Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

На самом деле Роулинг полностью выдумала сцену в Министерстве!
(т.е. сцену появления Волдика)
Вот как всё было:
Подтянув повыше красные плавки, Лорд заявил:
– Волдеморт вернулся! – и, поскользнувшись, упал в фонтан.

Список фандомов

Гарри Поттер[18562]
Оригинальные произведения[1249]
Шерлок Холмс[719]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[185]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[114]
Произведения А. и Б. Стругацких[108]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12768 авторов
- 26915 фиков
- 8674 анекдотов
- 17714 перлов
- 685 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

 К оглавлениюГлава 2 >>


  Забыть нельзя вспомнить

   Глава 1
***
Гермиона Грейнджер, споткнувшись на пороге, ввалилась в собственную квартиру.
На девушке было длинное вечернее платье, а в руках она держала перевязанный красной лентой лист пергамента и наполовину опустошённую бутылку вина. Неуверенно ухватившись за косяк, она оглядела скромную обстановку мутным расфокусированным взглядом. Определив цель – заваленный книгами и исписанными листами бумаги и пергамента диван, она, оттолкнувшись от косяка, добрела до него шаткой походкой, взмахом руки отправила свои записи в недолгий полёт по комнате и плюхнулась на освободившееся место. С подоконника соскочил до сего момента дремавший там книзл и, укоризненно мяукнув, подбежал к хозяйке, с разбегу прыгая к ней на колени.
– Я пьяная, да… Напилась вот… – забормотала Гермиона, рассеяно гладя Живоглота по длинной рыжей шерсти. – Кстати, да! Можешь меня поздравить. Я вот! – Она развернула перед носом фамилиара пергамент. – Это диплом, ага. Я теперь дип… дипломир-р… Вот, читай! – ткнула она пальцем в тиснёную золотом надпись на дипломе – «Целитель». – Лекарь душ магических… хи-хи-хи! Представляешь, Живоглотик, я буду впр… хи-хи-хи! Вправа… хи-хи-хи… вправлять мозги людям. Ну согласись же, что это смешно! – Гермиона, опровергая свои слова, внезапно перестала хихикать и, прижав книзла к себе, потёрлась щекой о пушистую шерсть. – Только ты да, пожалуй, ещё Гарри знаете, что мне самой их давно надо вправить…
***
– Хорошо. Я могу приступать?
Вопрос молодого коллеги застал целителя Януса Тики врасплох. На столь быстрое согласие он не рассчитывал и, уже приготовившись к длительным препирательствам, припас на этот случай парочку остроумных каламбуров и несколько особо хлёстких цитат великих целителей прошлого. Даже обидно, что не удастся блеснуть ими перед такой знаменитостью, как Гермиона Грейнджер.
До того момента, как молодой дипломированный специалист не переступил порог его кабинета, ему приходилось видеть мисс Грейнджер только на снимках «Ежедневного пророка». Народ чрезвычайно интересовали судьбы юных ветеранов, и практически в каждом выпуске появлялись статьи, рассказывающие о мирной жизни Гарри Поттера и его друзей. Конечно, Мальчику-который-выжил, особенно с его новой скандальной профессией, по частоте появления на полосах различных изданий конкуренцию вряд ли кто мог составить. Но в частности ему, Янусу Тики, было не очень интересно читать о похождениях зарвавшегося спасителя, а вот жизнь его боевой подруги волновала целителя гораздо сильнее. Он заинтересовался её судьбой, когда узнал, что эта одаренная волшебница, получившая приглашения от всех магических университетов Британии, выбрала Школу целителей и именно по направлению, в котором специализировался сам Янус. Он был прекрасно осведомлён о её невероятных успехах в учёбе.
А теперь Тики увидел Гермиону Грейнджер воочию, и эта картина ему совершенно не понравилась. Уставшее бледное лицо без следов макияжа, которое казалось особенно серым на фоне яркого лимонно-жёлтого халата, строго поджатые губы, глаза с ничего не выражающим равнодушным взглядом… Совсем не так должна выглядеть красивая двадцатитрёхлетняя девушка!
Янус Тики ожидал некоторого оживления, когда заявил Гермионе, что её пациентом будет Люциус Малфой. Он думал, что она начнёт возмущаться, возражать, просить дать ей кого-нибудь другого, но и тут мисс Грейнджер его удивила. «Хорошо. Я могу приступать?» Нет, каково, а?
После всего того, что ей пришлось перенести, она так спокойно собирается приступать к лечению одного из ближайших соратников Волдеморта.
– Может, вы не так расслышали имя пациента? – вкрадчиво поинтересовался Янус Тики, гипнотизирующим взглядом всматриваясь в лицо Гермионы. – Я собираюсь доверить вам лечение Люциуса Малфоя.
– Вот и замечательно, что доверили. Я уже изучила все дела ваших пациентов, и случай мистера Малфоя показался мне довольно интересным, – сухо проговорила девушка, даже не пытаясь отвести взгляд. Чуть изогнув губы в усмешке, она добавила: – Если вас смущает столь быстрое согласие на такого неприятного пациента, вы захотите усмотреть в этом некий умысел с целью навредить Мал… мистеру Малфою и тем самым отомстить за всё причиненное им зло, то спешу вас уверить – напрасно. Прошлое мистера Малфоя занимает меня куда меньше, чем его настоящее. Его амнезия весьма любопытна, и я благодарна вам за оказанное доверие.
– Ну что же, целитель Грейнджер, раз вы полны энтузиазма, то позвольте проводить вас к вашему пациенту.
***
Янус Тики сразу понравился Гермионе. Его смешливое добродушное лицо располагало к себе, а седые виски и внимательный умный взгляд глубоких карих глаз внушали доверие. Едва приступив к своей новой работе, Гермиона первым делом изучила истории болезней пациентов целителя Тики, занимающегося исключительно магами, по тем или иным причинам потерявшими память. И случай Люциуса Малфоя действительно показался ей наиболее занимательным. Вначале она даже не знала, что читает именно его историю болезни, поскольку просто не обратила внимания на имя пациента, сразу же перейдя к анамнезу. Случай её увлек – будет любопытно поломать голову над тем, от чего уже отреклись лучшие целители мира. Только после того, как она увидела список из более чем пятидесяти весьма уважаемых и, что самое главное, весьма дорогих целителей, у которых данный пациент проходил обследование, она удосужилась взглянуть на имя человека, чья семья не пожалела целого состояния ради его выздоровления.
Люциус Малфой.
Ну конечно. Они же разбирали его случай на семинарах. Его амнезия уже стала нарицательной, наряду с амнезией Гилдероя Локхарта. И если у последнего шансов на полное восстановление, увы, не было, то случай Малфоя не представлялся таким уж безнадёжным. Его амнезия, в отличие от случая Локхарта, потерявшего память в результате мощнейшего «Обливиэйта», к тому же сильно искажённого, поскольку было выпущено из неисправной волшебной палочки Рона Уизли, являлась следствием…
Рона Уизли…
Рон… Смежив веки, Гермиона ясно увидела картину, ставшую самым большим кошмаром в ее жизни: Рон, первым заметив Руквуда, отталкивает Фреда, но сам оказывается под обломками рухнувшей стены…
Рон! Рон! Рон! Рон! Рон!!!
Стоп, истерика.
Соберись, девочка. Мы же это уже пережили, да? Все слезы уже выплаканы. Время лечит и все дела, верно?..
Проревев в архиве некоторое время, Гермиона закапала в глаза капли из приготовленного на подобные случаи фиала и вновь вернулась к работе.
Итак, Люциус Малфой потерял память вследствие диффузного аксонального повреждения головного мозга – он не совсем удачно аппарировал на проезжую часть маггловского Лондона и банально попал под автобус. Очнувшись после практически полугодовой комы, невольный участник ДТП (ставший, к счастью, единственной жертвой этого самого происшествия) не мог вспомнить ничего из своего прошлого. У него сохранилась способность воспринимать непосредственную и промежуточную информацию, но его прошлого, вплоть до самых ранних детских воспоминаний, для него уже не существовало. Физически Малфой восстановился быстро, в чём ему помогла сильная магическая аура. В течение довольно короткого промежутка времени – всего лишь три месяца – он заново научился ходить, говорить, читать, писать, самостоятельно себя обслуживать. Он прекрасно сохранял всю новую информацию; всё, произошедшее с ним с момента выхода из комы, он помнил досконально, но вот вспомнить какое-либо событие, случившееся до травмы, он не мог.
Ни сын, навещавший отца раз в неделю, ни жена, приходившая ещё реже, не смогли пробудить в нём и малой толики воспоминаний. Люциуса Малфоя обследовали все известные целители мира, но безрезультатно.
Последние два месяца Малфой-старший наблюдался у Януса Тики. Целителю удалось заново научить мага колдовать, восстановив в его памяти более трети школьного курса чародейства, также Малфой довольно быстро вспомнил когда-то изученные им французский, немецкий и гоблинский языки. Но личные воспоминания по-прежнему были спрятаны глубоко внутри его сознания, и все известные способы восстановления памяти не возымели никакого действия.
По словам Януса Тики, которые до него подтвердили более половины обследовавших Малфоя целителей, дело было не только в тяжёлой черепно-мозговой травме. Пациент сам, чисто на подсознательном уровне, не хотел ничего вспоминать, непроизвольно блокируя любые попытки разбудить его память.
Тут Гермиона не смогла удержаться от язвительной ухмылки. Будь у неё такое сомнительное прошлое, она бы тоже предпочла о нём забыть. Приписка «бывший» к страшному слову «Пожиратель смерти» ничуть не умаляла его вины пусть не перед судом, но перед обществом точно. Малфой уже не расхаживал гоголем по Министерству магии и перестал появляться в Косом переулке. В семье у него тоже не всё ладилось. После террора Волдеморта, которому, с его молчаливого согласия, подверглась его семья, влияние и власть над женой и сыном утратили свою силу. До Гермионы доходили слухи, что Нарцисса наставляет мужу рога с новым министром и потихоньку собирает документы на развод. Ну а уж новость о том, что Драко Малфой без согласия отца обручился с Асторией Гринграсс, девушкой далеко не самых чистых кровей, к тому же запятнавшей себя откровенными снимками в мужских журналах, до сих пор не сходит с полос печатных изданий, хотя с момента помолвки прошёл уже год. Злые языки судачили, что это окончательно свело с ума Люциуса Малфоя, и он решил покончить счёты с жизнью на маггловской магистрали.
Ни в какую попытку суицида Гермиона, конечно, не верила – не тот человек был Малфой, чтобы так быстро сломаться. Скорее всего, он и правда просто ошибся при аппарации. Такое иногда случается, даже она пару раз промахивалась.
Но вот то, что он сам, на бессознательном уровне, блокирует собственную память, не желая вспоминать свою никчемную жизнь, было очень похоже на правду. И для того, чтобы пробить эту ментальную защиту, нужно будет приложить немало усилий. Сложность поставленной задачи только подогревала интерес Гермионы к старшему Малфою. Она ничуть не лукавила, когда сказала Янусу Тики, что у неё нет никаких личных счетов с Люциусом Малфоем. Для неё он не более чем пациент. Её первый пациент. И желание проявить себя как врач, вылечить человека, на котором поставили крест лучшие целители мира, затмевало весь негатив, связанный с фамилией Малфой.
Это всего лишь человек, чьё лечение доверили Гермионе Грейнджер, молодому и подающему большие надежды целителю, чей незамыленный взгляд позволит увидеть то, что могли упустить её гораздо более опытные коллеги, и попробовать новую, свою собственную методику.
***
– Вот, мисс Грейнджер, палата мистера Малфоя. Прошу, – распахнув перед девушкой лакированную дверь, целитель Тики немного отступил, пропуская Гермиону внутрь. – Будет лучше, если вы сами познакомитесь со своим пациентом. Я только помешаю. Удачи, юная леди!
Гермиона решительно шагнула в палату и огляделась. В помещении находилась только одна кровать, но она была пуста. У окна, спиной к ней, стоял высокий мужчина и задумчиво барабанил по стеклу длинными нервными пальцами. Несмотря на непринуждённость позы и легкомысленность выбиваемого ритма, по длинным белокурым волосам, перехваченным у основания шеи чёрной шёлковой лентой, Гермиона поняла, что перед ней Малфой. Решив начать с приветствия, она поздоровалась:
– Добрый день, мистер Малфой.
Никакой реакции не последовало, и уязвленная девушка, быстро преодолев разделяющее их расстояние, тронула своего пациента за плечо, повторив приветствие.
Мелодия пальцев сразу умолкла, и, быстро опустив руку, Малфой обернулся, на ходу сдирая с ушей наушники. Хотя наушниками это новейшее магическое приспособление назвать можно было лишь с большой натяжкой. Выглядели они как два полушария, которые с помощью простейшего заклинания прикреплялись к ушам. Никакие носители информации к этим наушникам не требовались. Они действовали по принципу Омута памяти, храня в себе услышанные ранее и полюбившиеся песни.
– Простите, целитель… – сделав небольшую паузу, Малфой остановил взгляд на груди вошедшей и, прочитав указанную на бедже фамилию, закончил: – Грейнджер. Не расслышал.
И уже после этих слов он более пристально посмотрел на девушку, медленно пройдясь взглядом от носков её теннисных туфель до небрежно растрёпанной челки.
Иронично улыбнувшись, Малфой немного наклонил голову набок и, почесав кончик носа указательным пальцем, произнёс:
– Новенькая? Еще один светоч, который рвётся в бой, жаждет утереть нос всем именитым предшественникам и во что бы то ни стало вернуть мне память?
Гермиона не менее пристально и с почти детским любопытством принялась рассматривать Люциуса Малфоя, отмечая некоторые произошедшие с его внешностью перемены. Первое, что бросалось в глаза, – это взгляд. Из преисполненного высокомерием и всегда чем-то недовольного он стал более мягким, пытливым и даже смешливым. Впрочем, не только взгляд – смягчились все черты красивого породистого лица аристократа, делая его чрезвычайно обаятельным. Но эти изменения не произвели на Гермиону особого впечатления. Она лишь отметила их для себя как факт.
– Совершенно верно, мистер Малфой. Я ваш новый лечащий целитель.
***
Рёв моторов пары сотен мотоциклов заглушал все другие звуки, кроме разве что звучавшей на пару децибелов громче музыки: выступала популярная в узких кругах панк-группа «Шарахнутые Ступефаем».
Сцена располагалась в самом центре большого мотодрома. Гермиона, взобравшись на верхний ряд, принялась вырисовывать волшебной палочкой надпись: «Гарри, я тут», которая сразу же засветилась неоном у неё над головой. Пририсовав к надписи стрелку, указывающую точно на свою макушку, экс-гриффиндорка стала с интересом наблюдать за шоу летающих мотоциклов. Среди этих безбашенных отморозков, выделывающих невероятные трюки в воздухе и на земле, был и её лучший друг Гарри Поттер.
Судьба упорно направляла его на путь героя, и после победы над Волдемортом перед ним распахнула свои гостеприимные двери Школа авроров. Думать о том, что Гарри выберет именно эту опасную и увлекательную работу, было как само собой разумеющееся. К тому же он сам, ещё учась на пятом курсе и готовясь к сдаче СОВ, изъявил желание стать аврором.
Однако после окончания школы Гарри внезапно передумал и своё поданное заявление из Школы авроров забрал. Он устал быть героем, но при этом не перестал любить риск и приключения, поэтому избрал для себя не менее опасную и увлекательную профессию мотогонщика. Он успешно стартовал на британском чемпионате, заняв на нём сразу четвертое место – для дебютанта, только недавно освоившего магический мотоцикл, это было более чем невероятное достижение. Уже на последующем европейском соревновании Гарри вошёл в тройку лидеров, а за последний год он умудрился собрать у себя все призовые кубки самых престижных чемпионатов, ни разу не уступив лидерство.
Люди по-разному отнеслись к выбору профессии национального героя. Безусловно, он обрёл немало поклонников, выделывая в воздухе абсолютно невозможные трюки. Но находились и те, кто осуждал Гарри, считая, что победитель Волдеморта напрасно рискует жизнью, занимаясь никчёмным делом, и что маг с такими способностями мог бы более рационально использовать свой дар, служа во благо обществу, а не потешая толпу опасными финтами на мотоцикле…
– Не заскучала, детка?
Голос раздался над самым ухом Гермионы, и, непроизвольно вздрогнув, она обернулась. Гарри, облачённый в удобную короткую куртку из кожи и рваные джинсы, завис в воздухе на мотоцикле, протягивая ей руку.
– Прокатимся?
Вскочив ему за спину и крепко обняв за талию, Гермиона прижалась к его куртке и зажмурилась от страха, вновь собираясь испытать щекочущее нервы ощущение полёта.
Зная, что долго находиться в воздухе подруга не может, Гарри быстро облетел мотодром и стал снижаться, едва завидев дорогу. Они остановились возле небольшого уютного кафе, которое оба очень любили, и, заняв место у окна, наконец смогли нормально поговорить.
– Ну, рассказывай, Гермиона, как прошёл первый рабочий день? Или «Гермиона» уже не прокатит и к тебе теперь надо обращаться «целитель Грейнджер»? – Гарри тихо рассмеялся, едва успев отдёрнуть руку, по которой его захотели шлёпнуть.
– Я тебе дам – «целитель»! – подруга весело улыбнулась, на миг став прежней девчонкой, которую Гарри однажды встретил в вагоне «Хогвартс-экспресса» ровно двенадцать лет назад. – Впрочем, я могу предоставить тебе возможность вполне оправданно называть меня целителем, скажем, недельки две. Ты же сам жаловался на усталость – последний год был богат на события: три золотых кубка, сотни подружек, миллионы поклонниц… Не хочешь отлежаться в Мунго?
– Прости?.. – удивился Гарри. – Только ты можешь шутить с таким умным видом, будто раскрываешь все предпосылки гоблинских восстаний.
– Ну почему сразу шутить? Я вполне серьёзно. Мне нужна твоя помощь.
– Да не вопрос. Ты же знаешь – только свистни. Что я могу для тебя сделать?
– Я же уже сказала: полежать недельки две в Мунго.
– …?
– В одной палате с моим пациентом.
– …???
– С Люциусом Малфоем.
– Та-ак! – Откинувшись на спинку диванчика, Гарри скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на подругу. – Вижу, ты не шутишь. А зная тебя, бред я тоже отметаю. Признавайся, что задумала?
Гермиона подалась вперёд, облокотившись о столешницу, и внимательно посмотрела на друга.
– Ты же наверняка слышал об амнезии Малфоя…
– Наверняка слышал, – усмехнувшись, кивнул Гарри.
– Так вот, с сегодняшнего дня он мой пациент.
– Иди ты!
– Сам иди. Я сегодня с ним беседовала. Слухи о том, что он придуривается и симулирует, не более чем слухи. Он реально ни черта не помнит о своём прошлом, он спокойно спит по ночам, его не мучают ни кошмары, ни угрызения совести. Ты считаешь, что это справедливо?
– Ни х@я!
– Вот и я о том же. На нём уже поставили крест, как на Локхарте. Но ты же меня знаешь: я сделаю всё, чтобы Малфой вспомнил, что натворил когда-то, и перестал спокойно спать. Впрочем, нет. Не так. Я, как целитель, обязана сделать всё возможное и невозможное, чтобы вылечить вверенного мне пациента. И тут ты как раз и сможешь мне помочь.
– И чем же это? Я ни хрена не смыслю в медицине и психологии.
– Малфой у нас один из Пожирателей, верно? А кто был у них самой большой занозой в заднице? Правильно, ты. Малфою не хватает раздражителей, особенно ярких воспоминаний, чтобы стимулировать его память. На жену и сына он вообще никак не реагирует – они никогда не играли слишком большоц роли в его жизни. Но ты, Гарри… Ты же Гарри Поттер! Да любой Пожиратель смерти в гробу переворачивается, стоит тебе только появиться на кладбище. Вот я и подумала, что полежав с Малфоем с недельку в одной палате, ты как следует его достанешь. Уж тебя-то он должен вспомнить.
– Та-ак! Кажется, моё предположение о том, что бред и ты несовместимы, было преждевременным. Ты спятила.
– Вот ещё новость! Я спятила уже давно, и тебе прекрасно известна причина… – Гермиона осеклась, заметив, как помрачнел Гарри.
Опустив глаза, он некоторое время изучал цветочный рисунок на скатерти, а потом тихо сказал:
– Продолжай.
– Малфой уже второй год проводит в больнице. И самое яркое впечатление, которое он за это время получил, было недельной давности, когда одна из медсестер принесла ему магический плеер. Кстати, о медсёстрах, – Гермиона подмигнула Гарри. – Ты должен согласиться хотя бы ради них. Такое поле деятельности…
Гарри сделал вид, что пропустил её последнюю реплику мимо ушей и задумчиво произнёс:
– Мотоспорт довольно травматичен. Пойду, что ли, вывалюсь из седла при свидетелях, ударюсь головой и всё на хер забуду.
– Гарри, я люблю тебя!
– Взаимно, детка, взаимно. И во что ты меня только что втянула, а?
– Медсёстры, Гарри. Такие, знаешь, молоденькие девицы в коротеньких халатиках. Думай лучше о них.
***
С утра Люциус Малфой находился в приподнятом настроении, и причин для этого у него было предостаточно. Во-первых, сегодня он снова увидит своего лечащего целителя – очень интересную девушку с удивительными печальными глазами. Во-вторых, его должны навестить сын с невестой. К Драко он испытывал странное неловкое чувство, перед сыном всё время хотелось за что-то извиниться, но за что именно, он, Люциус, никак не мог вспомнить. Зато общение с малышкой Асторией доставляло ему истинное удовольствие. Она была, похоже, единственная, кто ему по-настоящему радовался и с кем общение было лёгким и непринуждённым. В-третьих, сегодня смена его любимой медсестры, относящейся к нему с теплотой и дружелюбием. А вот отношение к нему остального персонала больницы было довольно сложным – его не любили. Иногда у кого-то из медсестёр или санитаров срывались крайне неприятные слова в его адрес. Дело, безусловно, было в его прошлом, но чем конкретно он насолил этим людям, Люциус сказать не мог, и это его очень расстраивало. Он просил целителей рассказать ему о том, каким человеком он был и почему видит столько негатива в свой адрес, но все они сходились во мнении, что это знание, не подкреплённое конкретными воспоминаниями, может нанести непоправимый вред его психике. Персоналу больницы и его немногочисленным посетителям было строжайше запрещено приносить ему какую-либо иную литературу, кроме художественной, а также рассказывать о войне.
Ну и наконец в-четвёртых, можно назвать событие во всех отношениях невероятное: к нему ожидается подселение. О соседе по палате Люциус мечтал уже давно, но к нему упорно никого не подселяли. А сегодня, едва он проснулся, в палату вошёл санитар, левитируя перед собой дополнительную кровать. Следом за ней появилась целитель Грейнджер в компании молодого, невероятно красивого юноши с повязкой на лбу и гипсом на левой руке. Его смоляные волосы были забавно растрёпаны и острыми прядками торчали в разные стороны, делая его похожим на ощетинившегося дикобраза. Но, несмотря на столь легкомысленный вид, грусть в глазах парня была словно прямым продолжением так тронувшей накануне печали в глазах мисс Грейнджер.
– Вот, познакомьтесь, мистер Поттер, это мистер Малфой, ваш сосед по палате. Мистер Малфой, это мистер Поттер.
***
– Где он? Я хочу его видеть! Немедленно!!! – высокий мужской голос со знакомой манерой растягивать слова раздавался с обратной стороны двери её кабинета, и Гермиона, отложив отчёт, пошла на крики. – Целитель моего отца, где он?!
Тихо отворив дверь, Гермиона выглянула в коридор и увидела Драко Малфоя, кричавшего на медсестру Уилкс, даму уже солидного возраста и, безусловно, не заслуживающую, чтобы на неё повышал голос какой-то юнец.
– Мистер Малфой, это лечебное заведение. Здесь много тяжелобольных людей, пострадавших от рук ваших коллег, между прочим. Поэтому заткнитесь. – Поравнявшись с Малфоем-младшим, Гермиона смерила его коронным взглядом их общего знакомого профессора зельеварения.
Реакция на её слова последовала незамедлительно: Драко несколько стушевался, став бледнее, хотя, казалось, побледнеть ещё больше было невозможно.
– Грейнджер, ты? Ты что здесь делаешь? – немного справившись с собой, спросил он.
– Целитель Грейнджер, если быть точнее. А здесь я по твоей же просьбе. Ты же сам хотел меня видеть.
– Я? Хотел? Видеть? Тебя?! – Драко растерянно захлопал белесыми ресницами, после чего уголок его тонкогубого рта чуть дрогнул. – Я и правда в психушке…
– Я новый лечащий целитель вашего отца, мистер Малфой. Ко всем вопросам теперь нужно обращаться ко мне.
– Значит, гениальная идея подселить к моему отцу Поттера принадлежит тебе? Хотя кто бы сомневался! – От первоначальной растерянности Драко не осталось и следа.
– Прекрати орать, иначе я позову санитаров, тебя выведут под локотки, и ты тут вообще больше не появишься. Мистер Поттер поступил сегодня ночью со схожим диагнозом, а в связи с тем, что отделение переполнено, мной было принято решение потеснить мистера Малфоя, чему он, кстати, чрезвычайно обрадовался.
– Мой отец болен и…
– …как его лечащий целитель, я заверяю тебя, что метод групповой терапии пойдёт ему только на пользу. Да, вот ещё что… – не удержалась Гермиона. – Тебе, думаю, известна репутация Гарри… На твоем месте я бы не оставляла невесту с ним так надолго.
Драко уже открыл было рот, чтобы возразить, но захлопнул его на последней реплике бывшей однокурсницы.
Недобро сверкнув глазами, он выставил вперёд палец, словно говоря: «Я за тобой слежу» и, развернувшись, стремительно зашагал в сторону палаты. Не желая пропустить ни секунды из предстоящего шоу, Гермиона быстро последовала за ним.
Похожий на перезвон колокольчика девичий смех они услышали издали. Драко не вошёл, а ворвался в палату, практически сразу туда зашла и Гермиона, и их взорам предстала удивительная картина: Астория Гринграсс, взобравшись на спину Гарри, делала пас рукой, словно отмахивалась от чего-то. Заметив вошедших, она, ничуть не смущаясь, шлепнула Гарри по заду, призывая опустить её на пол. А потом, взмахнув длинными ресницами и кокетливо отбросив с лица выбившийся из причёски светлый локон, как ни в чем не бывало доложила:
– А мы тут с Гарри объясняли Люциусу, что такое квиддич.
Тихое, едва различимое утробное рычание Драко услышала, пожалуй, только Гермиона. Быстро сжав и разжав кулаки, он передёрнул плечами и, натянуто улыбнувшись, шагнул к невесте, собственнически обнимая её за талию и при этом так посмотрев на Гарри, что будь на месте героя магической Британии человек, который абсолютно не знает младшего Малфоя, он бы мог по-настоящему испугаться за свою жизнь.
– А Гарри, я полагаю, был метлой? – целуя Асторию в щёку, спросил Драко. – Я всегда знал, Поттер, что в тебе много от дерева.
– Простите, мистер?.. Мы разве знакомы? – растерянно захлопал глазами Гарри, со смесью удивления и непонимания глядя на Драко Малфоя.
Гермиона мысленно поаплодировала актёрскому таланту друга и поспешила спрятать в рукав вырвавшуюся улыбку.
– Ой, да ладно тебе, Поттер. Кончай придуриваться, это не смешно! Квиддич он помнит, а меня, видите ли, нет.
– Да как сказать… – продолжая таращить на Драко глаза в лучших традициях Луны Лавгуд, задумчиво произнёс Гарри. – Что-то помню, что-то не помню…
Гермиона сделала судорожный вдох, чтобы сдержать рвущийся наружу смех, и, решив, что пора всем показать, кто тут главный, строго произнесла:
– Мистер Малфой, я вас, кажется, предупреждала, что вы находитесь в лечебном заведении. Прошу вас с бо́льшим уважением относиться к пациентам нашей клиники, иначе вы здесь больше не появитесь.
– Драко, мне за тебя стыдно, – укоризненно покачала головой Астория, вырываясь из крепких объятий жениха. – Сейчас же извинись перед Гарри!
***
Гермионе, в силу её не самого лёгкого характера и раздражающей манеры знать ответы на все вопросы, было сложно общаться с малознакомыми людьми. Если бы не тот памятный случай с нападением тролля, который подарил ей дружбу Гарри и Рона, она бы, наверное, так и осталась «невыносимой всезнайкой», с которой никто не хотел общаться.
Из подруг у неё были только Джинни Уизли и Луна Лавгуд, да и то лишь номинально.
С Джинни она в своё время стала общаться только потому, что та приходилась сестрой Рону. Было приятно иногда пошептаться «о своём, о женском», но длительное общение с помешанной на Гарри Потере и квиддиче девицей Гермиону утомляло.
С Луной они сошлись на том, что белокурая рейвенкловка была не меньшим изгоем, чем в своё время и сама Гермиона. Но мир, в котором жила Луна, был слишком специфичен и вступал в острую конфронтацию с призёмленным мировоззрением Гермионы, да и вообще… Чего уж тут скрывать: Гермиона избегала частого общения с Луной, боясь увидеть в ней одного из своих будущих пациентов.
Так или иначе, но настоящих подруг у мисс Грейнджер никогда не имелось. Ни с одной девчонкой не сумела она сблизиться так же, как в своё время с Гарри и Роном.
Но сейчас, глядя на невесту Драко Малфоя, Гермиона почувствовала, что с Асторией Гринграсс она смогла бы по-настоящему подружиться. Девушка, которая была способна одним взглядом заставить замолчать Драко Малфоя и спокойно вить из него верёвки на глазах общественности, явно заслуживала этого.
После возмущенного возгласа: «Сейчас же извинись перед Гарри!», Гермиона ожидала от Драко чего угодно. Даже «Авада Кедавра» в адрес «Мисс Искушение-2002» показалась бы ей вполне естественной, но никак не тот факт, что Малфой не только произнесёт слова извинения (пусть шёпотом, пусть сквозь зубы), но даже зальётся румянцем смущения, виновато посмотрев на невесту.
Бесспорно, воспоминание о минуте позора высокомерного аристократа следует закупорить в фиал и потом просматривать, наслаждаясь поистине уникальным зрелищем.
Гермиона раньше недоумевала, задаваясь вопросом: что может держать вместе столь непохожих (не только по положению, но по темпераменту и складу характера) друг на друга людей. Теперь она увидела, что Малфой вовсе не такой уж замороженный, каким хотел казаться. И его первые – пусть и не очень удачные – попытки быть нормальным человеком, а не ледяной статуей, лишний раз подтверждали это.
Еще некоторое время поумилявшись видом влюблённого Малфоя, Гермиона обратила внимание на его отца, на которого, к своему огромному врачебному стыду, ещё даже не взглянула, хотя посмотреть было на что. Люциус расслабленно сидел на кровати и, весело улыбаясь, смотрел на разыгранную перед ним сцену, явно наслаждаясь увиденным не меньше Гермионы. Единственное, чего ему не хватало в данное время, так это ведёрка попкорна и стаканчика пепси.
Гермиона уже мысленно пририсовала столь необычные для мира магии атрибуты киномана обыкновенного, но до конца насладиться моментом ей помешал сам виновник её не в меру разыгравшегося воображения.
Люциус внезапно перевел взгляд на неё и, улыбнувшись ещё шире, мягким вкрадчивым голосом произнёс:
– Уже гораздо лучше. Идём на поправку, целитель Грейнджер?
– О, вам удалось что-то вспомнить? Какой-нибудь отрывок из вашего прошлого? Что именно? – Сцены с Люциусом, жующим попкорн, моментально вылетели у неё из головы, и, на ходу извлекая из кармана халата волшебную палочку, Гермиона подошла к пациенту, намереваясь проверить состояние его памяти.
– Нет, к сожалению, тут, – Малфой постучал пальцем по темени, – по-прежнему пусто. Говоря об улучшениях, я имел в виду вас. Сегодня вы улыбаетесь.
Он ослепительно улыбнулся ей, и Гермиона, к своему большому стыду, невольно им залюбовалась: обаяние этого мага, ранее отмеченное просто как факт, накатило на неё тёплой волной, вызывая в душе давно забытые трепетные нотки чувственности.
***
Когда Драко и Астория ушли, Гермиона пригласила Люциуса к себе в кабинет. Учитывая, что в травме, в результате которой Малфой потерял память, магия была совершенно ни при чём, она решила опробовать на своём пациенте маггловские методы лечения амнезии, модернизировав их использованием легилименции.
Для первого своего эксперимента по симбиозу психиатрии двух миров она выбрала простейший метод ассоциаций.
– Это будет больше походить на игру, мистер Малфой. Я называю вам слово, а вы сразу, не задумываясь, говорите мне первое, что придёт вам в голову. Попробуем?
– За последний год целители чего только на мне не испробовали. Думаю, хуже мне точно не станет, поэтому валяйте, экспериментируйте, – великодушно произнёс Люциус и снова ей улыбнулся, но Гермиона предусмотрительно отвела взгляд, тем самым спровоцировав своего пациента на ещё более широкую улыбку.
– Вам сейчас необходимо расслабиться и пустить меня в своё сознание, – понизив голос до полушёпота, произнесла Гермиона и направила на Малфоя волшебную палочку, но важность момента была напрочь испорчена хриплым смехом мага:
– Я-то расслаблен, а вот некоторым…
С трудом сдержавшись и не поддавшись на явную провокацию, Гермиона шумно втянула носом воздух, с лёгким свистом выпустила его из лёгких и шепнула:
– Легилименс!
Люциус не лукавил, когда сказал, что расслабился. Она легко проникла в его мысли, но, помня этический кодекс целителя, копаться в них не стала. Её интересовали только те образы, которые будут всплывать в голове пациента во время сеанса…
***
После обеда к Гермионе зашёл Гарри и застал её сидящей за столом, заваленным листами пергамента. Гермиона поочередно хватала их один за другим, что-то отмечала, бралась за следующий. В целителя Грейнджер глазах блестел огонь азарта, а губы едва заметно шевелились. Такой увлечённой Гарри не видел её уже давно. Неужели это работа заставила его подругу снова почувствовать вкус жизни? Или дело было в чём-то (а вернее, в ком-то) другом?
Решив, что его неожиданный визит может помешать Гермионе работать, Гарри собрался было тихо выйти, но девушка подняла на него глаза и ликующе улыбнулась.
– Гарри! У меня просто супер-мега-новость! Угадай, кто был первой любовью Люциуса Малфоя?
Сбитый с толку подобным вопросом, Гарри озадачено моргнул и выдал первое, что пришло ему в голову:
– Минерва МакГонагалл?
Гермиона удивлённо распахнула глаза и, не скрывая разочарования, проворчала:
– Ну как, скажи, как ты узнал об этом?
– Если честно, я пошутил, – ошарашенно произнёс Гарри, мотая головой. – Ты хочешь сказать… Малфой сам тебе в этом признался?!
– Именно! Он вообще сегодня был молодцом. Я даже не рассчитывала на такой успех от обычного теста. Про метод свободных ассоциаций ты слышал?
– Что-то такое мелькает на периферии сознания…
– Сегодня я сделала важнейшее открытие, которое может стоить мне учёной степени и вообще места в этой клинике… да и в любой другой тоже. Все звёзды мировой магической психиатрии – снобы. Магическое целительство – это лишь заклинания и зелья. Считается, что если магу не помогли зелья и «глупые размахивания палочкой», то всё, баста! Можно надевать саван и ползти на кладбище. Ни один светоч не удосужился изучить немагические труды в области психологии. Они даже о Юнге и Фрейде не слышали. Это просто чудовищное упущение!
– Ты хочешь сказать, что к Малфою вернулась память? Так быстро? Всего лишь благодаря психоанализу Фрейда?
– Да нет, конечно. О чём ты говоришь? При такой-то травме… Малфой ничего не вспомнил, но! – Гермиона подняла указательный палец вверх и назидательно добавила: – Пока не вспомнил. Я совместила ассоциативный приём с легилименцией и могла видеть возникающие в подсознании Малфоя образы при произнесении тех или иных слов. И его мозг выдавал такое, что сам Малфой объяснить был не в состоянии. Но это всё равно прогресс. Память не утрачена навсегда, она всего лишь очень хорошо прячется, и надо помочь Люциусу её найти.
– Что значит «мозг выдавал такое», чего не мог объяснить Малфой?
– Знаешь, вначале сеанс шел скучновато: все ассоциации, выдаваемые Малфоем, оказывались связанными с посттравматическим периодом. Это было даже трогательно. Например, на слово «пирог» он ответил «суббота», потому что по субботам в больнице подают на завтрак его любимый вишнёвый пирог. Но когда я сказала «Волдеморт», Малфой не задумываясь ответил «страх», а я ясно увидела возникший у него в голове образ Риддла. Малфоя аж передернуло, но объяснить толком, кого именно увидел, он не смог. На слово «смерть» он ответил «змея», хотя сам потом сказал, что впервые видит это животное, и почему именно оно ассоциируется у него со смертью, не сумел. Но в его подсознании возникло не просто большое тропическое пресмыкающееся – то была вполне определенная змея…
– Нагини…
– Вот именно!
– Всё это, конечно, очень интересно, но ты ещё не рассказала про МакГонагалл. Я ж подохну от любопытства, если ты не потрудишься объяснить, как связан наш декан с первой любовью Малфоя.
– А вот это весьма любопытно! Именно её незабвенный образ всплыл у него в голове при словах «первая любовь». Вот тебе и Люциус Малфой. Кто бы мог подумать, что ему нравятся зрелые женщины.
– Ну почему сразу зрелые? Когда он учился в Хогвартсе, профессору МакГонагалл было лет сорок, – Гарри лукаво подмигнул Гермионе. – Это говорит лишь о том, что Люциусу Малфою нравятся умные женщины.

просмотреть/оставить комментарии [9]
 К оглавлениюГлава 2 >>
январь 2022  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

декабрь 2021  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

...календарь 2004-2022...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2022.01.22 17:55:07
Наперегонки [15] (Гарри Поттер)


2022.01.19 21:25:15
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [2] (Оригинальные произведения)


2022.01.16 16:46:55
Декабрьское полнолуние [0] (Гарри Поттер)


2022.01.11 22:57:42
Смех в лицо предрассудкам [31] (Гарри Поттер)


2022.01.10 00:17:33
Леди и Бродяга [6] (Гарри Поттер)


2022.01.04 10:46:29
Я только учу(сь)... Часть 1 [63] (Гарри Поттер)


2021.12.27 03:13:53
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2021.12.24 21:38:48
Темная вода [0] (Гарри Поттер)


2021.12.23 17:06:13
Ненаписанное будущее [23] (Гарри Поттер)


2021.12.12 18:18:26
Танец Чёрной Луны [5] (Гарри Поттер)


2021.11.29 15:19:40
Квартет судьбы [16] (Гарри Поттер)


2021.11.20 19:51:44
Дочь зельевара [220] (Гарри Поттер)


2021.11.15 19:21:56
Своя цена [28] (Гарри Поттер)


2021.11.09 20:13:52
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [0] (Гарри Поттер)


2021.11.07 10:03:56
Моральное равенство [0] (Гарри Поттер)


2021.11.06 19:11:10
Гарри Поттер и последний враг [2] (Гарри Поттер)


2021.10.31 22:05:41
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2021.10.29 20:38:54
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2021.10.24 13:38:57
У семи нянек, или Чем бы дитя ни тешилось! [1] (Гарри Поттер)


2021.09.30 13:45:32
Nos Célébrations [0] (Благие знамения)


2021.09.27 15:42:45
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2021.09.26 23:53:25
Имя мне — Легион [0] (Yuri!!! on Ice)


2021.09.14 10:35:43
Pity sugar [7] (Гарри Поттер)


2021.09.11 05:50:34
Слишком много Поттеров [46] (Гарри Поттер)


2021.08.29 18:46:18
Последняя надежда [4] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2022, by KAGERO ©.