Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Рейтинг самых популярных в фанфиках зелий:
3-е место – Оборотное
2-е место – Любрикант
1-е место – Неправильно сваренная хрень нейтрализующаяся только сексом

(с) Артеника

Список фандомов

Гарри Поттер[18478]
Оригинальные произведения[1239]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[139]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12695 авторов
- 26940 фиков
- 8615 анекдотов
- 17678 перлов
- 674 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Eternal gray sky

Автор/-ы, переводчик/-и: Позабытый Сон
Бета:Nocturne_orange
Рейтинг:NC-17
Размер:миди
Пейринг:Гарри Поттер/Драко Малфой
Жанр:AU, Angst, Drama
Отказ:всё ваше, мадам Ро
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:...Во взгляде была самая настоящая усталость. В которую запросто можно провалиться и уже никогда не выбраться. Упасть на самое дно серого неба. Дышать меланхолией вместо кислорода.
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:Tекст не требует предупреждений
Статус:Закончен
Выложен:2015.05.26
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 1817 раз(-a)



* * *
— Эй, Малфой, помнишь последний Хэллоуин в школе? Понимаю, давно это было, но все же, — он пропускает сквозь пальцы светлые волосы, они мягкие и гладкие, ощущать это огрубевшей и шершавой кожей особенно приятно. — Молчишь? Ничего страшного, я могу напомнить тебе...
Было решено, что нас всех снова отправят на седьмой курс. Но было ли это кому нужно? Подобное самоуправство посеяло поистине хаос. А мы были в самом его эпицентре.
Неуместно сейчас это прозвучит, но прости за то, что избивал тебя, что спокойно смотрел, когда над тобой и твоими "друзьями" издевались. Как эти самые "друзья" мстили тебе за предательство.
Наверное, лучше бы ты не возвращался в Хогвартс. Как и я, впрочем.
На так называемом "седьмом" курсе школа превратилась для тебя в камеру пыток. В каких бы углах ты ни прятался, кулаки многочисленных недругов находили твои уязвимые места.
Лучше не будем о плохом, прости.
В тот Хэллоуин был маскарад. Мы все были в костюмах, некоторые применили чары.
— А знаешь, как я узнал тебя? По рукам, — он гладит холодные пальцы, потом слегка их сжимает.
Ты был один, вдалеке от всех этих клоунов, в костюме средневекового священника. Ты достал из своей чёрной робы отливающую серебром фляжку. Когда ты наскоро отпивал из нее, я заметил сиренево-фиолетовые отметины на запястьях: следы нашей недавней драки.
Ты сторонился юных ведьм, чей разум был затуманен горячительным зельем, не крутился рядом с кретинами, которые напивались, в тайне желая набить друг другу морды, но вместо этого устраивали магические дуэли, на которые, как и на многое другое, директор просто закрывала глаза. Иногда мне кажется, что большинство этих "дуэлянтов" даже скучали по войне, ведь она давала возможность выпустить наружу всю чёрную вязкую жижу, которая бродила внутри...
А ты был совершенно один. Некоторое время я наблюдал, потом направился в твою сторону. Твои плечи напряглись. Узнал меня? Я надел костюм Повелителя Тьмы, ха, почти Упивающийся смертью.
Как я только тогда не додумался вырядиться Волдемортом...
— Могу представить всеобщую реакцию, — он засмеялся, закинув голову назад. — Я представляю, как бы они округлили свои глаза... А как же иначе, Малфой, в этой войне умирали близкие им люди.
"Пришёл подраться, Поттер?" — было твоим вопросом в тот вечер.
— Нет, я не хотел тебя бить, — взглянув на светлые ресницы, слегка подул на них. — Чего я хотел? Хороший вопрос.
Сейчас я могу сказать правду: после Войны я слегка свихнулся, да и до неё тоже был не совсем здоров душевно, я не знал, что к чему, что я должен был делать, как жить. Все воспринимали меня через некий шаблон. Он менялся время от времени, но сути это не меняло. Постепенно у меня сформировались немного преломленные представления о должном поведении и правильном образе мыслей. И ничего с этим не поделать.
Я мертвец больше, чем наполовину.
А тогда я ответил тебе что-то, уже и не помню, что.
Это выглядело таким ребячеством. И всё, что происходило тогда, кажется просто игрой. Сейчас, по крайней мере.
Но это ещё не вся правда...

* * *
Гарри подошёл ближе, снимая маску.
— Что это там у тебя такое интересное? — выхватил из тонких пальцев фляжку, инкрустированную камнями бирюзового цвета. Не дожидаясь ответа, он сделал глоток, потом ещё один и ещё.
— Поттер! — почти закричал человек напротив, но выхватить из рук сосуд так и не удалось. Только серебряный крест блеснул в тусклом свете факелов.
— Ты из-за этого так разволновался? — приподнял фляжку, поднес к носу. — Запах ужасный, мерзкое послевкусие, — поморщился, — или это особый сорт из ваших фамильных погребов, — промелькнула ехидная ухмылка, — в смысле того, что от них осталось.

Не то чтобы я был особым ценителем, но это...
Малфой стоял и молча смотрел в переносицу, на которой лежала перекладинка очков. Очков того-самого-мальчика-который-герой. Кожа чуть темнее, чем обычно, вид кажется жутким из-за гримасы, исказившей когда-то доброе и открытое лицо.
— Так Малфои теперь не коллекционеры эксклюзивных напитков, а прунщики? — хриплый смех сменился протяжным сухим кашлем, жидкость из фляги полилась на пол.
— Это был яд. Зелье, которое за несколько часов лишает человека жизни.
Гарри посмотрел в расширенные зрачки, утопающие в сером озере: в темноте они были очень странными, глаза этого слизеринца. Потом раздался сумасшедший смех, такой громкий и странный, что некоторые обернулись, кто-то даже затих на четверть минуты. Но в этом году многое было в порядке вещей и даже считалось нормой. Особенно для него — "неприкосновенного героя".
— Разыгрываешь меня? — спросил, немного успокоившись.
Вместо ответа Малфой чуть опустил ткань робы так, чтобы можно было видеть впадинку на шее у ключицы. Ближе к кости, на правой стороне чернело пятно, приковывая к себе взгляд в очках. Если приглядеться, оно было похоже на спираль или стилизованную воронку, которая так красноречиво вонзилась в очень светлого оттенка кожу.
— Такая же появится и у тебя через несколько минут. Можешь проверить. Кстати, их количество будет расти...
— Я видел, как ты отпивал из неё. Выходит, ты умрешь с рассветом, а я чуть позже? — голос имел странную тональность, будто Гарри говорил, едва сдерживая новый безумный приступ смеха.
— Выходит, именно так.
Сложно во всё это было поверить. Сложно поверить в то, что это трусливое существо действительно намеревалось лишить себя жизни.
Повисла немая пауза. Приглушенная музыка, запах алкоголя и едва уловимое предчувствие смерти. Душок виски стал чувствоваться сильнее. На бледном лице не дрогнуло ни единой мышцы, Малфой даже почти не моргал, всё так же глядя на переносицу Гарри. В серых глазах застывало безразличие абсолютно ко всему, что происходит.
— Я за Гермионой. А ты подыхай тут, если так этого хочешь. Умирай! — то живое, что ещё оставалось в глазах мальчика-который-когда-то-выжил, неистово заполыхало, — что же ты тогда сбежал от этого ублюдка, когда понял, что "корабль" уходит на дно, а, белобрысая крыса? Не нравится такая жизнь? Так какого дементора ты вернулся в Хогвартс? За расплатой? Думаю, твои изыскания удовлетворены, тварь! — Гарри едва не сорвался на крик.
— Не слишком ли много вопросов для человека, которому жить осталось несколько часов? — Драко наконец посмотрел ему в глаза, выдержал паузу, — если ты высказался, то лучше поторопись. Элементы для обратного чего? будет найти очень сложно, особенно за несколько часов, — тихий и спокойный голос.
Гарри даже не заметил, как рука с видневшимися нитями вен оказалась у него на воротнике, пальцы потянули ткань вниз, обнажая кожу — о, уже проявилось.
Холодок прошелся по телу парня, чьи колдографии и по сей день красовались на передовицах газет. Так вышло, что Малфой — эта трусливая крыса — оказался решительнее и сильнее Гарри Поттера: ведь мальчик-который-выжил-когда-то не думал о смерти, но и о жизни он тоже не думал. Хотя мысли о тихом исчезновении периодически крутились в его гриффиндорской голове. Парадокс и недоразумение: герой, который хочет просто бесследно исчезнуть. По-тихому. Но, как оказалось, он не хотел умирать.
Почему, если не можешь жить, альтернативой этому обязательно должна быть смерть?
Неопределенный взгляд в сторону Малфоя. Уже через пару секунд Гарри скрылся в толпе людей в масках. Он долго искал Гермиону, а потом Рона, чтобы найти Гермиону — и нашел ни одного из них. Направился в сторону подземелий, в класс зельеварения. Но там он ничего не смог сделать, даже если учесть тот факт, что ему вообще удалось туда проникнуть. Безнаказанно.
На дне фляжки не было ни капли зелья. Гарри винил себя за то, что вылил всё, за привычку сначала делать, а потом думать, за то, что у него нет больше карты мародёров. Он опустился в профессорское кресло и просто сидел, даже нашел в шкафчике некий "джентельменский набор". Но капли будто застревали в горле: на вкус всё было похоже на обычный спирт, а не элитные сорта коньяков и бренди магического мира. Тело немного расслабилось. Поттер обвёл взглядом класс, где жизнь назад он изучал такую непростую дисциплину, как зельеварение. Вспомнил 1 курс: то, как все боялись надменного и страшного профессора Снегга. В груди сжалось при мысли о профессоре, а значит, ещё что-то осталось живое. Может, и не стоит просто так сдаваться? Он окинул взглядом учебные места, вспоминая, кто из "трио" где сидел, где сидели другие гриффиндорцы. Гарри и не помнит, когда он последний раз был здесь на занятии: его обучение в Хогвартсе было формализмом и фикцией чистой воды: "Убил Темного лорда, значит, и со всем остальным справится". А возможно и такое, что теперь всем стало параллельно до "Золотого мальчика". Тем более что инструмент постепенно выходит из строя. Он и аврором не поработает. Его просто вышлют.
Куда-нибудь подальше.
"Выслали бы..."
Взгляд упал на то место, где сидел Малфой. Некоторые моменты проявились в памяти, будто старые колдографии. Какими же все они были глупцами. Но живыми. Ни Малфой, ни он сам последние два года не выглядели настолько живыми, как на каком-нибудь уроке зельеварения, или на занятиях у Хагрида, или в Большом Зале — в сотнях таких моментов. А сейчас они просто молча умирали по разным углам Школы. Как остальные могут быть счастливы? Гермиона, Рон и Джинни — его "Милая Джи". Где они все сейчас? Живём вместе, а умираем поодиночке...
Слово "смерть" заполняло каждый миллиметр его разума. Когда места совсем уже не осталось, Гарри вскочил с кресла, чтобы произнести единственное "нет" и заполнить сознание именно этим словом. Он осмелился наконец прикоснуться к черному пятнышку на шее, а потом пошел искать Малфоя: именно он сварил это зелье, а значит, знает, как сделать обратное.
В отличие от друзей, отыскать слизеринца оказалось куда проще: он был в Северной Башне. Странная лестница привела Поттера к двери-люку, которая оказалась запертой банальнейшим из заклятий. Внутри было теплее, чем в коридорах, горел камин, дрова потрескивали и всё больше утопали в огне. Вокруг всё та же обстановка, что и на занятиях по прорицанию. Свет приглушенный, отдает красным, запах чего-то травяного. Негромкий голос как довершение к интерьеру разорвал тишину.
— Так и знал, что придёшь.
— Просто скажи: мы сможем его сварить до того, как кто-то из нас умрет? — Гарри подошёл ближе к человеку, сидящему недалеко от камина. На нём уже не было монашеской робы, только обычная школьная одежда без мантии, — я мог бы добиться, чтобы Нарциссу, и без того глубоко несчастную вдову, выписали из Св. Мунго и...
— "Конфеты или жизнь", Поттер? — Драко приподнялся с мягкого пуфа навстречу Гарри, достал из кармана небольшую склянку и отдал её, — только, Мерлина ради, не беспокой меня больше. До утра по крайней мере.
Были заметны синяки на запястьях и такая же метка, как под ключицей, на левой руке.
— Возможна потеря сознания на несколько часов, поэтому прими это где угодно, только не здесь.
— Когда-то Трелони мне предсказала смерть, ха-х, могла ли она подумать, что это может случиться из-за такой оплошности, а не по вине Волдеморта? — вопрос в воздух. — А как же твоя мать? Неужели оставишь её одну, ведь...
— Там дозировано на одного. И оставь свои благородные гриффиндорские замашки: это выглядит, по меньшей мере, нелепо.
В ту ночь Драко не стал говорить, что ему тоже предсказывали скоропостижную смерть, как и всей его семье. А Гарри, уходя, не сказал ни простого "спасибо", ни ёмкого "прощай", ни — самого нужного сейчас — "прости".
До гостиной Гриффиндора Гарри Поттер шёл как во сне. Принял зелье, с несколько минут смотрел на своё запястье. Спираль будто закрутилась, а потом стала исчезать. То, что происходило потом, сложно вспомнить. Как и было сказано в Северной башне, Гарри просто заснул без памяти, прямо на диване гостиной. В голове ещё оставались образы, они сменяли друг друга, а потом повторялись снова и снова, пока он полностью не погрузился во тьму.
Звуки постепенно пробирались через темноту и пустоту. Всё отчётливее и громче стали голоса, очень много голосов, звуков, шорохов.
"Не умер?" — первая мысль. А потом уже: "Где я и кто я?" Разлепить будто бы заклеенные веки получилось не сразу. Красно-желтые оттенки, мантии: это младшекурсники, собирающиеся на завтрак. Гарри посмотрел на свои руки, они немного дрожали и расплывались, словно подсвеченные. Но это прошло уже через минуту. Никто не обращал на него внимания, а ведь на первом курсе он был куда "популярнее". Вспомнить только все эти: "Ты тот самый Гарри Поттер?!", "А покажи шрам", "Это же мальчик-который-выжил!".
Час, проведенный в гриффиндорской душевой, вернул трезвость рассудка. С "трезвостью рассудка" открылись и двери воспоминаний о прошедшей ночи: действия, мысли, фразы, так и не сказанные слова. Гарри начало пожирать изнутри чувство, похожее на вину, вроде бы давно забытое, но легко узнаваемое. Оно ощущалось почти физически. Мгла занимала всё большее пространство в теле и мыслях. Тьма окутывала сердце своими мокрыми щупальцами, немного сжимала и снова отпускала. Гарри привык ко многому за все эти годы, проведённые в стенах Хогвартса, но ощущать это настолько реальным было неожиданно.
— Гарри, я тебя искала вчера везде. Где ты был? — девушка сзади обняла его, одежда намокла под холодными каплями и прилипла к коже.
— А, Джи, это ты? — обернулся и увидел Джинни.
Она промолчала, но подумала о странности вопроса: кто ещё может подойти и обнять его в мужском блоке? Ей всё казалось странным, паранойя и мнительность грызли её изнутри.
Гарри выключил воду.
— Тебя нужно высушить, пошли.
— Хорошо, что вернулся. Хоть и под утро, — из всех сил она старалась не выдавать своего волнения и ревности.
— Я выпил вчера. Немного. И уснул не пойми где. А потом каким-то образом добрел до гостиной. Вот и вся история, — дойдя до своей одежды, Гарри берет палочку и произносит заклинание, от которого одежда, кожа и волосы Джинни становятся сухими. Сам вытирается полотенцем.
— Понятно, — конечно, она не верила ему, но всё же выдавила из себя улыбку. После смерти брата очень сложно было улыбаться по-настоящему. — А что... это, — она коснулась еле заметного синеватого пятнышка под ключицей. Её паранойя переставала казаться паранойей: очень трудно было разглядеть, что пятнышко в виде размытой спирали.
Гарри посмотрел в зеркало и увидел, что знак смерти до конца так и не пропал.
— Не знаю, — он ничего не добавил и наспех стал одеваться.
— Хорошо, что с тобой всё в порядке, приходи на завтрак, — Джинни хотела поцеловать его, но в итоге просто тихо удалилась.
А мысли Гарри были заняты совершенно другим: чувство вины, таким, как на четвертом курсе или на пятом... Мозг постоянно искал отождествления ситуации с чем-то пройденным, но нет, это было нечто иное. В голове билось слишком много мыслей. Вопросы не заканчивались. Он думал о том, что тот напиток вовсе не был ядом: просто шуточное зелье, наподобие тех, что стояли на полках в магазинчике близнецов Уизли. Или нет? Вдруг это всё-таки был настоящий яд, а знак, пропавший не до конца, говорит, что он ещё не в безопасности?
И где Малфой? Ответ на последний вопрос мог снять все остальные. Наконец решившись, Гарри вышел из душевых и направился в Большой зал.
— Гарри! Ты где пропадал? — Гермиона почти вскочила со своего места, когда увидела знакомый силуэт друга. За столами сидело очень мало людей: все уже разошлись. Джинни молчала, хоть уже и слышала объяснение.
— То же самое могу сказать относительно вас, ребята, но это не мое дело, правильно? — Поттер улыбнулся и сел рядом с Роном.
— Дело не в этом, — лицо подруги было даже серьезнее, чем обычно, — Малфой исчез.
Воздух на несколько секунд стал слишком тяжелым.
— Да? А какое это имеет отношение ко мне? — спокойно спросил Гарри, насаживая на вилку кусочек творожника.
— Я тебя ведь не из праздного интереса спрашиваю... все в курсе, как ты обходился с Малфоем и другими... бывшими Пожирателями. И последним, с кем его видели, был ты. — Гермионе очень больно было это говорить, но ещё больнее наблюдать все те метаморфозы, которые происходили с самым лучшим другом, почти братом. Видеть то, каким он стал: жестоким и странным. Конечно же, она верила, что Гарри не мог навредить человеку... во всяком случае, сильно навредить, но факты были против него, а они — только верхушка айсберга. Многого она не сказала ещё. Главным сейчас было разобраться в ситуации, найти Малфоя и найти его живым. Ведь в магическом мире убийца определяется со стопроцентной вероятностью. Неужели частица Тёмного лорда всё-таки осталась? Ведь и у Тома Реддла всё началось с одного убийства. Гермиона всегда рассматривала ситуацию со всех сторон, но на этот раз её подташнивало от такого типа рассуждений. Хотелось отмести этот вариант за нелогичностью...
— А я думаю, что белобрысая крыса просто сбежала, вот и всё, — едва прожевав булочку с корицей, вмешался Рон, за что получил от своей девушки укоризненный взгляд, скрывавший надежду на то, что сказанное — правда.
— Хорошо, а почему ты думаешь, что он именно "исчез"? Ведь в догадке Рона есть логика, — Гарри взял стакан с соком и сделал несколько рваных глотков.
— Приходили детективы и эксперты в области магической трасологии. Каждый маг оставляет следы и эксперты, специализирующиеся... — Гермиона не успела договорить: все заметили приближение двух мужчин, направлявшихся прямо в сторону небезызвестной троицы.
— Мистер Поттер, можете ответить на пару вопросов? — заговорил детектив уже в возрасте, стоящий рядом молодой человек молчал.
— Могу, — он допил свой сок и посмотрел в лицо, испещренное морщинами. Все рядом сидящие напряглись почти до предела, даже дышать стало трудно от этого напряжения: так и вынуждают его встать, а ведь запеканка так и не доедена, пудинг вообще не тронут. Откуда мысли о еде в такой ситуации?
— Тогда пройдёмте, — жестом детектив показал на выход.
Гарри нехотя встал из-за стола и, кинув взгляд на друзей, улыбнулся им, будто всё нормально. Он хотел их успокоить? Что в тот момент испытывал он сам?
Потом был кабинет директора без директора. И вопросы, только не "пара", а намного больше, столько, что он сбился со счету. Раз десять, наверное, было сказано "Мы хотим помочь, мистер Поттер" или "Мы все вам обязаны".
Была найдена та самая фляжка с ещё оставшимися на донышке каплями смертельного зелья (яда, по сути), причем там были отпечатки как Драко Малфоя, так и Гарри.
— Чему вы хотите помочь? В чем МОЯ вина? Имеются ли достаточные доказательства? Или на волшебный мир презумпция невиновности не распространяется? — уже не выдержав этого спектакля, выпалил Гарри.
— Тогда просто расскажите, мистер Поттер, события, предшествовавшие... исчезновению Драко Малфоя. С какой целью вы к нему подошли, содержание вашего разговора, куда потом направились, где пропадали пять часов и почему на именной фляжке Малфоев были обнаружены ваши папиллярные и магические следы.
Почему он просто не рассказал всё, как было на самом деле? Ведь с него бы снялось это необоснованное обвинение. Скорее всего.
— А вы можете просто выполнять свою работу сами, а не меня приобщать, — в этот момент что-то поменялось в лице, но не сразу было понятно, что это из-за улыбки, точнее злой пародии на улыбку, — как, в общем-то, и происходит в последние годы… Даже не так: всю мою жизнь. "Гарри, выгреби весь навоз из конюшен", "Гарри, убей безносого ублюдка ", "Гарри, сдохни ради блага человечества". Если действительно хотите помочь, то просто выполняйте свою работу. Сами. И я твердо уверен, что вы, джентльмены, найдете Малфоя. Живым или мертвым. Если всё-таки второй случай, то работать придётся дольше, но упорный труд даст свои плоды и убийца будет найден.
— Вы можете просто помочь расследованию, — старшему детективу сложно было сохранять спокойствие при таком ребяческом поведении.
— Да? Тогда какого чёрта вы чуть ли не напрямую говорите о моей виновности? Ищите больше доказательств, чтобы их было достаточно для подобных разговоров. И заодно ищите других пропавших пожирателей... бывших пожирателей. И расследуйте все убийства, совершенные на почве ненависти к предателям. — Гарри не был намерен сотрудничать ни с кем, помогать тоже больше не хотел.
— Вы просто не понимаете своего положения, — в глазах детектива стала заметнее тень неприязни и раздражения из-за поведения, как ему казалось, избалованного вниманием и славой человека. — Если думаете, что теперь, после всех тех событий, вы сможете дерзить, грубить и... совершать проступки безнаказанно, — мужчина намеренно не сказал "преступления",— то в корне ошибаетесь. Даже если Вы — Гарри Поттер.
Ещё несколько дней детективы периодически мелькали в Хогвартсе: беседовали с учениками, профессорами, просто наблюдали; что-то вынюхивали. Затем пропали и с тех пор больше не появлялись. По крайней мере, пока последний выпуск не завершил обучение.
С друзьями отношения наладились, во всяком случае, они сами так считали. С Джинни — тоже, хотя периодически она даже и не пыталась скрыть приступы своей нездоровой ревности. А что до Гарри, то ему было не до интрижек "на стороне", да и вообще его мало что интересовало. Никто не замечал, как он превращался в деревянную куклу. Пиноккио, который слишком много лжёт. Обратный процесс был запущен. Иногда казалось, что та надпись, которой Амбридж на пятом курсе наградила нарушителя "новых" правил, иногда проступает через кожу. Он лжет, что ему есть дело до всего, лжет, что жив. Лжет себе, что не испытывает чувства вины, лжет, что забыл о той ночи. Это страшная кара — утопать с каждым новым днем, с каждым вдохом в глубоком болоте мыслей, воспоминаний и чувств. Когда-то маленького мальчика со шрамом на лбу и глазами, горящими за стёклами смешных очков, очень привлекли огни Хогвартса, и с каждым новым годом он шел всё дальше в лес за этими волшебными огоньками. Именно они привели его сюда, к вакууму апатии, который того и гляди заберёт его в свою пугающую бесконечную пустоту.
"Избранный" окончил школу с наилучшими оценками. Конечно же, за свои заслуги перед всем магическим сообществом, а не за успеваемость по чародейским дисциплинам; за все годы в общем и за последний в частности. Поступил вместе со своими друзьями в Академию, где всего за два года, по ускоренной программе, из них должны были сделать мракоборцев. Гарри не проучился там и трех месяцев, как просто ушел. Ушел не только из Академии, но и из мира, где были его друзья, слава, счастливые воспоминания, первая любовь — вся его жизнь. Пространственно-временные различия не препятствовали тем не менее Гермионе и Рону почти каждый день наведываться к Гарри на квартиру в Лондоне. Джинни жила с ним, хоть ей и очень тяжело далось решение об уходе из аврората, семьи и того мира, к которому она привыкла с самого детства. Оказалось, что она почти не приспособлена к жизни не в магической реальности. Всё прожитое раньше стало казаться просто сном. Обычная городская жизнь поглотила её без остатка. Почти все деньги из Гринготтс Гарри отдал семье Уизли. Гермиона, судя по всему, скоро должна была стать частью этой семьи. При обмене оставшейся волшебной валюты на фунты стерлингов и евро так много значащие в волшебном мире сбережения превратились в жалкие деньги, которых в Лондоне хватило лишь на покупку жалкой комнатушки на окраине. Когда как "по другую сторону" можно было купить хоть три красивейших особняка с зачарованными лабиринтами и прудами, в которых обитают русалки. И даже приватизировать Малфой-мэнор. Такой далеко не справедливый валютный курс исторически установился из-за риска исчезновения магов, которых с каждым десятилетием становилось всё меньше и меньше...
Но какие-то гарантии у "мигрантов" всё равно были. Например, окончание обучения в школе чародейства и волшебства приравнивалось к полному окончанию одной из частных школ. Небольшая волшебная фальсификация. Но были и "пробелы" во всех этих вопросах. Да никто и не был особо заинтересован в поддержке без того немногочисленного магического населения. Как ни странно, у чародеев никогда не возникало бунтарского настроения: большинство попросту не думало уходить. Поэтому поступок, подобный тому, что совершил Гарри, приравнивался почти к уходу из жизни.
Подыскать подходящую работу оказалось не так просто: фактически ни у Гарри, ни у Джинни не было даже школьного образования, полученные документы всё же не были действительны. Почему, остаётся только догадываться. Около двух месяцев выпускники Хогвартса жили в Лондоне. "Золотой мальчик" стал фрилансером. Визиты Гермионы и Рона сократились до одного дня в неделю. Их можно понять: аврорат, борьба со злом, подготовка к свадьбе...
В Лондоне не получилось задержаться. Квартира была продана. Сначала они перебрались в Ирландию. Жили в Арме почти полгода, за которые Джинни, казалось, сотню раз уговаривала Гарри решить вопросы с Министром Магии и пойти в колледж. Сама всё рвалась, но так ничего и не делала, оправдываясь тем, что одной ей нет смысла учиться, что она не может "бросить" Гарри.
Гермиона и Рон уже не спешили со свадьбой. Вообще, о них уже не было слышно месяц или даже дольше. Но так было даже в какой-то степени лучше, потому что каждый раз, когда друзья появлялись на пороге квартиры в Арме, они были непостижимым образом окутаны атмосферой "Дома", по которому отчаянно скучала Джинни. «не…» и «не…» Гарри много раз говорил, что она может возвращаться туда, если хочет. Что-то надламывалось в такие моменты... Приступы ревности всё чаще душили девушку. Она начала срываться, уже не сдерживая своей паранойи. И высказывала всё, что думала, прямо в лицо. Так прошло ещё какое-то время, в ссорах и недопонимании.
Гарри решил перебраться в Америку. Джинни, конечно же, последовала за ним. Пройдя тридцать три бюрократических круга, они всё-таки поселились в Портленде, на этот раз просто сняв квартиру. Там они задержались дольше, чем в двух предыдущих местах. Но как-то в один из осенних вечеров Гарри начал разговор об Айдахо.
— Скажи, почему ты постоянно хочешь переехать? — кожа на лице Джинни приобрела землистый оттенок: она очень уставала, работая в супермаркете.
— Джи, ты всегда можешь вернуться к семье, ты же знаешь, — в глазах не было заинтересованности.
— Да, могу. Но тем не менее я всюду таскаюсь за тобой. Потому что считаю тебя своей чертовой семьей, понимаешь?! — щёки вспыхнули, наконец она высказала это. Но было кое-что ещё. — Если ты таким образом пытаешься вернуть меня домой, отдалить от себя, то уже поздно. Я жду ребёнка. Не так я хотела это сообщить... — сердце бешено колотилось, она и представить не могла, как отреагирует этот человек.
Гарри ничего не сказал, он только обнял Джинни и поцеловал её живот, плоский, будто там никого и не было.
Но через какое-то время живот девушки начал заметно округляться. Тогда и начались разговоры о собственном доме, нормальной работе. Гарри всерьёз хотел переехать в Айдахо и там купить дом. Джинни хотела обратно в Англию, но всё равно смирилась с его решением.
— Я вернусь через три дня, дом вам понравится, обещаю. Не скучайте, — короткий поцелуй, рука на животе, прощальный жест.
— Осторожнее с этим своим монстром
— Ты думаешь, управлять дукати сложнее, чем метлой? Не узнаю прежнюю Джинни Уизли.
Когда стемнело, Гарри уже покинул штат Огайо и ехал по дорогам Айдахо. Он начинал подумывать ещё об одной остановке, когда на горизонте возникла чья-то тёмная фигура. Медленно стал сбавлять скорость.
Мотоцикл остановился возле человека в странной одежде, почти лохмотьях. Рядом громоздился внушительных размеров рюкзак. Это был индеец неопределяемого возраста.
— Куда путь держишь? — голос незнакомца был тихим, но оказывал необычное, почти гипнотическое воздействие.
— Айдахо-Фолс
— Не близко, но нам по пути
— Куда тебе?
— Округ Кассиа, Берли.
Гарри достал карту и прикинул, как долго ему придётся везти индейца. Будто прочитав мысли, незнакомец сказал, что его можно сбросить и в соседнем округе.
— Залезай, довезу до Кассиа, только остановиться бы где-нибудь переночевать, — наверное, гриффиндорское благородство или то, что от него осталось, подвигли Гарри сказать это.
— Я в долгу не останусь.
— Давай лучше подумаем, как твою поклажу погрузить, — увидел ли незнакомец тот огонек, который мелькнул в зелёных глазах?
Индеец представился как "Моки". Он сказал, что знает хорошее место в Маунтин-Хом. По неизвестным причинам Гарри не опасался этого Моки и следовал туда, куда он говорил.
Показались скудные огни городка.
— Ну всё, пора и передохнуть, — слезая с мотоцикла, сказал Гарри, — до твоего "хорошего места" ещё ехать и ехать.
— Мы уже на месте, ковбой, я его имел в виду, это место.
Двухэтажный мотель, на первом — бар, некоторые буквы на вывеске не работают: лампочки перегорели.
Внутри стойкий запах табака, древесины и спиртного.
— Моки? — Гарри оглянулся по сторонам, но своего попутчика найти так и не смог. Выбежал на улицу — мотоцикл на месте. Зашёл обратно в бар и, не обращая внимания на тех, кто расположился по углам за столиками и изредка на него косится, сел за барную стойку, думая о том, куда мог деться индеец.
— Мне кто-нибудь сегодня нальёт пива? — в голосе сложно было не заметить раздражения.
"Неужели все американцы такие?" — думал он, поднимая голову на бармена.
Слегка потрепанная рубашка в клетку, на голове зелёная бейсболка, платиновые волосы. Серые ошарашенные глаза смотрели прямо на Гарри. На несколько секунд все мысли, образы и голоса из головы просто исчезли. Воздух будто состоял из многих тысяч полупрозрачных нитей. Ещё секунда и можно сойти с ума...
— А что ещё сделать, ваше гриффиндорское величество? — голос не казался уверенным; в нём слышались отзвуки прошлого.
Понадобилось несколько секунд, чтобы выйти из-за стойки, схватить бармена и потащить за собой на улицу через заднюю дверь.
— Рей, проблемы? — заволновался мужчина за дальним столиком.
— Всё нормально, Ленни, — только и успел сказать Драко, прежде чем оказался на улице прижатым к облезлой стене мотеля.
— Какого чёрта происходит?! Я думал, ты умер, все так думали! Ты хоть знаешь, что меня обвиняли в этом, ты, изворотливая змея?! Куда ты исчез утром? — почти на одном дыхании выпалил Гарри, едва не срываясь на крик, хотя пьяные драки не были чем-то новым для этого места. Кепка упала с головы Драко.
— И ты, благородный аврор Гарри Поттер, нашёл меня, чтобы навсегда очистить своё имя от всякого рода остатков былых подозрений? — под напором тела и рук почти невозможно было двигаться. Но хватка ослабла.
— Никакой я не аврор, не поверишь, но я тут совершенно случайно, — убрал руки. — Но я всё равно жду объяснений. Что, чёрт возьми, тогда произошло?
— Снегг. Точнее его портрет. Это долго объяснять, Поттер.
— А у нас вся ночь впереди, "Рей", — зеленые глаза блеснули с неподдельным интересом.
Они зашли обратно в бар под изучающие и даже несколько обеспокоенные взгляды посетителей. Драко вернулся за стойку.
— Мы старые школьные... друзья, — было сказано крупному человеку в шляпе и с кружкой пива на столе. Тот принялся дальше отпивать крупными глотками свой напиток, капли задерживались на рыжих с проседью усах. Маленькие карие глаза тем не менее не спускали с незнакомца взгляда.
— Друзья значит? — сказал тихо, но с явной усмешкой. — Налей водки что ли, друг.
Рассказ Драко был очень сух и краток. Понятно только стало, что портрет Снегга начал говорить, хоть и молчал до той ночи. И именно он сказал, как необходимо поступить.
— Что тебя переубедило? Этого я никак не возьму в толк? — четвертая рюмка была пуста.
— А это уже личное.
— Хорёк ты. Слизеринский...
— Зачем во всем этом разбираться конкретно сейчас? Жизнь уже давно ушла вперед. Не хочешь же ты меня обвинить в том, что твоя жизнь пошла кувырком из-за моего исчезновения?
— Слишком много на себя берешь. Кувырком она пошла сразу после моего рождения. И до сих пор вот кувыркается, ха-х. Налей-ка ещё.
— Ты еле сидишь, Поттер.
— Я отмечаю. Скоро отцом стану.
— Странный у тебя способ, — возникла весьма ощутимая пауза. — Что ты вообще делаешь в этой дыре? В Айдахо, в Америке? Именно в этом баре?
— Пришлось сменить пару мест, перед тем как найти то, где хочешь осесть.
— И это Айдахо, лучшего места и не сыскать!
— Странно это слышать именно от тебя, — Гарри посмотрел в серые глаза, — наполняй рюмку давай. Не тебе говорить мне о счастье. Мы оба никогда не узнаем, что это такое на самом деле.
Потом были ещё разговоры. Разговоры, не имеющие четко очерченного предмета. Как у безымянного человека с вечно наполняющимся стаканом и бармена, который всегда в такие вот ночи выступает в качестве личного психолога.
Смена Драко окончилась. Гарри поплелся заказывать номер на ночь.
— Я тут недалеко живу, можешь остаться, — нужно было что-то преодолеть в себе, чтобы сказать это. Сделать голос непринужденным.
Малфой в ту же секунду заметил изменение во взгляде Поттера. Тот будто бы протрезвел.
— Интересное предложение, — взгляд стал жутким, Драко такого не видел, даже когда оказался прижатым этим человеком к стене сегодня. И даже в школе.
Дорога прошла в молчании. У двери Драко медлил, не доставая ключи.
— Всё-таки хочешь убить меня, я прав? — однако достал ключи и открыл дверь.
Пауза. Казалось, что можно расслышать чьё-то сердцебиение.
— Не угадал, Малфой, — толчок внутрь и звук захлопнутой двери, — я хочу тебя трахнуть.

Мысль Драко о том, что это просто неудачная шутка, дала Гарри выигрыш во времени. Хозяин квартиры был уже прижат к стене, телефонная трубка упала и повисла на проводе. Плечи в тисках пальцев. Всё это было похоже на аффект. На шторм, смерч и пожар одновременно. Но это происходило внутри и безоговорочно требовало выхода. Куртка была отброшена куда-то в сторону, после чего раздался звук бьющегося стекла. Пальцы быстро, лихорадочно расстегивали рубашку, потом из-за нетерпеливости и безумного желания зазвенели на полу пуговицы. Гарри чувствовал под своими руками чужую кожу, ещё скрытую под одеждой. И бешено бьющееся сердце, скрытое под кожей.
Взгляд в серые глаза. Почему именно в них сейчас Гарри увидел отголоски не только мрачного прошлого, но и того волшебства, которое больше не имело места в его жизни? Будто в неосознанной надежде активировать порт-ключ, Гарри проводил руками по телу Малфоя, раздевал его.
Но в какой-то момент, словно сквозь туман, стало приходить осознание: было непонятно, почему Драко не сопротивляется. Не язвит, в конце концов. Как вообще карты легли именно так?
Но и это было не самым ужасающим.
Больше всего Гарри поразило выражение лица Драко. На секунду он будто увидел их обоих со стороны: покорный слизеринец и насильник гриффиндорец. Ирреальность происходящего ошеломляла.
И отрезвляла.
Гарри убрал руки и отстранился от едва одетого тела. После чего Драко сполз вниз по стене, будто только поттеровские руки его и держали. Бледные пальцы потянулись вверх, обхватили дверную ручку.
— Поттер, — на пределе слышимости, будто не с его губ срываются слова, — не уходи...
Эти слова подействовали на Гарри, словно заклинание обратное экзорцизму: ритуал по вселению демона. Тысячи костров загорелись в глазах. И вместо крови по венам побежала раскаленная лава.
— Да? Тогда отсоси мне хорошенько, Малфой, — он подходит вплотную, бляшка от ремня упирается в искусанные губы.
Драко смотрит снизу вверх. Видно, какое он испытывает унижение. Но всё равно проводит пальцами по заметно очертившемуся бугорку, расстёгивает ремень и ширинку, спускает джинсы и дотрагивается до горячей плоти через ткань белья, сжимая пальцы и ведя руку по всей длине.
— Шлюшкой стал уже в школе или всё же в штатах, а, Малфой?
— Дай-ка подумать... Может, тогда же, когда Героя стало тянуть на мужские задницы? — отвечает Драко, и так уже растерявший за сегодняшний день всё свое достоинство.
— Возьми уже в рот, — сжимает светлые волосы на затылке и тянет к эпицентру своего возбуждения. Весьма болезненного возбуждения.
А Малфой слушается; тянет вниз резинку чёрного белья.
И не сейчас Гарри думать, отчего у него стоит как никогда раньше. Головка практически касается живота, сочится смазкой.
Драко проводит кончиком языка от основания вверх, будто намеренно раздразнивая, собирает капли желания. Облизывает каждый миллиметр, проводит языком по венке.
— Хочу, — желание увеличивается с каждым прикосновением; Гарри уже сам готов толкаться в рот этому человеку. И едва ли этим сегодня всё ограничится.
Драко обхватывает губами твердую плоть, начинает двигаться, задевает зубами, языком. Не выдерживая, Гарри сам подаётся во влажный рот, найдя нужный угол и задавая ритм. На смуглом лице выступает испарина, очки скатываются на кончик носа, ещё чуть-чуть и упадут; учащенное дыхание, руки на светлых волосах. В один момент Гарри быстро выдыхает. Из гортани почти вырывается стон. Но он не кончает; хочет большего.
Гораздо большего.
Отстраняясь и почти рыча от желания, он раздевает Драко. Руки по всему телу, язык на шее, сосках, животе. Драко уже извивается змеёй от прикосновений; шипит, когда Гарри ощутимо обхватывает его внизу, отодвигает кожицу. В коридоре стоит небольшая софа, и именно на ней оказывается Драко в весьма непотребном положении. А Гарри пьянеет от вида, который перед ним раскрывается. Его даже не пугает, что он смотрит на мужчину. Мало того что на мужчину — он смотрит на Малфоя и готов кончить, просто глядя на него. От прикосновений к его коже, от ощущений под пальцами, на языке. Это наваждение.
Очки уже где-то на полу, и Гарри смотрит больше руками. Теперь он люто ненавидит всех, кто был у Малфоя. Именно сейчас он хочет всех их убить. От собственнической ревности желание всякого рода "подготовок" или прелюдий пропадает напрочь. Гарри просто начинает входить. Так узко, что Драко даже вскрикивает от резкой боли. Зарождается семя сомнения в сознании: "А что, если он..." Но уже поздно, с каждым новым движением Гарри разрывает Малфоя, заставляя кричать от боли. Ногти впиваются в смуглую спину, царапают.
Но постепенно начинают ощущаться движения навстречу, крики сменяются стонами. Кожа почти молочного оттенка покрывается испариной, губы искусаны.
Гарри увеличивает ритм, движения становятся всё быстрее. Сейчас он больше всего хочет почувствовать эти искусанные, почти багровые губы. Резким движением Малфой уже оказывается верхом на его бёдрах. Серые глаза широко распахнуты от неожиданности. Гарри касается языком распухших губ, крепко целует, водит рукой вверх-вниз по члену. Драко дрожит, стараясь не смотреть в зеленые глаза, быстро дышит. Потом сам начинает неистово насаживаться на твердый член. Всё быстрее и быстрее. Они оба близки к апогею этого театра абсурда.
— Вот ты оказывается какой, — учащенное дыхание, — Драко Малфой. — Движения всё быстрее, на пределе.
— Мм-м... молчи... Поттер, — быстрый вдох, почти сорвавшийся с губ стон.
Гарри берёт Драко за подбородок и обращает к себе его лицо, чтобы он смотрел ему в глаза и никуда больше; и целует со всем жаром своего естества, своего желания. Всё это становится слишком невозможным ощущением, и никто из них двоих уже не в силах сдержать себя, чтобы не кончить с животным криком.
Драко вцепляется в Гарри насколько позволяет его расслабленное состояние. Он будто боится, что этот человек уйдет. Этот повзрослевший "Золотой мальчик".
Но он никуда не уходит, только крепче обнимает разгоряченное тело.
А как они добрались до постели и при этом не наступили ни на очки, ни на разбитое стекло — история умалчивает.

Эй, хорёк, а поехали в Хеллс-Каньон? Прямо сейчас.
До сонного Малфоя не сразу доходит смысл сказанного, ему и так тяжело дался тот факт, что произошедшее в коридоре с этим безумным гриффиндорцем не было ни сном, ни фантазией, хотя и очень схоже с иллюзией. Всё было слишком зыбким и хрупким, того гляди рассыплется из-за простого вопроса:
"Что это было?"
Потому что, если во время галлюцинации или сна спросить вслух: "Что вокруг, собственно, происходит? " и принять факт того, что всё какое-то странное, не соответствующее реальности, — все декорации рушатся, разбиваются. Иллюзия растворяется в привычном интерьере, будто её никогда и не было.
Вот и Драко не хочет говорить лишних слов, даже думать не хочет. Шевелиться тоже крайне опасно.
— Что, прости? — постепенно он начинает просыпаться, реальность становится более плотной.
— Адский каньон, Малфой, — Поттер опирается на локоть, чтобы лучше видеть родинку на шее. — Вот живешь в Айдахо и даже ни разу там не был?
— Издеваешься? Я даже сомневаюсь, что смогу сейчас доползти до душа, — Драко старается говорить спокойно, хотя внутренний голос заглушает всё остальное, взывая всё громче и громче: "Что происходит вообще?", "Абсурд, бредовый сон, спектакль", "Что творится, мать вашу!", "Какой ещё Адский каньон?", "О, Мерлин...", "Мерлин?!", "Я снова так выражаюсь?"
— Эх, Малфой, была бы палочка, наложил бы исцеляющее, но я уже не видел её чёрт знает сколько времени, — Гарри окидывает взглядом истерзанное тело, — Ха-х, выглядишь, как после драки.
— О да, Поттер, а ты любитель драк, это я ещё в школе уяснил, — взгляд Драко мрачнеет, повисает совершенно ненужная пауза, поэтому голос в голове всё громче задаёт вопрос, ответ на который можно получить только в том случае, если произнести его вслух.
— Что... всё это было? — снова тишина кажется материальной.
Гарри смотрит на серые всполохи в глазах человека, лежащего рядом, видит серебряные капли, камушки, озёра, может, даже вселенную. Целый мир в сером цвете. Он смотрит прямо в эти глаза, приближается к ним. Очень близко.
— А если я начну задавать вопросы? — почти шепот, — Почему не сдал меня своему Лорду? — дотрагивается до небольшого темно-фиолетового пятнышка на бледной шее, — Твои постоянные выпады в мою сторону в школе, почему?
Почему отдал обратное зелье мне?
Малфой, почему ты, чёрт возьми, не сопротивлялся, почему делал то, что я хотел? Ты же никогда не отсасывал мужику, я прав?
— Хватит! — сейчас Драко хочет провалиться далеко в просторы холодного космоса, но вынужден гореть в зеленом пламени под напором до ужаса прямого взгляда.
— Так что с Адским Каньоном? Если через пару часов выдвинемся, то будет в самый раз.
— Там нужно специальное снаряжение и... — Драко сейчас походит на сомнамбулу.
— Вот это уже другой разговор! А с доставкой в душ я уж как-нибудь тебе посодействую.
Мотоцикл Гарри так и остался на своем месте, шины проколоты не были, что было весьма странно, ведь "Рея" вчера так резко выхватил "подозрительный незнакомец", что пара-тройка завсегдатаев бара вполне могли скооперироваться.
Рядом с мотоциклом, на ящике, сидел знакомый индеец.
— Моки! — Гарри тут же вспомнил про своё обещание и поразился тому, как это вылетело у него из головы, что бывало крайне редко. Обещания он выполнял всегда.
— Ковбой, — приветственный жест, — дальше я сам могу добраться, — будто прочитав беспокойные мысли, ответил индеец. — Я сказал, что в долгу не останусь, поэтому... как у тебя со временем?
— В каком ещё долгу? Тем более, я сейчас должен забрать "коня" и заехать за... — короткая пауза, — человеком. Мы направляемся в Хеллс-Каньон, — сказал Гарри правду
— Это не долго. Я нанесу на твоё тело вечный рисунок и твоему другу.
— Что? — опешил парень, — татуировку, говоришь, сделаешь? Вот такого я не ожидал! — в глазах интерес. — А, поехали, устроим Рею сюрприз.
Нелогичность ситуации больше не привлекала к себе внимания.
Когда Драко открыл дверь, его мысли и эмоции можно было прочитать по лицу: "Похоже, в системе снова сбои. О'кей".
— Малфой, сейчас нас с тобой татуировками наградят.
— Почему я не удивляюсь? Проходите уже.
Гарри в ответ только по-доброму рассмеялся.
Хозяин дома наблюдал за процессом нанесения рисунка, в голову лезли воспоминания о проклятой метке, пожирателях, шестом курсе, Волдеморте... Метки уже не было, но рука периодически болела на том месте.
Тем временем на правой лопатке бывшего гриффиндорца уже красовался стилизованный орел, состоящий из черных и красных линий, и шаманские символы.
— Ну что, ещё не струсил, хорёк?
— По-оттер, да я даже гримас таких страдальческих не буду строить, как ты, — эти слова больше походили на защитную реакцию: едва ли выражение лица Гарри что-то выражало.
Но Драко погорячился, потому что во время процесса он чуть сознание от боли не потерял, по крайней мере, у него был такой вид. Но рисунок был готов.
Моки сказал несколько напутственных слов перед тем, как уйти.
Гарри не видел своего рисунка, как и Драко — своего, поэтому они не знали, что теперь у них абсолютно одинаковые татуировки, разница лишь в том, что они по разные стороны спины.
До Хеллс-Каньона они добрались за гораздо меньшее время, чем предполагал Малфой в начале пути. Останавливались несколько раз только для того, чтобы обработать свежие татуировки и глотнуть воды. Почти ни о чём не разговаривали.
Стемнело, мотоцикл уже давно был оставлен позади. Пришло время искать место для ночлега. Поблизости не было людей, только природа. Именно здесь казалось, что так и нужно, что естественными обитателями этих мест могут быть исключительно представители флоры и фауны. Человек здесь явно был лишним. Неуместным.
И разговоры тоже были ни к чему.
Они забрались достаточно далеко, чтобы быть собой. И чтобы понять в конечном итоге, что их уже не существует. Просто пустая оболочка, набор масок и ролей. Но в этом месте можно было обойтись даже без этого. Поэтому оставалась только голая тишина. Тишина на двоих.
Холод растекался по камням, деревьям, земле. Но подойдя достаточно близко к костру, пожирающему листья, сучья и остатки утренней газеты, он недовольно ретировался. И терпеливо поджидал, когда огонь потухнет. Для того чтобы забраться к двум путникам под куртки, прокладывая тем самым мостик в самую душу.
— Потому что ты отверг мою дружбу тогда, — негромкий голос почти слился с гулом ветра и ко— Ты о чём? — с этим вопросом тишина осыпалась.
— Отвечаю на твои вопросы.
Гарри понял, что имелось в виду.
— Каким же избалованным и эгоистичным ребёнком ты был, Малфой!
Драко только горько улыбнулся на это. От былых провокаций не осталось и следа.
— А им не сдал, потому что верил в вашу победу. Потому что тот год был кризисным и переломным. Страх и жажда выживания не позволили мне выдать тебя.
— Да я догадывался. Всегда знал твою истинную сущность.
— Зелье отдал, потому что хотел в своей жизни сделать хоть что-то хорошее. Такое, что не будешь испытывать чувство вины, когда ощутишь дыхание смерти на спине.
Гарри с наигранным удивлением посмотрел на Драко, от которого даже при свете костра веяло холодом.
— А вот это уже тебе несвойственно. Удивляешь, Малфой. Но хочу разочаровать тебя: спасение моей шкуры едва ли можно назвать добродетелью.
Слишком много боли было в серых глазах. Между двумя людьми будто возникла некая стена. Она разделяла их почти на бесконечность.
— Ты скоро станешь отцом. Может, ради этого и стоило спасать твою жалкую шкуру. Ради живого человека!
Повисла немая пауза. Ветер играл на ветвях деревьев, словно музыкант на инструменте.
— В отличие от меня.
— И меня тоже, — сухая констатация.
Стена постепенно начала таять. Тысячи тонких нитей двух стали переплетаться.
Гарри смотрел на бледное лицо собеседника, изучал каждую черту.
В один момент он понял то, чего не мог понять целую вечность.
Только смотря на самое дно серого пасмурного неба. На тонкую кожу, казавшуюся такой прозрачной, что можно было с легкостью порвать.
Во взгляде была самая настоящая усталость. В которую запросто можно провалиться и уже никогда не выбраться. Упасть на самое дно серого неба. Дышать меланхолией вместо кислорода.
Но в сознании начинали раздаваться голоса, произносящие что-то вроде: "С днём рождения, Гарри", " Платформа 9 и 3/4", "Гриффиндор!".
Всё больше "колдографированных" воспоминаний возникало в голове. Их становилось так много, что они разрывали стенки всего сознания, нещадно пробираясь наружу.
Он захотел вернуться туда.
Да.
Как всё просто! Он хочет вернуться в прошлое.
В самое начало.
До скрипящей боли в груди хочет вернуться.
До нестерпимого скрежета в солнечном сплетении.
Единственное, что связывает его с тем миром — это Малфой.
Сейчас он стал средоточием тайны, магии и чародейства в этом плоском мире. Среди множества дорог, мотелей, грязи и бесконечной тоски по месту, которое было когда-то покинуто.
— Ты не ответил ещё на один вопрос, — не дожидаясь ни слова, Гарри повалил Драко на опавшие загнивающие листья, зрительный контакт не был разорван, зеленые глаза будто гипнотизировали. Горячие руки затерялись под одеждой.
Дыхание становилось прерывистым, быстрым.
— Что ты делаешь снова?
— Грею тебя.
— Да? Скорее сжигаешь
Запахи осени смешивались с чем-то иным. С тем, что было порождением странной связи.
А тем временем кругами бродил незрячий холод. Так и не нашедший в ту ночь двух волшебников.
— Почему он сделал нам одинаковые татуировки?
Гарри посмотрел на грузное низкое небо. Потом в глаза Драко.
— Меня больше интересует, почему он привел меня именно туда, в твой бар. Из всех мест, которые попадались и могли нам попасться на дороге.
Послышался тихий смешок, он выглядел немного искусственно.
— Вот уж не думал, что ты начнешь рассуждения в фаталистическом ключе.
— Всё, что я мог, это раз за разом вступать в открытую борьбу со своей судьбой. Быть шулером в игре, где моим оппонентом выступала смерть.
— И кто вышел из игры победителем?
— Не я.
Ещё долго они бродили по тем местам. Каждый тащил на своих плечах неприподъемно тяжелый рюкзак, донельзя заполненный ошибками прошлого, чувством вины и неизменной реальностью.
Дождь не прекращался почти сутки, вдалеке сверкали молнии. Всё вокруг стало ещё более сырым и холодным. Ноги ступали на размякшие листья, утопали в грязи.
"Содержимое" рюкзаков незаметно терялось, словно попадая в недавно образовавшуюся брешь. Дождь отлично вымывал грязь.
Они подошли на край пропасти, неподалеку было небольшое укрытие. Плечи Драко сотрясало от холода. Гарри укрывал дрожащее тело под своей курткой, растирал руки, плечи, прижимал ещё ближе к себе, насколько это было возможно.
Потом удалось развести небольшой костер. Крохотное укрытие заполнилось теплом, запахом мятного чая и снами.
...Маленький мальчик тысячу лет бродил по мрачному бесконечному лабиринту. На его пути не попадалось ничего, кроме холодных стен и непроглядного чёрного неба. Он уже перестал надеяться найти выход или встретить кого-то живого. Мальчик откуда-то знал, что лабиринт — это не весь мир. И он не единственный в нём. Поэтому он искал, давно позабыв, что такое время. Но однажды он услышал в отдалении приглушенный смех и, не находя себя от радости, побежал на звук. Всё отчётливее стало слышно присутствие человека. Впереди замелькала девочка с рыжими волосами. Мальчик бежал за ней, всё сильнее колотилось его сердце в предвкушении встречи. Когда он нагнал её, то был уже мужчиной, а девочка — женщиной с двумя укутанными в ткань детьми.
— Гарри, это твои сыновья, посмотри.
И он подошёл ближе.
Но вместо крохотных детских лиц на него смотрели две старые деревянные куклы.
До ужаса напоминающие Сириуса Блэка и Северуса Снегга.
Грубо вырезанная щель, служившая ртом, изгибалась в улыбке, глаза навыкат.
Куклы стали гнить прямо на глазах.
Гарри с ужасом посмотрел на рыжую девушку, на мать своих детей. А потом схватил обеими руками свёртки с куклами и отбросил их в разные стороны.
— Это не мои дети! — он кричал, задыхался, из глаз лились слёзы.
— Гарри! — вторил ему голос девушки. Медленно она начала осыпаться. От неё уже почти ничего не осталось, а голос всё продолжал твердить его имя.
— Гарри!
Он не сразу понял, что проснулся. Его до сих пор трясло. Дождь не прекратился, раздавались частые раскаты грома. А прямо перед ним плакало бледное лицо Джинни.
Всего несколько секунд на то, чтобы вспомнить, где и когда он. И кто спит в его объятиях.
— Гарри, спаси нас, спаси! — девушка была под прицелом пистолетов.
В сокола, севшего на верхушку самого высокого дерева, ударила молния. Сгоревшая, обугленная птица падала вниз, превращаясь в пепел.
Дерево разломало надвое.
Когда глаза Гарри открылись в следующий раз, он был почти на краю обрыва. Впереди стояло несколько людей, больше похожих на безликие тени. Двое из них держали Малфоя.
Он начал приходить в сознание.
Полный разочарования и боли взгляд поразил в самую душу.
Стало понятно, в каком раскладе видит ситуацию Драко.
— Значит не аврор, да? — голос был почти монотонным.
Вселенная сжалась.
Преисподняя внутри Гарри разорвалась.
А это вылилось в мощнейший выброс стихийной магии.
Огонь выжег изнутри безликих. Они пали на сырую землю, дождь остужал их неживые тела.
— Одно движение и в голове твоей подружки будет дырка, а животик со всем содержимым порезан.
— Гарри... — в голосе паника. И надежда.
И он вспомнил, что в этом мире существует не только Драко Малфой.
— Больше никаких "фокусов" — и девчонка твоя. Предателя "отдаешь" нам. По рукам? — слова пропитаны тщательно скрываемым страхом.
Гарри должен спасти обоих. Иначе — никак.
Всё просчитано, спасены будут все.
Никто не умрёт. Когда отпустят Джинни, он сделает всё, чтобы вывести из игры безликих мстителей.
— "Конфеты или жизнь", Поттер?
Гарри хотел показать каждой мышцей своего лица, каждой клеткой своего существования, что на этот раз он не потеряет Драко.
— По рукам.
Всё произошло будто в один миг: девушка в слезах, хватающаяся за плечи Гарри. Слова. Выстрел. Бешеное сердцебиение.
Тишина.
Взгляд серых глаз.
Падение.
Нечеловеческие крики людей, сгорающих сзади.
Ноги стали словно бы ватными, ему с трудом удалось добраться до истекающего кровью Драко.
Наконец их глаза встретились. К сердцу Гарри поднималась волна. Он не мог выжать из себя ни слова.
— Потому что я тебя всегда... Поттер.
Драко закашлялся, сгустки крови запачкали лицо.
А потом он закрыл глаза.
И его не стало.
Но только не для мальчика-который-должен-спасти-всех. Только не для Гарри он умер.
Джинни подошла к нему, что-то говорила, но слова были непонятны сейчас. Будто она говорила на другом языке.
— Иди в вертушку, — но девушка продолжала что-то говорить. — Я сказал, садись в вертолет!
Она ещё сильнее заплакала и сделала, как он велел.
А Гарри осторожно вытер кровь с лица Драко, очистил его пальцы, некогда зажимавшие рану.

* * *
...А правда в том, что ты для меня значишь гораздо больше, чем вся эта так называемая жизнь.
...на главную...


сентябрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

август 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.09.22 10:06:44
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.09.20 00:08:55
Лживые жесты [0] (Гарри Поттер)


2020.09.17 18:46:21
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.11 09:39:43
Змееглоты [8] ()


2020.09.09 23:49:00
Дочь зельевара [195] (Гарри Поттер)


2020.09.04 18:58:33
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [256] (Гарри Поттер)


2020.08.28 19:06:52
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.08.28 16:26:48
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.15 17:52:42
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.08 21:56:14
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [4] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.07.19 13:15:56
Работа для ведьмы из хорошей семьи [7] (Гарри Поттер)


2020.07.10 23:17:10
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2020.07.10 13:26:17
Фикачики [100] (Гарри Поттер)


2020.06.30 00:05:06
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.