Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

-Темный лорд чем вы занимаетесь по утрам?
-Аважу Поттера.
-А днем?
-Снова аважу Поттера!
-А по вечерам? Неужели опять авадите Поттера?
-Нет!Вечерами я пытаюсь понять почему этот мерзавец снова выжил!

Список фандомов

Гарри Поттер[18567]
Оригинальные произведения[1252]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12781 авторов
- 26925 фиков
- 8682 анекдотов
- 17723 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 3 К оглавлениюГлава 5 >>


  Будущий сон

   Глава 4. (4)
Меньше всего Леонард ожидал, вернувшись в Олларию, обнаружить разоренный беспорядками город. Улицы выглядели так, словно по ним пронесся ураган, вырвавшийся прямиком из предсказанных достославным Фатихиолем грядущих смутных времен. В танце бликов света от разбитого фонаря казалось, что повешенный на столбе горожанин с внешностью отпетого негодяя приветственно скалится, раскачиваясь в петле; внезапно вспомнились некогда не так уж и впечатлившая казнь пленных бириссцев в Варасте, явление призрачной башни, зловещие гоганские пророчества о скверне, - и генерал пришпорил коня. Хотелось как можно скорее оказаться дома: как бы то ни было, дворец Манриков выглядел оплотом надежности и радости в будто разом утратившей все краски столице.

Родные переждали грозу при дворе - во всяком случае, племянницы о том, как беснующиеся лигисты громили лавки торговцев и ювелиров, узнали в пересказе от третьих лиц и уж точно не видели, как пылал, охваченный пламенем, особняк Ариго. Сказать по правде, Леонард только порадовался тому, что на какое-то время они избавились от неприятных соседей, - особенно учитывая тот факт, что новым пристанищем братьев королевы стала Багерлее, но от истории о том, как Алва в одиночку проник в горящий дом, освободил ворона, избавился от безумного епископа и попутно раздобыл доказательства заговора, становилось еще больше не по себе. В исполнении Иоланты происшествие обрастало звучавшими совсем уж невероятно подробностями, способными заинтересовать королевских фрейлин, но никак не генерала, однако, к вящей досаде Леонарда, вместо того, чтобы услышать правду о событиях из первых уст, он вынужден был дожидаться отца.

- От особняков Карлионов и Рокслеев тоже ничего не осталось, - Иолли с опаской выглянула в окно, будто ожидая увидеть там притаившегося злоумышленника с факелом. - Нам страшно повезло, что пламя с площади Леопарда не перекинулось на соседние улицы! Представляю, что бы устроил дедушка, если бы эти люди вломились в наш дом!

Всецело разделяя стремление городской стражи не допустить распространения пожаров, Леонард, пожалуй, тоже не пожелал бы лично наблюдать за тем, какую форму может принять гнев тессория, когда речь заходит о сохранности его имущества. Следует отметить, понятие частной собственности Леопольд Манрик трактовал весьма широко, без зазрения совести включая туда всю свою многочисленную родню. Леонард не сомневался, что его намерение отправиться на очередную войну встретит самый решительный отпор.

- Сейчас не самое подходящее время для развлечений, - колючий взгляд отца, сейчас чем-то напоминавшего гоганского старейшину, словно вытаскивал на поверхность самые потаенные его мысли. - Арест Ариго вносит существенные коррективы в наши планы. Понимаю, ты находишь забавным разъезжать по стране с Алвой, ввязываясь в его авантюры, не задумываться о завтрашнем дне. Если бы положение дел в столице обстояло иначе, я бы только приветствовал этот альянс, но сегодня ты нужен мне, - слышишь, нужен! - именно здесь, - граф помолчал. - Во время нашей последней беседы с Его Высокопреосвященством мне крайне не понравилось состояние его здоровья.

Леонард пожал плечами. Сейчас его больше интересовало, означает ли крах намечавшегося союза с Агарисом изменение политики Святого Города в отношении Ракана и его свиты. Фатихиоль утверждал, что возвращение Альдо к родственникам его бабки - дело решенное, но он не мог предвидеть отравленной воды, мести Авнира и неуправляемого гнева горожан.

- Вероятно, кардинал еще не оправился после удара. Представь сам, человек едва успел опомниться после болезни, как на него свалились новости о беспорядках, убийствах и проваленных переговорах. Повезло, что он не слег еще на пару недель.

- Дело в другом, - тессорий устало прикрыл глаза: Леонарду подумалось, что отец, похоже, не спал больше суток. - Я помню, каким стал покойный граф незадолго до своей смерти. Сильвестр выглядит прескверно. Ему недолго осталось, Лео, и судя по всему, он отлично это осознает. Думаю даже, времени у нас еще меньше, чем сам кардинал себе отводит.

- А что говорят доктора? - думать о возможной смерти казавшегося вечным кардинала было странно. Леонард не привык к неопределенности: даже на войне присутствие Алвы само по себе являлось негласной гарантией благополучного исхода.

- Доктора, - презрительно протянул отец и махнул рукой: - Доктора говорят то, что Сильвестр желает слышать. Дескать, здоровый сон, правильный режим дня, свежий воздух, покой и никакого шадди, и он еще всех нас переживет. Я же привык полагаться на свое чутье. Его Высокопреосвященство умирает, процесс уже не повернуть вспять, и прежде чем все случится, мы должны удостовериться, что перемены не ударят по семье. Твои недавние заслуги в Варасте вкупе с покровительством кардинала и Алвы позволяют претендовать на место капитана личной королевской охраны. Граф Савиньяк решением короля станет комендантом Олларии.

- Ты путаешь меня с Фридрихом, - холодно отозвался Леонард. - Он блестяще справляется с ролью идеального придворного, я же из другого теста. Ты всегда говорил, что браться следует лишь за то, с чем справляешься идеально.

- А сейчас я говорю, что если не поспешить и не занять образовавшуюся нишу, мы навсегда останемся вторым номером после Колиньяров, - рассердился отец. - Или ты считаешь, что я сотрудничаю с Жоаном из соображений великой дружбы и привязанности? Да я лично готов был благодарить Алву, когда тот избавил нас от мерзкого мальчишки, его наследника, за которым еще с Лаик таскался Константин! Больше меня радовался, наверно, только Фернан Сабвэ!

- Если ты такого высокого мнения об Алве и его действия, - нарочито небрежно предположил Леонард, - почему бы мне не держаться поближе к нему? Колиньяры на такое рассчитывать уж точно не могут, к тому же, это куда более надежные гарантии, чем милость короля. Сегодня за ниточки дергает Сильвестр, а что будет, - он запнулся, прежде чем продолжить: - что будет, когда он умрет?

- Не пытайся казаться глупее, чем ты есть, - не поддался на его уловку граф. - Дружбу с Алвой необходимо сохранить любой ценой. Постарайся убедить герцога в том, что и для него будет полезнее, если ты останешься в Олларии. Когда-то я возлагал большие надежды на твоих братьев, Лео. Ты верно отметил, Фридрих безукоризненно играет свою роль, но должность генерала-церемониймейстера - это его предел. Из Арнольда, возможно, выйдет толк, если подыскать ему неплохое место и периодически опускать с небес на землю… но ты - ты нечто совершенно иное. В тебе есть ум и холодный расчет, которого недостает твоим братьям, однако при этом ты умеешь располагать к себе. Представления не имею, как тебе удался этот фокус с Алвой, тот же Фридрих одним своим присутствием умудряется его раздражать. Возможно, ты унаследовал этот талант от покойного графа, - отец помрачнел. - Если бы не козни Алисы, твой дед удостоился бы еще немалых свершений. Сейчас перед нами открываются все возможности положить конец этой старой истории и предельно ясно заявить, кому принадлежит современный Талиг.

- Я подумаю над твоими словами, - после знакомства с Фатихиолем Леонард научился не разбрасываться обещаниями. - Подумаю, только подумаю, и в обмен на некоторую информацию.

Произвести впечатление на Леопольда Манрика можно было лишь деловым подходом к ситуации. Если судить по взгляду отца, Леонард выбрал правильный тон.

- Как, давешних новостей тебе все еще недостаточно? - усмехнулся граф. - Ну, что еще?

- Эммануил Манрик, родоначальник фамилии, - задал Леонард с некоторых пор тревоживший его вопрос. - Расскажи мне о нем.

- Ты внезапно разучился читать? - тессорий скривился. - Нашим предкам посвящено тридцать семь страниц в Книге дворянских родов Талига, из них большая часть - именно Эммануилу Манрику.

- Меня не интересует официальная биография первого графа Манрика, - невозмутимо заметил Леонард. - В свете сегодняшнего разговора ни за что не поверю, что кто-то из нашей семьи позволил бы своим секретам стать достоянием общественности. Откуда он приехал в Олларию?

- Из Хексберга, - странно посмотрел на него отец. - И это не такой уж страшный секрет.

- В Хексберге нет гоганской общины, - возразил Леонард. - Гоганы во втором и тем более третьем поколении, как правило, уже не знают языка, не помнят традиций и осознают себя обычными талигойцами. Уточню вопрос: откуда Эммануил Манрик приехал в Хексберг? И как ему удалось стать доверенным лицом Оллара? Ведь кроме него гоганов при дворе никогда не было. И еще один вопрос, - внезапно добавил он, - известно ли что-то о предках графа? Тех, кто, разумеется, никогда в Хексберге не бывал? И не сохранилось ли упоминаний о каких-либо их контактах с любым представителем династии Раканов?

- Не понимаю, с чего вдруг именно теперь ты решил изучать родословную, - Леопольд поднялся, давая понять, что не намерен продолжать этот разговор. - Я нахожу эти вопросы неуместными. Во имя Создателя, какие еще Раканы? Осталось только обвинить нас в попытках реставрации анаксии! Я надеюсь, ты не развиваешь подобные идеи в беседах с Алвой?

- Что ты, - Леонард рассмеялся. - Хотя не стану скрывать, поездка в Кэналлоа повлияла на мой возросший интерес к истории и мистике. Знаешь, во дворце кэналлийских соберано я видел довольно странную картину, и доподлинно знаю, что ей интересовался Его Высокопреосвященство.

- И это меня не удивляет, - сухо отозвался тессорий. - Как я уже упоминал сегодня, я своими глазами наблюдал угасание твоего деда. В последние недели он, словно одержимый, копался в старых книгах, расспрашивал очевидцев и ворошил прошлое. Бывает, человек поступает так, предчувствуя свой уход. Поэтому вот мой совет, наслаждайся своей молодостью и оставь Эммануила Манрика в покое. В конце концов, он сделал публичной ту часть своей биографии, какую пожелал, и следует уважать это право. Впрочем, - он снова растянул губы в холодной ухмылке, - супругой Эммануила стала сестра графа Савиньяка. Жаль, что ваши отношения с нынешним главой рода довольно прохладны, а то бы я посоветовал спросить его, когда будешь принимать у него дела во дворце.

Разумеется, отец не был бы собой, если бы удержался от укола, но идея его была не лишена смысла. Не то что бы Леонард сам горел желанием беседовать с Лионелем Савиньяком сверх необходимого - но разве тот не считался одним из близких друзей Алвы, пусть даже сам Алва предпочитал называть это иначе?

Кабинет графа Леонард покинул в отвратительном настроении, с горькой иронией отметив, что только что достиг предела своих мечтаний периода, предшествовавшего варастийской кампании, однако осознание этого радости не прибавило. И было бы наивно предполагать, что встреча с Алвой способна хоть сколько-нибудь переломить ситуацию.

- Если вас это успокоит, - герцог пил вино и выглядел совершенно невозмутимо: - я прямым текстом заявил Его Высокопреосвященству, что вы дрянной генерал. Можете не благодарить.

- Не буду, - Леонард покачал головой и уставился в окно. Небо было затянуто серыми облаками - осень будто намеренно сгущала краски. - Вы могли бы и лучше стараться, расписывая мою полную профнепригодность.

- Помилуйте, а как же справедливость и принцип равновесия? - Алва потянулся. - Я был обязан указать и на ваши сильные стороны. Например, я особо подчеркнул, что вы ни при каких обстоятельствах не потеряете голову от прелестей Катарины Ариго.

- Хотите сказать, должность капитана королевской охраны помещает меня в группу риска? Мне показалось, что в сравнении с прочими нашими проблемами неприятности, которые может причинить королева, меркнут.

- Сердце Ее Величества было бы разбито, услышь она ваши слова, - Алва резким движением отставил бокал в сторону и посерьезнел: - Насколько, по-вашему, можно верить этому достославному Фатихиолю?

- Не более, чем любому гогану, - ответил Леонард. - В конечном счете, не более, чем любому человеку. Фатихиоль спит и видит, как бы занять место своего брата, но никогда не выступит против его решений открыто, а потому надеется обставить все законно. Община устроена сложнее, чем видится со стороны, для того, чтобы разобраться в расстановке сил, мне бы следовало задержаться еще хотя бы на пару недель. Правда, боюсь, что вернувшись, обнаружил бы себя новым тессорием, если не сказать - канссильером.

- Если вашему отцу удастся избавить Талиг от Штанцлера, на плохие рекомендации от меня можете и не рассчитывать, - заверил его Алва. - Чего не пожелаю вам - так это увидеть Олларию такой, какой довелось наблюдать ее мне. Прогулку по городу в Октавианскую ночь нельзя отнести к приятным впечатлениям. Как видите, мы оба оказались правы, прислушавшись к снам.

- Вы собираетесь принять предложение Фатихиоля? - пристально посмотрел на него Леонард. - Действительно освободите их от клятвы?

- Троном Талига я не заинтересован, продавать то, о чем и сам не знаю, считаю преждевременным, а держать в должниках тысячи людей - удовольствие весьма сомнительное. Кровные клятвы - традиция древняя и, должен отметить, премерзкая.

- Звучит так, словно вы хорошо знакомы с темой и верите в те ужасы, что расписывал Фатихиоль, - развеселился Леонард, но Рокэ не смеялся.

- Так уж сложилось, что присяга Первого Маршала - одна из разновидностей кровных клятв, - заметил он. - Прискорбно, что заинтересовался сутью этого явления я уже после того, как принял на себя определенные обязательства. Вне зависимости от того, как будет складываться ваша дальнейшая карьера, Леонард, не повторяйте моих ошибок.

- Допустим, сделку с гоганами мы каким-то образом аннулируем, при помощи Фатихиоля или без нее, - произнес Леонард. - Это не отменяет ужасного положения, в котором оказалась Мэллит. Достославный обещал о ней позаботиться, но его мнение напоминает флюгер. К тому же, я так и не понял, как именно он собирается разорвать ее связь с арой.

- Я хочу встретиться с этим человеком, - решил Алва. - Передадите ему послание через названного человека. Очевидно, нам предстоит период мира неопределенной продолжительности. При необходимости можно будет еще раз прокатиться в Кэналлоа. Через Агарис.

Леонард не стал откладывать поиски гоганского аптекаря в долгий ящик - в ближайшем будущем новые обязанности обещали не оставить ему ни минуты свободного времени, а видения о Мэллит продолжали беспокоить с прежней силой, чтобы там ни обещал Фатихиоль. Гнетущая тишина этих сновидений сбивала с толку - догадаться о предмете разговора было сложно даже по движениям губ, а их участившиеся встречи с Эр-При откровенно раздражали. Леонарду удалось определить, что агарисские сидельцы наконец-то уезжают, и это внушало некоторую надежду на благоприятный исход для Мэллит. Что бы их ни связывало с Эр-При, он ей не пара.

Никто и никогда не задавался целью подсчитать точное количество гоганов, проживавших на территории Олларии и ее окрестностей - официальные постулаты веры гласили, что всякий, следующий закону Кабиохову, не вправе нарушать границы земель внуков Его, селиться в их городах и перенимать их обычаи. Агарисские гоганы, и в самом деле, не брили бороды и носили одежды с неподрубленным краем, отказывались от вина и избегали лестниц в своих жилищах, предпочитали определенные цвета и были абсолютно и безошибочно узнаваемы, особенно в городе, кишащем монахами в серых рясах. Что до талигойских гоганов, их с южными собратьями не роднил порой даже цвет волос - изменить его ничего не стоило, а традиции забывались тем скорее, чем более успешно складывалась жизнь гогана на новой родине. С Эммануилом Манриком ничего подобного не произошло, и загадочная личность графа четыреста лет спустя не давала его далекому правнуку покоя.

Гоганский старейшина, согласно видению приходившийся предком Манрикам, заключил соглашение с кем-то из Раканов, хоть и найти этому подтверждение сегодня не представляется возможным. Если для того, чтобы увидеть это, потребовался ритуал пробуждения памяти крови и алтарь, очевидно, задействованы были те самые обеты, против которых предостерегали и Фатихиоль, и Алва. Тем не менее, ничто не помешало Эммануилу Манрику сражаться на стороне Франциска Оллара и добиться смены правящей династии. С тех пор Манрики лишь процветали, преумножая свое влияние и благосостояние, небеса не обрушились на их головы, и земля не расступилась перед ногами. Означало ли это, что кровь поколения спустя теряла силу, или договоренность подразумевала определенные условия, или Эммануил нашел возможность обойти клятву?

Как Леонард и ожидал, аптекарь внешне ничем не напоминал одного из достославных, а послание для Фатихиоля принял с таким видом, словно уже не первый год является его доверенным лицом. Любопытно было бы узнать, с кем еще в Олларии контактируют агарисские гоганы - и как скоро о письме станет известно кардиналу. Леонард не слишком скрывался, прознатчики Сильвестра все равно оказались бы хитрее, а объясняться по этому поводу он предоставлял Рокэ. Забавно было бы взглянуть на реакцию кардинала на известие о возможном происхождении Алвы. Сторонники реставрации династии Раканов могли бы заполучить могущественного союзника в свои ряды - а заодно избавиться от балласта в лице доброй половины, если не двух третей своего состава.

Следующие недели вовлекли Леонарда в бешеный круговорот событий, едва ли оставлявший несколько часов на тревожный, неспокойный сон. Столица в сравнении с Варастой напоминала строгую и требовательную мать, встретившую сына после каникул у доброй тетушки, и поспешила выставить графу Манрику целый ряд суровых и подчас взаимоисключающих требований. Фатихиоль хранил молчание - аптекарь только разводил руками и уверял, что его письма всегда находят своих адресатов, Алва не слишком трудился скрывать свое раздражение от необходимости находиться при дворе, его оруженосец, которого Леонард, признаться, надолго выпустил из поля зрения, держался еще более странно, чем обычно, отец сделался вдруг невыносимо разговорчивым, подробно расспрашивая обо всем, происходящем во дворце, а более всего - о королеве, и усталость все накапливалась, а кроме усталости - постоянное, жужжащее, словно сонная осенняя муха, изматывающее ожидание чего-то значительного - события, призванного перевернуть устоявшийся мир и спутать карты всем игрокам. Чувство это отзывалось в груди гнетущим узнаванием: нечто похожее Леонард переживал перед тем, как Алва неожиданно обнаружил его потерянный амулет. Теперь он то и дело проверял, находится ли футляр на своем обычном месте в нагрудном кармане. Возможно, следует заказать для него особенную цепочку и носить на шее, как агарисские священники - эсперу?

Обрывки мыслей в голове беспорядочно сменяли друг друга, и Леонард чувствовал, что его все глубже затягивает в сон. Через пару-тройку часов все равно придется вставать - ему бы последовать примеру Алвы и не идти в постель, коль скоро нормально отдохнуть все равно не удастся, но насыщенный режим прошедших дней все же взял свое. Леонард почти не удивился, снова увидев Мэллит - так четко, как если бы она находилась в этой же самой комнате.

Мэллит убегала из дома. Никогда прежде в видениях Леонарда она не представала настолько испуганной - или это отголоски его собственных переживаний нашли способ проникнуть в сновидение? Переодевшись в неприметное франимское платье, позволяющее затеряться среди горожан, она выскользнула из дома через потайной ход и глубоко вдохнула ночной прохладный воздух. Леонард наконец-то смог осмотреться и с трудом сдержал удивленный возглас: выяснилось, что все это время Мэллит жила в том самом доме, где располагался трактир, в котором когда-то сам он встретил достославного Фатихиоля. Должно быть, гоган немало повеселился, наблюдая за тем, как Леонард бродит на расстоянии вытянутой руки от своей цели и не может этого осознать. Слова о великой слепоте, что бредет в шаге от мудрости, обретали двойной смысл.

Словно опомнившись, Мэллит почти бегом устремилась прочь от родительского дома, и тут Леонард сделал неприятное открытие - он не мог последовать за девушкой. Невидимая сила будто воздвигла перед ним непроходимый барьер, не позволяя сделать и шагу. Создавалось впечатление, что сам дом желает, чтобы незваный гость вернулся и досмотрел до конца предназначенную ему мистерию.

Леонард шагал по тем же коридорам и галереям, которыми четвертью часа раньше убегала Мэллит, и рассеянно отметил, что не испытывает трудностей с тем, чтобы сориентироваться в незнакомом доме, будто его подталкивала в нужном направлении рука провожатого, всегда скрывающегося где-то среди теней, за спиной. Поднявшись на новый уровень, он на мгновение задержался перед бархатным занавесом, охваченный необъяснимым волнением, а затем решительно отвел дорогую ткань в сторону - и оказался в круглой комнате, расположенной, судя по всему, в самом сердце дома.

Этой ночью он увидел ару.

Огромная золотая пирамида производила ошеломляющее впечатление - куда до нее скромному бакранскому алтарю, высеченному из простого камня. В отшлифованную поверхность алтаря можно было смотреться, словно в зеркало - и сейчас это зеркало отражало лицо человека, с мрачным видом склонившегося над арой. В нежданном ночном визитере Леонард даже не сразу признал Фатихиоля - с их встречи гоган будто бы постарел лет на десять.

Фатихиоль несколько минут стоял неподвижно, будто ему было сложно решиться совершить то, ради чего он проник в чертог Кабиохов, а переливающийся и играющий в свечном пламени металл мог придать ему сил или гарантировать успех. Наконец, тяжело вздохнув, гоган потянулся за ритуальным ножом и сделал надрез на левом запястье. Негромким мягким голосом он принялся напевать что-то на языке, который Леонард так до сих пор и не удосужился начать изучать: не то молитвы, не то заклинания.

Нож пронзил алтарь так легко, будто в руках его держал исполин невиданной силы. Ара отзывалась на каждое действие Фатихиоля, вела с ним недоступный обычному уху диалог. Леонард похолодел от осознания: голос гогана был единственным звуком, что сумел пробиться в его видения. Дом был будто погружен в мертвую тишину, и все же старейшина был доволен - все шло по плану.

Леонард и сам не понял, когда все внезапно изменилось. Трещина, пробежавшая по аре от удара кинжалом, вдруг потемнела, и из нее во все стороны принялись расползаться потеки, будто кто-то опрокинул сверху увесистый пузырек с чернилами. Фатихиоль широко раскрыл глаза - он что-то видел в глубинах ары, и это было не просто неправильно, это пугало его, внушало непередаваемый ужас. Леонард тщетно щурился или пытался приблизиться: в непроглядном мраке под руками гогана танцевали золотые молнии, и от их жара металл начал плавиться, и издали казалось будто из самой его сути - или изнанки мира, края вселенной, Заката - тянулись причудливо изгибающиеся щупальца, принимающие то форму кожистых крыльев, то кошачьих лап, то уродливых рук с изломанными цепкими пальцами. Фатихиоль не мог прервать ритуал и лишь повторял одну и ту же фразу, настолько сложную для произношения и понимания, что Леонарду никак не удавалось ее запомнить.

Происходящее в алтарном чертоге не могло не привлечь внимания других домочадцев - занавес снова отодвинулся, и в комнату буквально вбежал пожилой гоган. Увидев взбесившуюся ару, он в ужасе попятился, шепча молитву, споткнулся, упал на пол. Леонард буквально задыхался от чувства бессилия и неспособности хоть чем-то помочь: он понятия не имел о том, в какой ритуал по глупости или безрассудству ввязался Фатихиоль, почему не позвал помощников, и что, в конечном счете, пошло не так. Хоть Леонард и не был специалистом в магии, казалось, будто в мирный ритуал вмешались сторонние силы, агрессивные и враждебные.

Молнии из ары внезапно взвились в воздух, образуя светящийся, залитый кровью шар, напомнивший Леонарду о закатном солнце на вершине блуждающей башни. Шар все увеличивался в размерах, а затем взорвался, залив комнату вспышкой ослепительно-зеленого цвета. Леонард зажмурился, запоздало подумав, что от такого можно и ослепнуть, а когда открыл глаза, Фатихиоль уже бесследно пропал, словно и не переступал никогда порога алтарного чертога. Почерневшая ара возвышалась мрачным монументом чему-то ужасающе злобному, а оскаленные морды и лапы застыли, словно выточенные умелой рукой коварного скульптора. Единственным человеком в комнате был старик-гоган, хозяин дома, и он совершенно точно был мертв. Ара, точнее, сила, атаковавшая ару, убила и его.

И тогда Леонард проснулся.

Утро прошло, как в тумане. Еще никогда Леонард не был так зол на отца: исполняя пожелание кардинала, граф принимал участие в расследовании, главной целью которого была королева, ожидал от сына всестороннего содействия и уж точно не разделил бы его беспокойства о судьбе неведомой гоганни на другом конце света. Между тем, размышления о судьбе Мэллит вселяли в сердце Леонарда ужас сродни тому, что он испытал минувшей ночью. Благо, у девушки осталось немало родственников, и если повезет, они не позволят ей увидеть, что стало с несчастным стариком. Хотя, если рассудить по справедливости, наиболее разумным решением будет покинуть проклятый дом - возможности ее отца, удостоившегося стать хранителем ары, и не такое позволяют.

Вспомнились последние слова Фатихиоля - гоган грозился уничтожить ару, если Мэллит будет грозить серьезная опасность. Понимал ли он, что ритуал не имеет обратного хода и может стоить ему жизни? В такой расклад верилось меньше всего: человек, рассчитывавший занять место достославного Енниоля, не слишком походил на самоубийцу, даже если речь идет о спасении близкого человека. Фатихиоль возлагал на себя ответственность за судьбы многих - что ему одна-единственная Мэллит?

С трудом избавившись от наиболее срочных дел и словоохотливых придворных, каждому второму из которых именно сегодня вздумалось досаждать капитану королевской охраны пустячными просьбами и глупыми разговорами, Леонард, наконец, отправился к Алве, не слишком рассчитывая застать того дома, но надеясь при помощи его слуг или оруженосца хотя бы определиться с примерными направлениями поиска. Не то что бы в последнее время Окделл производил впечатление уравновешенного человека… Алва признался, что мальчишка застал его с королевой и с тех пор ходил сам не свой. Вот уж кому, по мнению Леонарда, точно пошла бы на пользу новая война: вдали от столицы и своих сомнительных покровителей Окделл расцветал, в Олларии же напоминал скорее жертву не самого профессионального гипноза.

К слову об Окделле - Леонард даже рассмеялся, заметив того рассеянно бредущим по улице в направлении особняка. С Рокэ давно пора поговорить на эту тему - нет ничего хорошего в том, что его оруженосец с утра до вечера бродит по городу без дела. Леонард еще помнил племянника после Лаик - тот точно так же пропадал то в тавернах, то на петушиных боях в компании юного Колиньяра, чем доставил Марии и Фридриху немало переживаний. Граф к таким проблемам относился проще, с его точки зрения, круглосуточная занятость могла сделать приличного человека даже из кого-то вроде покойного Эстебана. Жаль, им так и не удалось это проверить.

Леонард спешился и нагнал юношу. Окделл поднял на него расфокусированный взгляд и, похоже, даже не сразу узнал. Это уже никуда не годилось.

- Герцог, у вас такой вид, будто вы лицезрели, по меньшей мере, Изначальных Тварей, - недовольно отметил Леонард. - Уверяю вас, что бы ни стряслось, оно не заслуживает такого ужаса, как то, что не далее как этой ночью довелось наблюдать мне.

Окделл продолжал смотреть будто сквозь него и через силу заставил себя ответить:

- И что вы видели? - медленно протянул он и вдруг, словно очнувшись ото сна, устремил на него взгляд полный ужаса: - Вы что, следили за мной?

От такого вопроса Леонард даже растерялся.

- Боюсь поинтересоваться, что бы я увидел, прояви я подобный интерес к вашей жизни. Но нет, моя реальность куда прозаичнее. Скажите, герцог, вы верите в привидения? Хотя, конечно, нелепый вопрос для жителя Олларии, где все наслышаны о Валтазаре…

- Я видел призраков, - все еще настороженно отозвался Окделл. - Года два назад, еще в Лаик.

- В Лаик нет призраков, - удивился Леонард. - И никогда не было. Или же я впустую потратил полгода своей жизни. Впрочем, это правда. Так что это были за призраки?

Окделл замялся, будто сомневаясь в том, стоит ли откровенничать с Манриком.

- Процессия призрачных монахов, - решился он, наконец, будто махнув рукой на последствия. - Они шли через старую галерею, каждый нес в руках по свече. Во главе их шел аббат с совой, потом рыцари и унары, все по двое. Меня и еще нескольких унаров наказали за… неважно - за то, чего мы не совершали, и заперли там на ночь. Каждый видел их по-разному… И еще все время звонил колокол. А в конце… я увидел своего отца.

- Отца? - Леонард нахмурился. - Вы уверены? Какое отношение Эгмонт Окделл имел к танкредианцам?

- Я подумал, что он стал призраком после своей смерти… Только непонятно, почему он вернулся именно в Лаик, - пожал плечами Окделл. - Я хотел пойти за ним, но Паоло мне не позволил. А потом за нами пришел отец Герман и отправил всех по комнатам. Ночью они с Паоло уехали, а до этого заходили ко мне.

- Герман Супрэ был у тебя накануне исчезновения? - Леонард уже и сам не был рад, что затеял этот разговор, лишь бы вывести мальчишку из оцепенения. Похоже, Окделл был настолько дезориентирован, что сам не понимал, перед кем раскрывает все карты: впрочем, у явления странных монахов в Лаик могла быть та же природа, что и у его видений, а отсюда и до разгадки тайны ары недалеко. - Вернее сказать, перед тем, как его убили? Зачем он приходил?

- Попрощаться, Паоло хотел попрощаться, - растерянно признался Ричард. - Я и сам был удивлен. Мы не были близкими друзьями. И эти странные вещи, которые он говорил... Эр Август так и не смог объяснить мне…

Ну конечно, и здесь не обошлось без Штанцлера! Леонард мстительно ухмыльнулся, подумав о том, окажет ли в отцовском расследовании пользу факт сокрытия Штанцлером улик об исчезновении олларианца, потом представил, как обер-прокурор потребует предъявить призраков в качестве доказательства и с сожалением оставил эту затею.

- Он сказал, что их всегда четверо, - Ричард смотрел на него так, будто от ответа зависела его жизни. - Кого их?

- Вероятно, Повелителей, - Леонард все еще думал о расследовании, поэтому ответил машинально и лишь потом спохватился: - Если вы с этим унаром не были друзьями, с чего бы ему обсуждать с тобой твое наследие?

- Паоло и Альберто видели одних лишь монахов, - прошептал Окделл. - Только я - отца. Может быть, Паоло хотел сказать, что это как-то связано с тем, что отец был Повелителем Скал?

Леонард не был рад повороту разговора. В древних наследиях он разбирался на уровне дилетанта, к тому же, внезапные новости о происхождении Алвы вообще ставили все известные ему факты с ног на голову.

- Сколько вам было, когда он погиб? - внезапно спросил он. - Вы ведь должны хорошо его помнить.

- Одиннадцать, - лицо Ричарда потемнело. - Почти двенадцать. Конечно, я помню. Такое нельзя забыть.

- Моя матушка умерла, когда мне было восемь, - признался Леонард. - А моему брату Арнольду - два года. Тяжелая, изнурительная болезнь. В конце она уже никого не узнавала. Прошли годы, и я почти не помню мать, зато помню состояние отца… Прозвучит цинично, но герцогу Окделлу повезло. Все произошло быстро и позволило ему сохранить чувство собственного достоинства.

- Назвать дуэль в заведомо неравных условиях везением? - прошипел разозлившийся Окделл. - Для этого нужно быть человеком, не знающим, что такое честь! Повезло Алве, если бы мой отец не хромал…

- Остыньте, герцог, какое значение хромота вашего отца имеет на линии? - усмехнулся Леонард, в то время, как мальчишка пораженно замер. - Хотите сказать, вам не известно о том, как проходят подобные поединки?

- Линия? - хрипло повторил Окделл. - Это была линия?

- Так вы и об этом не знали? - Леонард смутился. - Что же… возможно, рассказать вам об этом должен был не я. Вы когда-нибудь пытались спрашивать Рокэ?

Дожидаться ответа было бессмысленно - Окделл снова ушел в свои переживания и теперь потратит немало нервов, своих и чужих, пытаясь разобраться в том, что все-таки произошло пять лет назад, а в намерения Леонарда никоим образом не входило заставлять мальчишку копаться в себе.

- Сегодня я тоже видел призраков, - отрешенно произнес он, возвращаясь к изначальной теме разговора. - Они убили двух людей. Одного из них я знал.

Окделл взглянул на него с недоумением.

- Где видели? Во дворце? Вы с ума сошли?

- В другом месте, - покачал головой Леонард. - Заметьте, я в истории о лаикских монахах не усомнился. Что делает ваших призраков более настоящими, чем моих?

- Но призраки не могут убивать, - полувопросительно произнес Ричард. - Никто и никогда о таком не слышал.

- Вы же не знаете, что бы произошло, последуй вы за той сущностью, что выглядела, как ваш отец, - рассудил Леонард. - Я не знаю, что именно за сила убивала этой ночью. Человек, накликавший на себя эту беду, верил, что такими катастрофами оборачиваются нарушенные клятвы. Я не большой поклонники мистики, но я склонен верить тому, что видел своими глазами. И если Рокэ не поможет мне разобраться в этом деле, не думаю, что вообще кто-то справится.

За разговором они незаметно подошли к особняку на улице Мимоз. Рокэ был дома - Леонард уже научился определять его присутствие, полагаясь на одну только интуицию. Выставлять Окделла из кабинета после вечера откровенностей казалось неправильным: значит, придется рассказывать ему о гоганах и Фатихиоле - самоубийственная глупость, как ни рассуди.

- Что именно с ними произошло? С этими людьми? - Окделл отчего-то настаивал на подробностях. Что же, еще отец всегда говорил, что лучший способ избавиться от навязчивой мысли - передать ее кому-то другому.

- Их убили молнии, - ответил Леонард, и Окделл побледнел еще сильнее. - Герцог, если вы намерены так остро реагировать на любую деталь, я, пожалуй, воздержусь от развернутого пересказа событий. Как вы вообще выжили на войне с такой-то впечатлительностью?

Алва был в кабинете один. Леонард в очередной раз напомнил себе при случае поговорить с ним о Савиньяках. События развиваются стремительно, они не успевают за ними уследить, совершают ошибки, размениваются на глупости. А что если - сердце вдруг забилось в нелепой надежде - что если это видение - всего лишь предупреждение о будущем? Что если завтра аптекарь пришлет весточку от Фатихиоля, или объявится его внук, тот самый пронырливый мальчишка, о котором с такой теплотой рассказывал гоган? Или напротив - времени уже нет, Шар Судеб не остановить и не изменить его путь, и трагедия случится сегодня? Завтра?

- Генерал Манрик? - Рокэ перевел непонятный взгляд на оруженосца. - Юноша? Что произошло? Вы спрятали в моем доме еще парочку гостей из Агариса? Святых или, - он снова посмотрел на Леонарда, - или достославных?

- Фатихиоль мертв.

- Его преподобие… Оноре… убили.

Две фразы прозвучали практически одновременно. Рокэ задумчиво склонил голову набок.

- Герцог Окделл уверяет, что он видел призраков в Лаик, - попытался развить тему Леонард.

- Генерал Манрик тоже, - подхватил Ричард. - Сегодня.

- Строго говоря, они больше напоминали Закатных Тварей, - поправил Леонард. - Но, пожалуй, для удобства обойдемся словом “призраки”. Собственно, они его и убили.

- Преподобного Оноре? - с вежливой предупредительностью уточнил Алва. Ричард тут же насупился.

- Достославного Фатихиоля, - Леонард устало опустился в свободное кресло. - И будь я проклят, Рокэ, если это не самое отвратительное зрелище, что мне доводилось повидать, а повидал я не так уж мало. Кстати, пока вы не разберетесь, что за дрянь водится в Лаик, ноги Леопольда, моего младшего племянника, там не будет.

- Вы не устаете преподносить сюрпризы, вы оба, - Алва в свойственной ему манере прикрыл глаза руками. - Раз уж вы пришли, юноша, налейте нам вина, и себе тоже.

Окделл застыл на месте, будто Рокэ его ударил. Похоже, потрясений на его душу оказалось более, чем достаточно.

- Хорошая идея, герцог, разлейте вино и присоединяйтесь к нам, - Леонард постарался не демонстрировать, как сильно оруженосец успел утомить его за этот безумный день. - О таких вещах непросто думать на трезвую голову.

Окделл неуверенно потянулся за бутылкой, а потом вдруг резко развернулся и снял с пальца весьма приметный и необычный перстень с алым камнем, оправленным в золото, положив его перед герцогом. Поймав блик света, сверкнула крошечная молния, так похожая на те, что бушевали над гибнущей арой.

Алва поднял на Ричарда совершенно нечитаемый взгляд. Леонард устало покосился на часы. Похоже, им предстояла еще одна застывшая в бесконечности ночь.

просмотреть/оставить комментарии [6]
<< Глава 3 К оглавлениюГлава 5 >>
май 2022  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

апрель 2022  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

...календарь 2004-2022...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2022.05.12
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [2] (Оригинальные произведения)



Продолжения
2022.05.18 12:17:07
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2022.05.16 13:43:22
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.05.15 18:31:15
После дождичка в четверг [3] ()


2022.05.14 07:36:45
Слишком много Поттеров [46] (Гарри Поттер)


2022.05.13 23:06:19
Вы весь дрожите, Поттер [6] (Гарри Поттер)


2022.05.07 01:12:32
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [1] (Гарри Поттер)


2022.04.30 02:25:11
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2022.04.19 02:45:11
И по хлебным крошкам мы придем домой [1] (Шерлок Холмс)


2022.04.10 08:14:25
Смерти нет [4] (Гарри Поттер)


2022.04.09 15:17:37
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


2022.04.05 01:36:25
Обреченные быть [9] (Гарри Поттер)


2022.03.20 23:22:39
Raven [26] (Гарри Поттер)


2022.03.03 14:54:09
Танец Чёрной Луны [5] (Гарри Поттер)


2022.03.01 15:00:18
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.02.25 04:16:29
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2022.02.20 22:38:58
Леди и Бродяга [6] (Гарри Поттер)


2022.02.12 19:01:45
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2022.02.11 19:58:25
Глюки. Возвращение [241] (Оригинальные произведения)


2022.02.03 22:54:07
Квартет судьбы [16] (Гарри Поттер)


2022.01.30 18:16:06
Я только учу(сь)... Часть 1 [64] (Гарри Поттер)


2022.01.24 19:22:35
Наперегонки [15] (Гарри Поттер)


2022.01.16 16:46:55
Декабрьское полнолуние [1] (Гарри Поттер)


2022.01.11 22:57:42
Смех в лицо предрассудкам [32] (Гарри Поттер)


2021.12.24 21:38:48
Темная вода [0] (Гарри Поттер)


2021.12.23 17:06:13
Ненаписанное будущее [23] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2022, by KAGERO ©.