает он отнять руку от носа, как за спиной слышатся торопливые шаги.
- Убирай руку, - говорит Северус. Гарри послушно подчиняется. Нос плотно затыкают два кусочка бинта, смоченных в горьковато пахнущем зелье. – Кровотечение остановится за две минуты. Почему это произошло?
Можно было бы ответить надоевшим «не знаю», но с чего бы ему врать?
- Ты спросил, что случилось с тобой, когда я убил Волдеморта. И…
- Понятно.
Гарри не нравится этот тон, знающий и безнадежный, ему не нравится, как Северус водит указательным пальцем по губам, как его глаза не мигая смотрят одну и ту же точку. Совсем, совсем не нравится.
- Что тебе понятно?
- К этому разговору мы возвращаться не будем, - Северус встает со стула и помогает подняться Гарри. – Марш в постель.
- Не хочу.
- Умойся и в постель. Быстро.
Отвратительно, когда тебя до сих пор считают ребенком. Упираться, бить кулаками об стол бесполезно – разговор окончен, вы можете быть свободны, мистер Поттер.
Гарри тащится в ванную, переставляя ноги как можно медленнее, словно преступник по дороге на эшафот. Для полного сходства скрещивает руки за спиной. Кот вьется рядом.
Гарри плескает из кувшина в глиняный чан воды, бултыхает руками и небрежно отирает губы и подбородок. Вынимает потемневшие от крови куски бинта, достает из кармана палочку, бормоча брезгливое «Evanesco». Кровь больше не течет, уже хорошо.
Он разворачивается, чтобы взять полотенце, и чуть не налетает на вошедшего Северуса. Они смотрят друг на друга, Гарри – настороженно и сердито, Северус – отрешенно. Настроя играть в гляделки нет, еще не хватало чтения мыслей. Гарри отводит глаза, но, передумав, через секунду опять ловит взгляд Северуса. Подумаешь, Легилеменция, есть вещи пострашнее.
- Почему у меня пошла носом кровь?
- Переутомление. Иди и ложись.
Выискивать в глазах Северуса ответы невозможно, чернота прохладная и бездонная. Зажмурившись, потому что так легче, отгородившись от странного взгляда, Гарри целует его влажными – так и не вытертыми – губами. Северус неспешно приоткрывает рот, впуская его язык, кладет прохладную ладонь на основание шеи Гарри, где отчетливо выступают позвонки. Это длится меньше минуты, Гарри не успевает успокоиться, напряжение никуда не уходит, и нехорошие мысли разогнать не удается. Северус отстраняется первым:
- Ты должен лечь. Прекрати по-дурацки ухмыляться, Поттер.
- Я не устал, я не хочу спать – со-вер-шен-но. Абсолютно не хочу.
- Не заставляй меня прибегать к крайним мерам, - рука Северуса выразительно ложится на его собственный нагрудный карман. – Петрификус очень упростил бы задачу. Я в последний раз говорю – иди в кровать.
Главное правило безопасного общения с Северусом Снейпом – не спорить по пустякам. Гарри обходится без закатываний глаз или гневных фырканий, просто поднимается в спальню, всем видом демонстрируя нелепость этого действия.
Он засыпает через две секунды после того, как его голова касается подушки. Куда делся кот, он так и не понимает.

*

Artemisia absinthium, полынь горькая – настойку принимают для возбуждения аппетита, устранения проблем с органами пищеварения. Входит в состав Живой Смерти (вместе с корнем асфоделя и дремоносными бобами).



Полынь растет прямо возле забора, так что искать ее не приходится. Северус вручает Гарри заостренный заклинанием нож и показывает, как надо отрезать верхушку.
- Без стебля, только верхнюю часть с цветами. Ясно?
- Угу. И много?
- Снова этот вопрос. Пока я не скажу – «достаточно». Начинай, - Северус уходит в дом, оставляя его один на один с чуть слышно пахнущим миниатюрным лесом.
- Всю срезать не буду, радости мало тут целый день горбатиться, - поясняет Гарри коту.
Кот любит наблюдать, как другие работают, он устраивается на пригорке возле ромашки душистой, никогда не цветущей и скучной, складывает передние лапы по-сфинксовски, жмурит от удовольствия глаза.
Срезанные верхушки падают на специально расстеленный внизу кусок мешковины, горстка растет и растет, а Северус и не думает появляться. Когда Гарри уже раскрывает рот, чтобы позвать его, на крыльце бесшумно возникает темная фигура.
- Достаточно. Сверни ткань, чтобы не просыпать, и заноси на чердак, - говорит Северус, разворачиваясь и исчезая в недрах дома.
Гарри следует за ним, обхватив плотно свернутую мешковину обеими руками.
На чердаке Северус отодвигает разложенный крестовник и хмель – Гарри старательно отводит глаза, чтобы не покраснеть – и расстилает ткань между ними.
- Клади. Не кучей, распределяй ровным слоем.
Пока Гарри возит руками по полыни, ему в голову приходит кошмарная мысль. Настолько, что он замирает, не в состоянии поверить. Но ведь и такое может быть…
- Северус.
- Что случилось?
- А вдруг я сошел с ума?
Северус фыркает.
- Интересное предположение.
- Не смейся. Может, Волдеморт наслал какое-нибудь заклятие, и всего этого не существует на самом деле, ни тебя, ни деревни, ни кота, а я лежу в больничном крыле, привязанный к кровати? Вдруг всё это – в моей голове?
- Вынужден разочаровать, мистер Поттер, к сожалению, я существую. И деревня тоже, - голос у Северуса спокойный и слегка насмешливый, и Гарри делается стыдно за свою глупость. – Мир, как бы вам этого ни хотелось, всё еще не крутится вокруг вас.
- Да, если бы это был мой придуманный мир, ты бы вел себя по-другому, - ворчит Гарри, чувствуя, как сковавшие его на секунду железные обручи тают. «Поменьше спорил, не был такой сволочью, спал бы со мной в одной постели».
Рука Северуса взъерошивает его волосы, и Гарри слышит, как тот спускается по ветхой лестнице, ведущей с чердака. Шаги уверенные и неторопливые.
Если бы это был его придуманный мир, то здесь были бы Сириус, мама с папой, Дамблдор, Добби, Хедвиг, Ремус и Тонкс. Но их нет, и Гарри согласен с Северусом – это вовсе не плод его воображения.

*

Нечуй-трава – по легенде, трава, обладающая огромными возможностями. Останавливает любые бури и ураганы, вызывает и усмиряет пожары и наводнения, создает миражи, исполняет желания. Найти ее может лишь слепой от рождения человек.


Кот лениво мурлычет, выгибая шею, блаженно выпускает когти, впиваясь Гарри в колено.
- А может быть, - говорит Гарри, умиротворенно наблюдая за уходящим солнцем, - мы умерли.
Кот настораживается, поднимает морду. Северус, напротив, сидит расслабленный и безразличный.
- Твоя фантазия поистине не знает пределов.
- Ну почему? Первозданная природа, покой и безмятежность, и, чтобы мы не заскучали, три сотни праведных душ в деревне.
- Не мели ерунды.
Голос у Северуса такой уверенный, не взволнованный ничуть, бальзамом проникающий в самое сердце.
И Гарри почти ему верит.


-fin-

...на главную...


май 2022  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

апрель 2022  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

...календарь 2004-2022...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2022.05.23 22:34:39
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.05.22 08:21:52
После дождичка в четверг [3] ()


2022.05.19 15:05:37
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2022.05.19 00:12:27
Капля на лезвии ножа [3] (Гарри Поттер)


2022.05.18 23:57:15
Темная вода [0] (Гарри Поттер)


2022.05.18 12:17:07
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2022.05.16 13:43:22
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.05.14 07:36:45
Слишком много Поттеров [46] (Гарри Поттер)


2022.05.13 23:06:19
Вы весь дрожите, Поттер [6] (Гарри Поттер)


2022.05.07 01:12:32
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [1] (Гарри Поттер)


2022.04.19 02:45:11
И по хлебным крошкам мы придем домой [1] (Шерлок Холмс)


2022.04.10 08:14:25
Смерти нет [4] (Гарри Поттер)


2022.04.09 15:17:37
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


2022.04.05 01:36:25
Обреченные быть [9] (Гарри Поттер)


2022.03.20 23:22:39
Raven [26] (Гарри Поттер)


2022.03.03 14:54:09
Танец Чёрной Луны [5] (Гарри Поттер)


2022.02.25 04:16:29
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2022.02.20 22:38:58
Леди и Бродяга [6] (Гарри Поттер)


2022.02.12 19:01:45
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2022.02.11 19:58:25
Глюки. Возвращение [241] (Оригинальные произведения)


2022.02.03 22:54:07
Квартет судьбы [16] (Гарри Поттер)


2022.01.30 18:16:06
Я только учу(сь)... Часть 1 [64] (Гарри Поттер)


2022.01.24 19:22:35
Наперегонки [15] (Гарри Поттер)


2022.01.16 16:46:55
Декабрьское полнолуние [1] (Гарри Поттер)


2022.01.11 22:57:42
Смех в лицо предрассудкам [32] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2022, by KAGERO ©.