Без права передачи

Автор: СЮРприз
Бета:Танцующая с призраками, Solli, Leta, olwling
Рейтинг:G
Пейринг:ГП, ТРЛ. V
Жанр:Action/ Adventure, Drama, POV
Отказ:Любовь — это наше, а трупы — Роулинг
Вызов:Веселые старты 2010
Цикл:Команда Tom&Harry [0]
Аннотация:Никому из магов не дано предугадать все последствия своих чар
Комментарии:Фик написан в соавторстве с Графиней Ллойд на конкурс "Веселые старты-2010" за команду Tom&Harry
Каталог:Пост-Хогвартс
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2010-12-01 23:33:08 (последнее обновление: 2010.12.01 23:33:11)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1.

Кирпич ни с того ни с сего никому и никогда на голову не свалится.

***

Но сегодня такая ночь, когда сводятся счеты. Рыцарь свой счет оплатил и закрыл!

М. Булгаков, «Мастер и Маргарита»




В тот злополучный день я аппарировал к небольшому дому, как и собирался, ровно в двенадцать часов дня. Казалось, что здание, перекошенное от старости, с грязными, словно тонированными пылью, окнами держится только на честном слове.

А вот часть черепицы все-таки обвалилась, щедро засыпав двор осколками. Эта картина живо напомнила мне полигон аврорской школы, где сдавались экзамены по маскировке.

На меня нахлынули приятные воспоминания: благодаря Гермионе, вернее, ее модификации Вингардиум Левиоса, я тогда прославился. Вот и сейчас, слегка поднявшись над землей и осторожно отталкиваясь носком ботинка, я быстро заскользил по направлению к дому. Со стороны это волшебство кажется простым, но я-то помню, сколько потов сошло с меня и Джинни, тренировавшейся со мной за компанию, прежде чем мы стали уверенно держать в воздухе равновесие и научились передвигаться на значительные расстояния.

Я приземлился на крыльце и, толкнув протяжно мяукнувшую входную дверь, быстро вошел внутрь. Первый вдох, и тут же мертвую тишину прихожей нарушило мое звонкое безудержное чихание. Пыльный воздух оказался таким густым, что дышать им было практически невозможно.

— Простите, вы из Аврората?

Невысокий мужчина лет сорока на вид — хотя, изучив дело, я знал, что ему за восемьдесят — насмешливо скалился, выглядывая из-за приоткрытой двери комнаты. Выскочил, как черт из табакерки! Особые приметы — по-кошачьему заостренные ушные раковины — сразу подсказали мне имя их обладателя: мистер Делор Вомт.

Сунув руки в карманы, я хмуро кивнул. Радоваться было нечему - на этот раз экзамен по маскировке мной завален. Вот тебе и отсутствие сигнальных заклятий на здании, а ведь проверил же еще на подходе к дому!

— Прекрасно, — протянул мужчина. — Я ожидал вас вчера, мистер?.. — его маленькие темные глазки пытливо уставились на меня. Я лишь вздохнул.

— Поттер.

Незнакомец изменился в лице, но быстро взял себя в руки и попытался изобразить гостеприимство: широко распахнул дверь и элегантным жестом пригласил войти. На сухой узкой кисти старика тускло блеснул перстень с крупным изумрудом. Интересно, откуда у небогатого ученого-изобретателя, бывшего невыразимца, могло быть украшение ценой в тысячи галлеонов? Хотя чему удивляться, — перед глазами встали страницы его досье: чистокровный волшебник, выпускник Дурмстранга, приехал в Англию еще во время войны с Гриндевальдом да так и осел здесь. Ни семьи, ни детей — он полностью погрузился в работу. Сейчас не у дел, в отставке. Причина — приятельские отношения с Августом Руквудом, который дал ему протекцию на должность начальника Отдела тайн, хотя от политики тот был очень далек, обычный научный червь.

— Меня зовут Делор Вомт, хотя, полагаю, это вам и так известно. Рад встретиться с вами, мистер Поттер, — произнес он, слегка выделив голосом фамилию.

— Взаимно, — ответил я, покривив душой. Мной двигал только профессиональный долг, возможно, с небольшой примесью любопытства.

Я огляделся. Комната — видимо, его рабочий кабинет или библиотека — поражала своей чистотой и поистине немецкой аккуратностью. Все, что можно было расставить по линеечке, так и стояло: книги в шкафах — строго по алфавиту, стопка бумаги — параллельно краю стола, в письменном приборе перья, карандаши, резинки и канцелярские ножи занимали каждый свою ячейку. Вспомнив творческий беспорядок на своем рабочем столе, я устыдился, но ненадолго. Перевел взгляд на хозяина дома. Мистер Вомт, одетый в черные штаны и светлую рубашку, на свету выглядел на свои восемьдесят: ссохшаяся кожа на худом лице напоминала пергамент древних манускриптов, тускловатые уставшие глаза. А вот его демократичность в одежде меня несколько удивила: старшее поколение чистокровных волшебников предпочитает мантии, а этот в маггловском.

— Знаете ли вы, мистер Поттер, чем я зарабатываю на жизнь? — похоже, ему уже порядком надоел мой пристальный интерес к комнате. Смутившись, я перестал глазеть по сторонам.

— Нет, но министру уже подана докладная о неправомерном лишении вас пенсии. — Старик одобрительно кивнул, я же продолжил: — Сейчас мне нужно проверить помещение и оформить бумаги.

Словно спохватившись, Делор Вомт отвесил старомодный поклон, однако я заметил, как неожиданно молодо блеснули его черные мутноватые глаза и насмешливо вздернулись уголки рта. Он легко выпрямился и пригласил жестом пройти дальше.

— Надеюсь, вы не держите боггартов в шкафу? — неуклюже пошутил я, стараясь несколько разрядить обстановку, хотя нужно это было скорее мне, чем ему.

Казалось, хозяин дома ничуть не переживал, не суетился, как другие в похожих ситуациях, но и не надевал маску чрезмерного безразличия.

— Если только парочку, — усмехнулся он. — Давайте не будем впустую тратить ваше и мое время: начнем с осмотра того, ради чего вы здесь появились.

Пока что было сложно составить мнение о мистере Вомте, но определенную симпатию вызывали его целеустремленность ученого, нестандартный подход в создании сигнализации и умение брать управление ситуацией в свои руки.

Так я оказался у входа в Комнату для общения с душами умерших людей. Мистер Вомт, после того как его вышвырнули из Министерства, практически в одиночку продолжил свою работу по усовершенствованию Арки Смерти и добился успеха.

Признаться, я не до конца верил ходившим по Аврорату слухам о невероятных возможностях Комнаты. Интерес же нашего отдела к этому эксперименту вызвали три причины: Делор Вомт в течение одного дня подал в патентный отдел заявку на изобретение, запросил лицензию на его использование и доставил в Святого Мунго своего помощника, мистера Бокка. Точнее, третий его поступок был первым. Но всех (сначала в больнице, а потом в Министерстве) насторожило его признание, что причиной сумасшествия Бокка является ошибка в эксперименте.

Хитрый ход: несчастный случай должен был привести в действие машину аврорского расследования, но мистер Вомт опередил Министерство, затребовав необходимое для лицензии заключение Аврората. Из потенциального обвиняемого он превратился в соискателя, а уголовное дело — в экспертизу. Министр и глава Аврората доверили этот сложный случай мне.

— Прежде чем осматривать Комнату, хотелось бы услышать ее характеристики — магические и конструктивные, — я намеревался перехватить инициативу в разговоре, но не тут-то было.

— Вся необходимая документация по научным и техническим аспектам конструкции Комнаты позавчера была передана мной в патентный отдел, — любезно сообщил мистер Вомт, открывая дверь. — Разве вам еще не предоставили справку?

«Вот мерзавец! Знает, что оперативностью в работе этот отдел не страдает, но и к нему уже не предъявишь никаких претензий, — подумал я. — Придется разбираться самому».

Дверь распахнулась, и я первым шагнул в помещение. Огляделся в полутьме, и сердце пропустило один удар — меня словно отбросило в прошлое, в дни битвы в Министерстве.

В середине огромного зала (видимо, созданного не без помощи пространственных чар) возвышалась Арка, близнец той, из Отдела тайн. Такая же конструкция, те же ветхие камни и трещины от основания до самого верха. Руины, наводящие ужас, и физически ощущаемая монументальность магии. В проеме загадочно колыхался зловещий черный занавес.

От печальных воспоминаний и нехороших предчувствий заныло в груди. Я резко обернулся к мистеру Вомту и поразился тому, как он изменился. Лицо ученого озарял фанатичный восторг, глаза сияли холодным фосфоресцирующим светом, рот слегка приоткрылся. Вомт жадно смотрел на свое детище, и я, невольно поддавшись обаянию этого взора, снова перевел взгляд на Арку.

Теперь, когда прошла первая оторопь, я мог внимательнее рассмотреть эту конструкцию. Внизу, в дыре занавеса виднелось то, что принципиально отличало ее от артефакта из Отдела тайн. Условно это действительно можно было назвать «Комнатой». Стены ее состояли из трех арок, в одной — обычная деревянная дверь, помещенная будто бы в пустоте, а в других — трепетавшие, словно на ветру, занавеси. К двери вели ступени широкой каменной лестницы. Фундамента как такового не было, столбы арок опирались на странную конструкцию, напоминающую дугу, вывернутую в пространстве: наружная грань с одной стороны превращалась во внутреннюю с другой.

— Я использовал эффект ленты Мебиуса, чтобы в зоне общения замкнуть энергии жизни и смерти, — с нескрываемой гордостью сообщил мистер Вомт.

— Мебиуса? — удивленно переспросил я. Сам же лихорадочно вспоминал, что слышал об этом маге и его заклинании ленты.

— Извините, забыл, что в программе обучения авроров нет арифмантики, — язвительно произнес ученый, напомнив незабвенного учителя зельеварения, но все же снизошел до объяснений: — Арки фундамента Комнаты представляют собой простейшую одностороннюю поверхность прямоугольника, которая получается при склеивании противоположных сторон в пространстве.

Заметив мой недоуменный взгляд, он схватил меня за руку и подтащил к небольшому столу, заваленному бумагами. Быстро оторвал полоску от одного листа и свернул ее не цилиндром, а перевернув и соединив противоположные углы.

— Ух ты, здорово! — немного подумав, я решил уточнить: — Если одну сторону листа принять за «жизнь», а вторую за «смерть», то получается, что одно перетекает в другое и снова возвращается при движении по кругу в самое себя?

— Правильно, но за кажущейся простотой скрывается сложнейшая магия и переход в пятое измерение. — Он поднял глаза вверх, нарочито всем своим видом изображая сомнение, что недостаточно образованный знаменитый мистер Поттер понимает, о чем ему говорят.

— Уж это знает даже такой практик, как Гарри Поттер, — отшутился я. — Мы живем в четырех измерениях: длина, ширина, высота и время.

Незаметно для себя я поддался обаянию собеседника, и, усевшись в кресла, мы проговорили больше получаса. Тогда я не обратил внимания, что он зеркально скопировал мою позу, а ведь это первый сигнал ментальной атаки. Ее мистер Вомт исполнил с ювелирной точностью — получилось, что все наше общение складывалось естественно и непосредственно, мы даже поспорили о темной магии.

— Не будете же вы отрицать, что причиной сумасшествия вашего помощника стала темная магия Комнаты?

— Не упрощайте, мистер Поттер! — строго возразил он. — Мистер Бокк пострадал, потому что нарушил правила безопасности, сорвав с глаз повязку. Наш мозг не способен осознать и принять то, что воспринимает в пятом измерении — он адаптирован только к четырехмерному пространственно-временному континууму. Вот и произошло короткое замыкание, но вытаскивал-то его я без повязки на глазах. Когда мой помощник не появился в оговоренное время, я бросился на выручку, хотя второй повязки у нас не было. Зато теперь я знаю, что главное там — это способность владеть собой.

— Могу с вами согласиться, но используемая темная…

— Да что вы привязались к темной магии! — перебил меня ученый. — Вбили вам в Хогвартсе — темная... светлая… Можно подумать, что самой наисветлейшей магией нельзя навредить или уничтожить другого человека. Элементарное Вингардиум Левиоса! Хвастался же Артур Уизли, как его младший сын расправился с горным троллем. Кстати, у вас в арсенале отличная модификация этого заклятия, — быстро перевел он разговор на другую тему, заметив мое недовольство.

— В моей работе поровну использована магия, работающая на силах разрушения и созидания, можете называть это темной и светлой или черной и белой магиями… — продолжил он свои пояснения. — Да что говорить, лучше посмотрите!

Делор Вомт вскочил с места, стремительно достиг лестницы, взбежал по ступеням и исчез за хлопнувшей дверью.

Я осторожно обошел вокруг сооружения. В зазоры между вертикальными столбами арок было видно, что внутри ничего нет, разве только занавеси вдруг стали колыхаться чуть сильнее, зато абсолютно смолк тихий ропот, знакомый еще с прошлого знакомства с Аркой Смерти.

Тут дверь открылась, на пороге появился мистер Вомт, при этом его глаза были крепко зажмурены. И только плотно прикрыв за собой дверь, он осмотрелся вокруг.

— После трагедии с мистером Бокком для полной безопасности я сделал два технических усовершенствования: сконструировал шлем, который не так-то просто снять с головы, и создал вторую дверь. Причем каждая зачарована так, чтобы открыть ее можно было только после того, как закроется другая.

— Это чтобы сторонний наблюдатель случайно не увидел фрагмент пятого измерения? — поинтересовался я, про себя возблагодарив Мерлина, что смотрел на открывающуюся дверь Комнаты сбоку, а заодно помянул недобрым словом ученого, который только что чуть не подставил меня.

— Фрагменты не опасны. Это — пустота, но береженого Мерлин бережет. А если я хочу поставить общение с умершими на поток…

— Извините за неприличный вопрос, — теперь настала моя очередь перебить его, однако интересовался я не из-за любопытства, а по профессиональной необходимости. — Вас интересует доход от этого бизнеса?

— В последнюю очередь! Семьи у меня нет, а мне много не нужно… — он замолчал, словно думал, говорить или нет. — Я хочу, чтобы в памяти людей обо мне хоть что-то осталось. Пусть это сооружение зовут не Аркой Смерти, а Комнатой Вомта.

— Да, Комната сильно облегчит боль утраты от потери близких. Я сам всегда хотел поговорить со своими родителями, — по моему телу побежали мурашки, когда я понял, что стою в шаге от исполнения своей детской мечты. — И, в свое время, сделал это с помощью Воскрешающего камня.

— О, великий Гарри Поттер, когда ему нужно, не гнушается наитемнейшей магией? — холодно хмыкнул Делор Вомт.

Я пожал плечами — в этом диспуте он явно одержал верх.

— Комната позволяет общаться с умершими, только если между вами остались незавершенные дела. Она, как Распределяющая шляпа, решает сама. Ей нельзя диктовать условия, — мистер Вомт замер, пристально глядя в мои глаза.

— Моему желанию Шляпа подчинилась, хотя так и осталась при своем мнении, — как я ни старался, подозреваю, что легкий тон бахвальства все же прозвучал в моем голосе.

— Удивительно! Может, и моя Комната подчинится вашему требованию? — ему так хотелось провести этот эксперимент, что руки непроизвольно сложились в умоляющем жесте, но сразу же безвольно упали на колени. — Однако это невозможно, так как вы официальное лицо. Какая досада!

Эта фраза всколыхнула во мне все «лучшие» гриффиндорские качества.

— Я смогу поговорить с моими родителями?

— Вряд ли, ведь между вами нет незавершенных дел.

— Но мне хотелось бы поговорить именно с ними!

— Я думаю, что при первом визите в Комнату вы должны принять ее желание: ведь мы не знаем, кого она выберет для вас. А уж экспериментировать будем потом.

— Согласен, — ответил я, надевая шлем. Ответом мне стал звук застегивающихся креплений.

Мир разом погрузился в темноту, но ненадолго — ученый тут же снял с меня шлем. Я почувствовал себя ребенком, у которого отобрали конфету.

— Вы уверены, что действительно хотите этого? — я кивнул, и он продолжил: — Запомните, в Комнате вы в безопасности: самостоятельно снять шлем нельзя, любая магия в ней бесполезна, физическое воздействие невозможно. Так что бояться можете только самого себя, — усмехнулся он, «благословляя» меня на эксперимент.







Глава 2.

— Запомните, магия — это сила мысли, а не просто взмахи волшебной палочкой, — напутствовал меня ученый.

Легкий толчок в спину стал сигналом для начала эксперимента. Я открыл дверь и шагнул в коридор. Плотно закрывающаяся створка заглушила последние слова Делора Вомта:

— Не забудьте о второй…

«Склерозом не страдаю», — буркнул я, однако приостановился и, вдохнув полной грудью, как перед прыжком в холодную воду, двинулся в неведомое.

Сделав по Комнате вслепую пару шагов, я остановился. Поразили необычайная легкость и тепло, разлившееся по телу. Вероятно, силы гравитации здесь действовали по-особому.

«Как эмбрион в матке! — странные мысли лезли в голову. — Хотя нет, не то… Еще в маггловской школе нам рассказывали, что ребенок и там слышит окружающий мир. А здесь — мертвая тишина».

Кстати о мертвых.

— Есть тут кто-нибудь? — крикнул я, ощупывая, как слепой, пространство вокруг себя.

Пустота... Она была какой-то странной: мой голос не отражался от стен помещения, а словно тонул в нем. Глухая тишина нервировала, заставляла быть настороже. Может быть, Комната все еще решала, кого я должен встретить. Взвешивала возможности, вроде того, как это делала Распределяющая шляпа.

Тишина давила на уши и, чтобы хоть как-то нарушить ее, я брякнул:

— Темно, тепло и никому из мертвых я не нужен!

— Не угадал! — неожиданно хихикнули сзади.

Услышав этот голос, я мгновенно развернулся, выхватил палочку и попытался сорвать шлем. Ремни не поддались — это отрезвило.

— Идиот! — прошипел я себе под нос и замер.

— Абсолютная правда! — злорадно согласились со мной. Причем звук шел уже с другой стороны.

Я снова развернулся на голос и подчеркнуто медленно засунул палочку обратно в карман. Вероятно, со стороны это выглядело весьма артистично, да только причина была прозаичная: никак не мог совладать с трясущимися руками.

«Чертова Комната! Кого же ты мне выбрала?!»

— Вот мы и встретились... Удивлен, Поттер?

Голос метался из стороны в сторону — чудилось, будто он отскакивает от стен, словно теннисный мячик.

— Неужели не рад? — наигранно-разочарованно прозвучало прямо перед моим носом.

Я приложил все силы, чтобы не отшатнуться.

— Волдеморт?! — желудок скрутило в бессознательном ужасе, я перевел дыхание, напоминая себе, что все в прошлом, и твердо закончил: — Ты мертв и ничего не сможешь мне сделать. Комната защищает меня!

— Всего лишь тело, — прошипел он, — но разум открыт для меня. Разве ты не заметил, что я слышу все твои мысли?

Я молчал, да и Волдеморт ничего не говорил. Это настораживало — он явно готовил нападение.

И вдруг меня словно засосало в Омут памяти…

Молодая рыжеволосая женщина пятится назад, стараясь прикрыть своим телом детскую кроватку.

— Только не Гарри! — кричит она.

— Только не Гарри… — шепчут побледневшие губы матери, понимающей: никому пощады не будет.

Ярко-зеленая вспышка света отразилась в мгновенно остекленевших зеленых глазах…

Зато теперь на Волдеморта смотрит другая пара зеленых глазок. Ротик открывается, но вместо ожидаемого детского крика маг слышит насмешливый басок:

— Дядя Волдеморт, а ну-ка быстренько скажите: «Авада Кедавра!»


От этой наглости Волдеморт приходит в замешательство. Похоже, он совсем не учитывал времени, прошедшего с момента нашей последней встречи. А юнец вырос и превратился в молодого мужчину, который, между прочим, окончил Школу авроров и уже приобрел некоторый опыт работы. Пусть ментальные чары — не самая сильная моя сторона в магии, но и врасплох меня уже не застать.

И тут Волдеморт пошел во вторую атаку.

Квиррелл разворачивает свой тюрбан. Конец ткани змеей ползет вниз и начинает меня пеленать. Отбиваюсь изо всех сил, но извивающиеся тряпки плотно обхватывают тело: уже не могу шевелить ногами, судорожно дергаюсь, а зачарованная ткань тем временем добирается до рук. Удушливо накатывает паника — если запеленают голову, мне конец: превращусь в мумию. Метальная магия засасывает меня, подобно болоту или зыбучим пескам. От страха холодеет внутри, хочется вопить от ужаса, но не могу выдавить из себя ни звука, ведь рот уже запеленат. А в упор на меня смотрят свирепые ярко-красные глаза.

«В этой Комнате я не могу видеть, зато могу… могу «громко» думать».

Представляю, как целую Волдеморта сначала в один, потом в другой глаз. Кажется, что стены Комнаты содрогнулись и рассыпались от визга дикой боли…


По виску стекла струйка пота. Я хотел вытереть ее, но рука коснулась шлема.

Эту ментальную атаку я пережил с трудом, но, судя по молчанию, Волдеморту тоже досталось.

«Почему Волдеморт? Почему Комната выбрала именно его? — я судорожно ждал следующего нападения. - Почему не родители, не Сириус, не кто-то из друзей? Не Добби, в конце концов? Почему именно ты, мерзкий ублюдок? Да чтоб ты…»

— Сдох?! — ехидно подсказал Волдеморт. — Так я уже, Поттер. И даже припоминаю, что ты в некотором роде причастен к этому событию. Так и не понял, почему Комната выбрала меня?

— Теоретически понимаю: остались незавершенные дела, а практически — нет, — признался я. — Предсказание исполнено, и никаких дел между нами больше не осталось.

— Ха-ха-ха! Неужели? Ха-ха-ха… не заметил… ха-ха-ха… как сам накрутил новый виток… ха-ха-ха… взаимоотношений? — не просто рассмеялся, а захохотал Волдеморт. Задыхаясь от безудержного смеха, он еле выдавливал слова, но вдруг резко оборвал себя и мрачно добавил: — Сейчас я тебе напомню…

— Но прежде чем ты попытаешься меня убить, я призываю тебя подумать о том, что ты сделал… Подумай и попытайся почувствовать хоть немного раскаяния, Риддл…

— О чем это ты?

— Это твой последний шанс, — сказал Гарри. — Все, что тебе остается… Я видел, во что ты иначе превратишься… будь мужчиной… попытайся… попытайся раскаяться…

— Ты посмел… — снова сказал Волдеморт.

— Да, я посмел, — сказал Гарри. — Потому что провал последнего плана Дамблдора ударил вовсе не по мне. Он ударил по тебе, Риддл.*

Ошарашенный пронесшейся перед глазами картиной, я замер. Правильно — если даешь кому-то совет, то отвечаешь за его исполнение. Судьба связала нас в крепкий узел.

— И что ты предлагаешь? — выдавил я.

— Поговорим?

— Мы уже говорим! — выкрикнул я. И секунду спустя продолжил: — Мне кажется, на том свете ты совершил что-то правильное, раз теперь не плачущий младенец, а взрослый человек. Теперь твой голос звучит… звучит намного приятнее, чем… при жизни.

— Извини, но свой голос мы не слышим, поэтому размер твоего комплимента оценить не могу, — Волдеморт явно не спешил с ответными любезностями.

— Ну-у-у… раньше ты говорил холодным мертвым голосом… — я вымучивал из себя слова, как школьник, не подготовившийся к уроку.

— Отлично, стоило мне… умереть, как заговорил тепло и живо… — съехидничал скорее Том Риддл, нежели Волдеморт.

— Ладно, для начала конструктивного диалога и я скажу тебе несколько приятных слов, — начал Том. — За это время ты значительно…

Писк надетого на руку таймера предупредил об окончании контрольного времени. Нужно скорее возвращаться. Нащупав в темноте ручку двери, я со всей силы дернул ее на себя, но створка не поддалась. Еще попытка, и еще, и еще…

— Ну же!

— В другую сторону, — вздохнул голос.

*****

— Вы в порядке? — стащив с меня шлем, Делор Вомт пристально всматривался в мое лицо. — Кого встретили?

На первый вопрос удалось ответить слабым кивком, а вот второй потребовал объяснений, но в горле пересохло. Судорожно сглотнув, я прохрипел:

— Тома Риддла…

Только теперь я ощутил, что меня трясет от жуткого озноба. А разом побледневший Делор Вомт уставился на меня, как на горного тролля.

— Скажите, сколько я должен заплатить вам за это удовольствие? — ничего остроумнее в голову не пришло, но на лице ученого появилась вымученная улыбка, а щеки слегка порозовели.

— Что вы, мистер Поттер. Для вас — бесплатно, — Делор Вомт отнес шлем на место и вернулся со стаканом. — Выпейте укрепляющего. Действительно, все в порядке? Вид у вас неважный, хотя при первом посещении Комнаты это не удивительно.

— Догадываюсь… Я весь продрог, — зубы клацнули о край стакана. — Там такая холодина, что можно зад отморозить.

Делор Вомт поморщился от моей несдержанности в выражениях, и я смутился.

— В Комнате не холодно, но вы потеряли слишком много сил при общении с Темным Лордом. Он на вас нападал?

— Всего лишь пару раз. Характер на том свете у него заметно улучшился, — похоже, что после пережитого волнения меня понесло на безудержный юмор. — Темный Лорд начал светлеть, но Их Светлостью пока еще не стал.

Делор Вомт смотрел на меня с сочувствием. Хорошо хоть, не с опасением! Однако укрепляющее зелье быстро подействовало, и истерическое веселье прошло.

Я коротко пересказал произошедшее в Комнате. Напряженно застыв, ученый выслушал меня, покачал головой и негромко пробормотал:

— Любой совет наказуем исполнением.

— Э-э… — начал я, но стук в окно отвлек наше внимание.

— Почтовая сова из Святого Мунго, — встрепенулся мистер Вомт и кинулся к окну, чтобы впустить птицу. — Неужели состояние Бокка ухудшилось?

Однако сова, мягко спланировав, уселась на мое плечо и протянула лапку с посланием.

«Уважаемый мистер Поттер! — прочитал я вслух. — Сообщаем вам, что в 12.45 в больницу Святого Мунго с обширным инфарктом поступила Андромеда Тонкс. В настоящий момент ее состояние стабилизировалось. Госпитализация продлится десять дней. Визиты посетителей разрешены без ограничений. Андромеда Тонкс просит вас позаботиться о ее внуке. Доктор Август Сепсис».

Не скажу, что это сообщение было громом средь ясного неба, — в последнее время Андромеда частенько жаловалась на здоровье, но мы с Джинни не предполагали, что все насколько серьезно.

— Мне нужно срочно нужно забрать крестника. Как только смогу, приду для продолжения эксперимента. Заодно принесу вам подписанные согласования для патентного отдела.

— Конечно, конечно… — тут же засуетился Делор Вомт. — Это не срочно, но буду с нетерпением ждать продолжения нашего сотрудничества. Пройдемте в кабинет, там вы сможете воспользоваться каминной сетью.

Из больницы Святого Мунго я вышел, крепко сжимая руку Тедди. Нет, это не сентиментальность, просто, если не хочешь нажить неприятностей, лучше не отпускать от себя этого сорванца. Как любой ребенок, он плохо понимал, в каком тяжелом состоянии находилась его бабушка, и откровенно радовался возможности провести целых десять дней с крестным.

И все это время, похоже, ему придется провести со мной Аврорате: завтра, как нарочно, Джинни отправляется в Испанию на очередные соревнования. Как хочешь, так и выкручивайся. Конечно, можно было бы обратиться к Молли. Да только не готов я выслушивать ее бесконечные сетования на не слишком, по ее мнению, подходящую профессию для Джинни. И даже если миссис Уизли промолчит, от укоризненных взглядов, красноречиво заявляющих: «Крестник, да к тому сирота, безусловно, требует заботы, но когда же, Мерлин мой, вы обзаведетесь собственными детьми?», никуда не деться. Вдобавок, гиперактивный Тедди способен до упаду загонять даже сплоченную команду из бравого аврора и профессиональной спортсменки. Что уж говорить про Молли, чье здоровье после гибели Фреда серьезно пошатнулось. Не хватало к инфаркту Андромеды еще инсульта у Молли! Поэтому выход один: в течение этих дней, рискуя получить нагоняй от начальства, таскать с собой на работу Тедди. Зато полным составом Аврората уж точно справимся с этим ребенком.

— Гарри, а поехали к вам на метро? — клянчил Тедди, отвлекая меня от размышлений.

— Хорошо. Но только не на Гриммаулд-плейс, а в Министерство.

— Ура! В Аврорат! — тут же завопил Тедди, привлекая внимания магглов незнакомым словом.

Я зашипел на него, составив достойную конкуренцию Волдеморту, и резко дернул за руку, заставив прервать начавшийся танец радости. Проходившая рядом пожилая леди посмотрела на меня с укоризной. Но уж лучше нарваться на обвинение в некорректном отношении к ребенку, чем поставить под угрозу статус секретности: феерическая смена цвета волос при нечаянной радости юного метаморфа вызовет шок даже у самого флегматичного маггла.

Зато Тедди сразу же присмирел:

— Гарри, извини, я буду следить за собой.

— Обещаешь?

— Честное магическое! — шепнул в ответ малыш.

И мы отправились в сторону подземки. Лондонское метро — с его толпами спешащих людей и грохотом поездов — всегда действовало на Тедди завораживающе. В прошлом году он целый месяц изводил нас своими мечтами стать машинистом.

— Хогвартс-экспресса? — посмеивался я.

— Нет, лондонского метрополитена, — внушительно отвечал Тедди, словно смакуя на вкус длинное слово.

Зато Артура Уизли эти детские мечты привели в неописуемый восторг. Теперь-то он знал, кому завещать свою знаменитую коллекцию. Но с некоторых пор профессиональные планы Тедди изменились. В последнее время, попадая в Министерство, первым делом он кидался к фонтану и решительно сыпал в воду накопленную мелочь, с жаром нашептывая заветное желание. И готов поклясться перед Визенгамотом, что как-то раз отчетливо расслышал слово «Аврорат».

Вот и сейчас он подбежал к фонтану, переживающему уже третье воплощение. Золотой галлеон сверкнул и ударился о мрамор статуи черно-белой монады. Верная примета, что желание сбудется.

Мне бы его заботы. А здесь не знаешь, говорить или нет начальству, что, злостно нарушив служебные обязанности, полез в экспериментальный магический объект. Секунду поколебавшись, я все же решил, что, коли начал нарушать правила, стоит быть последовательным до конца. Не зря считается, что молчание — золото.

* Дж. К. Ролинг. Гарри Поттер и Дары Смерти. Стр. 626





Глава 3.

— Мери, — обратился я к секретарше главы Аврората, зайдя в приемную, — не побудешь немного с моим крестником? Я на доклад к шефу.

Красавица Мери была красной тряпкой не только для ревнивой Джинни, но и для жен других авроров. А вот сейчас в ее сети попалась новая жертва — Тедди. Она лукаво заулыбалась, когда заметила, что мальчишеские брови приобрели чудесную ярко-зеленую расцветку, полностью копирующую цвет ее волос на этой неделе.

— С радостью, — она бросила на меня быстрый взгляд и подошла к Тедди: — У меня есть для тебя небольшой подарок.

— Подарок?! — восторженно выдохнул мальчик. — Я люблю подарки. А какой?

— Волшебные карандаши.

Когда через час я вышел от шефа, приемная встретила меня непривычной тишиной.

— Мери, да ты — педагогический гений! — вполголоса произнес я, наблюдая, как увлеченно Тедди возится с новой игрушкой.

— А других достоинств ты во мне не замечаешь? — положив руки на талию, Мери слегка качнула бедрами.

— Боюсь, это опасно для моего здоровья, — хмыкнул я, отводя от соблазнительного зрелища глаза, — уж больно рука у Джинни… натренированная.

— Ага, и летучемышиный сглаз — непревзойденный, — усмехнулась девушка и продолжила уже совершенно другим тоном: — Мистер Поттер, получите служебную корреспонденцию.

— А что это за новинка — волшебные карандаши? — поинтересовался я.

— Рисуешь на бумаге линии, а они сами складываются в рисунок. Иногда получается то, что хочешь, но чаще всего нет. Тедди уже час пытается нарисовать зеленого дракона. Так называется цвет моих волос.

Она тряхнула головой, волосы взлетели и снова опустились на плечи, словно крылья дракона.

— Валлийский зеленый обыкновенный, — быстро классифицировал я вид и злорадно подметил, как недовольно дернулись уголки ее губ при слове «обыкновенный».

Я покосился на мальчишку — тот как раз закончил выводить на листе замысловатые линии и теперь ждал результата. Заглянув ему через плечо, я чуть не рассмеялся: по листу прыгала лягушка все того же ярко-зеленого цвета.

— Пожалуй, это Мери дарить не стоит, — пробормотал я, покосившись на секретаршу.

Тедди кинул на меня возмущенный взгляд и на новом листе упрямо продолжил добиваться своего. Я взял в руки упаковку карандашей, рассеянно повертел в руках. «Сделано в Китае». Хм. Кажется, у меня есть хорошая идея.

— Пойдем ко мне в кабинет, — шепнул я заговорщицки. — У меня появилась идея, как нарисовать дракона.

Тедди неохотно собрал разложенные карандаши и, бросив на прощанье извиняющийся взгляд на Мери — дескать, скоро вернусь, — поплелся за мной.

Вернувшись к себе, первым делом я отослал заказ в министерскую библиотеку. Самолетик с ответом прилетел довольно быстро. Напустив на себя торжественный вид, я положил перед Тедди изображение иероглифа «Дракон».

— Перерисуй это.

Сказано — сделано, через минуту на листе грозно горбил спину и пускал густые клубы дыма зеленый дракончик.

— Гарри, ты — волшебник!

— Как и ты! Но я еще и аврор, а эта профессия требует наблюдательности и смекалки.

Пока довольный Тедди относил свое творение Мери, я занялся работой. Для начала просмотрел папку со служебной корреспонденцией. Конечно, докладная от патентного отдела пришла только сегодня. Добрых полчаса я пробирался сквозь замысловатую вязь слов, пытаясь в заумном тексте вычленить главное. Хорошо, что мистер Вомт внятно изложил мне особенности конструкции Комнаты, иначе бы пришлось звать на помощь Гермиону. Кстати, к папке с корреспонденций была прикреплена записка от Рона — приглашение на ужин в среду. То есть послезавтра. Вот там-то я и расскажу о своем эксперименте. Очень хочется с кем-нибудь поделиться впечатлениями о встрече с Волдемортом. В кабинет ворвался раскрасневшийся Тедди и снова уселся за рисование. Хм, говорят, что устами младенца глаголет истина. Проверим.

— Скажи, Тедди, вот если бы один мальчик тебя сильно обидел… Ну, например, здорово побил. А потом вы неожиданно встретились с ним, — я прикинул, разглядывая его курносый нос, — лет через шесть.

— Шесть лет? Это очень много, — вздохнул Тедди и опустил взгляд на очередной рисунок, хаотичные линии которого превращались в оленя.

— Да, это много, — согласился я. — Но представь, что вы встретились. Как ты будешь к нему относиться?

— А он опять начнет драться? — бдительно прищурился мой крестник.

— За это время он стал лучше.

— Тогда зачем вспоминать прошлое? — удивился Тедди. — Вы же встретились сегодня. Бабушка говорит, быть злопамятным нехорошо.

— Пожалуй, ты прав. Попробую жить, не вспоминая прошлого, которого уже нет, и не придумывая будущего, которого еще нет, — я подхватил ребенка и закружил его. Тедди счастливо захохотал. — Пора домой — рабочий день закончен.

— До свидания! До свидания! — около каминов, широко улыбаясь, Тедди прощался со всеми подряд. В ответ на уставших лицах зажигались улыбки. Пожилой волшебник в фиолетовой мантии скорчил забавную рожицу, мальчик рассмеялся, и его волосы вспыхнули фиолетовым. От неожиданности волшебник охнул:

— Тедди Люпин? Я знал твою маму. Ты на нее очень похож.

Легко сказать — забыть и простить, когда горе, причиненное Волдемортом, крепко вцепилось в твою душу…

— Я ведь сдержал свою клятву? — спросил Тедди.

Я кивнул, поведение в Аврорате было безупречным. И теперь крестник достоин награды: вернемся домой на метро.

Не успел я открыть входную дверь, как Тедди с грустью произнес:

— Джинни нет дома.

Меня всегда удивляла их духовная связь. Вроде бы мальчик должен больше тянуться ко мне — своему крестному, но нет, явно выделяет Джинни. Наверное, подсознательно видит в ней маму.

— Сегодня вечером у нее очень важная тренировка. Я даже не сказал ей, что ты поживешь у нас.

— Тренировки срывать нельзя, — солидно сообщил мне будущий спортсмен.

Благодаря нам с Джинни он великолепно летает и уже мечтает стать загонщиком. Да и правильно. Его кипучая энергия требует самого активного участия в игре, не в пример ловцу, подолгу зависающему в воздухе, высматривая снитч.

Первым делом мы основательно подкрепились, а потом Тедди помог мне навести порядок: у него уже довольно ловко получались некоторые хозяйственные заклинания. Причем чужими палочками. Поначалу это сильно меня удивляло: я ведь помнил, как трудно было колдовать палочкой Гермионы, когда она случайно сломала мою. Подозреваю, что этот талант — быстрая адаптация к любой палочке — связан с тем, что Тедди — метаморф. Хотя, надо отдать должное, он не гнушается и руками поработать.

— Готовишься к отработкам в Хогвартсе? — подшучивали мы над ним. — С твоим характером будешь огребать их пачками.

Плечом к плечу мы трудились с Тедди на кухне, чтобы порадовать вернувшуюся с тренировки Джинни.

«У национального героя должна быть идеальная супруга!» — вечно твердила Молли. Вот Джинни и рвалась на части: спорт, домашнее хозяйство и внешний вид. Не просто варила, убирала, стирала, а еще и приводила в порядок особняк Блэков. Все, кроме отрезанных голов домашних эльфов (Кричер со слезами захоронил их, что несколько примирило его с утратой заветной мечты), было оставлено на своих местах, но восстановлено в былом великолепии. На новоселье Андромеда призналась, что чувствует себя перенесшейся в детство. И неудивительно - ведь в реставрации дома портрет Вальбурги принял самое активное участие. А подружились мы с ним неожиданно.

Окаменевшая, словно захлебнувшаяся собственным криком, она бесстрастно выслушала мой рассказ о гибели Регулуса. А потом Джинни несколько дней заботливо вытирала катившиеся с холста слезы.

Со временем Вальбурга смирилась, что в ее дом вошел полукровка. Хорошо хоть, с кровью Блэков. А позже она убедила саму себя, что обычная грязнокровка была бы не в силах защитить Гарри Поттера от Темного Лорда — и, следовательно, мать Лили Эванс нагуляла своего ребенка от мага, а потом прикрылась именем простака-мужа. Я смеялся над этими бреднями, а Джинни решила извлечь из этого пользу.

— Ох, дорогая Вальбурга, похоже, нечто подобное произошло и с матерью Гермионы, — поддакивала Джинни. — Недаром она была лучшей ученицей Хогвартса.

Больше портрет Вальбурги не визжал при виде Гермионы.

Думаю, что терпение и настойчивость Джинни пригодятся при воспитании наших будущих детей. Жду не дождусь их появления, и не менее троих. Теперь Джинни и самой уже понятно, что с квиддичем в ближайшее время придется расстаться. Чтобы в памяти людей остаться отличным игроком, нужно уйти на пике спортивной формы.

Как ни старался Тедди дождаться Джинни, усталость взяла свое: уснул, даже не дослушав сказку. Хотя сказки Бидля он знает уже лучше меня. Положив книжку на тумбочку, я подоткнул Тедди одеяло и приглушил свет. Пора бы уже Джинни вернуться.

Не прошло и десяти минут, как открылась входная дверь.

— Привет!

— Привет, дорогая! Выглядишь довольной.

— Тренер сегодня устроил разнос команде. Орал, что в низшей лиге и то лучше играют и я единственная, кто по-настоящему работает.

— Расслабились девчонки?

— Ну, не задалась тренировка. Сам знаешь, как это бывает.

— А ведь тренер прав! — я хитро посмотрел на жену, и она тут же подозрительно сузила глаза. — Забегал к вам на прошлой неделе, смотрел игру ты — действительно в отличной форме.

Обрадованная Джинни сверкнула глазами.

— Сама удивляюсь, вроде я старше всех в команде, но в последний месяц словно второе дыхание открылось. Правда, сегодня что-то замутило на тренировке, когда финт Вронского отрабатывала.

Я обеспокоено нахмурился, но Джинни отмахнулась.

— Да ерунда! Просто я сегодня не обедала. Но, похоже, скоро все равно придется менять профессию.

— Заметь, не я это сказал.

— Хитрюга, — усмехнулась Джинни и пошла переодеваться.

За это время я приготовил чай и вдруг, повинуясь порыву, зажег свечи.

Джинни, уже в домашнем, остановилась на пороге, странно на меня посмотрела, а потом стащила с волос резинку, тряхнула огненной гривой — я как завороженный смотрел на радужные в свете свечей переливы — и, слегка покачивая бедрами, направилась к столу.

— Джинн, ты, наверное, здорово устала? — хрипло пробормотал я, суетливо придвигая поближе к жене чашку с чаем и вазочки со сладостями.

— С какой целью ты интересуешься? — томно протянула она в ответ.

— Да хотел с тобой поговорить, — старательно игнорируя наливающийся возбуждением пах, я с интересом разглядывал узор на скатерти.

— О чем?

Мерлин! Только женщины могут задавать простые вопросы таким голосом!

— Мне надоело делить твою любовь со спортом.

— И это мне говорит бывший спортсмен? Хочешь, чтобы я сидела дома и ждала тебя с работы? — вкрадчиво уточнила Джинни.

— Конечно, нет, — втайне мечтая именно об этом, я надеялся, что мой голос звучит уверенно. — Но, сама понимаешь, годы идут, нужно решать, чем ты будешь заниматься в будущем.

Джинни помрачнела.

— Ты прав. В последнее время часто об этом думаю. И кажется, что самым интересным делом будет спортивная журналистика. Редактор «Ведьмополитена» уже давно на меня наседает: «Не закапывайте свой талант! Ваши ответы в интервью намного интереснее вопросов журналистов».

— Это точно, — подхватил я с энтузиазмом, — твой бой с Ритой Скитер стал бестселлером! Министр магии смеялся: «Каков вопрос — таков ответ! Рита по привычке слишком далеко сунула свой нос, а зубки твоей Джинни его чуть не отхватили».

— Да-а-а, — довольно протянула Джинни. — Она мне тогда сильно польстила. «Теперь я могу спокойно уйти на заслуженный отдых - есть достойная смена». Врет же, наверняка готовит мне какую-нибудь «Аваду» из-за угла. Как вспомню ее вопросы — так вздрогну. «Дорогая Джинни, а не повлияло ваше "общение" с дневником Тома Риддла на становление сексуальности?»

— Это точно, — хмыкнул я, — у нее ни строчки без эпатажа. Я думаю, из тебя выйдет отличный журналист.

Джинни посмотрела на меня с благодарностью.

— А как твои дела?

Я рассказал ей о болезни Андромеды, предстоящей десятидневке с Тедди, но язык не поворачивался поведать о Комнате Вомта.

— Может, все-таки попросить маму помочь?

— Думаю, пока справимся сами. У меня сейчас не так много работы, буду брать его с собой. Если начнет хулиганить, пригрожу Молли или нянькой.

— Еще вопрос, кто кого испугается, — хмыкнула Джинни.

— Вот и я о том же.

— А почему это у тебя вдруг стало мало работы? — Джинни посмотрела на меня с подозрением.

— Винюсь, хотел промолчать. Обязали заниматься только Комнатой Смерти, отложив все остальные дела.

— А в чем проблема? И не вздумай прикрываться статусом служебной тайны!

— Тогда дай слово, что не отменишь поездку.

— Гарри, что-то я не припомню, когда мы личные проблемы ставили во главу угла, — вздохнула Джинни. — Пока меня в команде никто заменить не может, и, значит, я обязательно должна ехать.

Было далеко за полночь, когда я закончил рассказ. Джинни согласилась с моим выводом: если Смерть предоставила Тому Риддлу шанс — не нам его судить.

— Знаешь, теперь его голос напоминает тот, из Тайной комнаты.

— Похоже, что Смерть поставила его в точку развилки, — задумчиво произнесла Джинни.

— О чем это ты?

— Фиренц рассказывал об этом на уроке предсказаний. Он говорил, что судьба и безгранична, и предопределена одновременно. Только в точках развилки есть право свободного выбора, а потом мы катимся, как Хогвартс-экспресс по рельсам, до следующей развилки.

— Что-то мне не верится, что с того света можно что-то изменить в прошлой жизни.

— Все это очень сложно, но одно я знаю точно: ты снова захочешь попасть в эту Комнату, — Джинни пристально посмотрела мне в глаза.

— Да, завтра допишу заключение и пойду к Вомту, — признался я, внимательно разглядывая чайную ложку.

Джинни встала из-за стола, уселась ко мне на колени и заговорила едва слышно:

— Гарри, дай обещание, что будешь осторожен. В этой Комнате. Помни, ведь ты ответственен за Тедди. Да и если с тобой что-нибудь случится, кто станет отцом моих детей?

Я растерянно посмотрел на нее, Джинни не сводила с меня изучающего взгляда.

— Я обещаю. Но послушай, может быть нам стоит потренироваться… ну, делать детей.

— Прямо сейчас? — хмыкнула Джинни.

— Именно сейчас! Ведь тренер сказал — ты в отличной форме.



Глава 4.

Аппарацию Тедди, как все дети, переносил плохо, поэтому к дому Делора Вомта мы добирались на метро. И чем ближе подходили к нужному месту, тем тише вел себя мальчик. Наконец он совсем замолчал и только испуганно озирался по сторонам. И не удивительно: картина становилась все печальнее, а когда из-за очередного мусорного бачка нам под ноги стремительно выскочила кошка, он даже испуганно ойкнул.

— Ерунда! Просто кот, — я торопливо обнял его, пытаясь успокоить. — Может, аппарируем? Нам еще долго идти.

Уже на все согласный Тедди обреченно кивнул. Подхватив его на руки, я огляделся, нет ли рядом магглов, и аппарировал.

— Ты как?

— Нормально, — ответил он, но, судя по бледной мордашке, его мутило.

Я огляделся — вот и нужное здание. В этот раз дом выглядел на порядок лучше: возможно, дело было в сумерках, маскирующих ветхость и убогость. Впрочем, черепицу явно восстановили, убрали обломки, а последние лучи уходящего солнца ярко отражались в вымытых окнах.

На стук хозяин дома открыл мгновенно.

— Вас долго не было, мистер Поттер. Я начал беспокоиться, — брюзгливо приветствовал меня мистер Вомт, но, увидев выглядывающего из-за спины Тедди, тут же заулыбался и церемонно произнес: — Будьте любезны, познакомьте меня с этим молодым человеком, мистер Поттер.

— Тедди Люпин, крестный сын Гарри Поттера! — быстро отрапортовал бойкий мальчик и протянул старику руку. Его волосы приветливо вспыхнули нежно-голубым цветом.

— Мистер Делор Вомт, — ответил ученый на рукопожатие, удивленно разглядывая ребенка. — Неужели метаморф?

— Да, в мать, — пояснил я, а Тедди гордо развернул плечи и тут же скопировал уши мистера Вомта.

— Тедди! — угрожающе прошипел я, но старик довольно рассмеялся.

— Ничего страшного, я со школы привык, что эта часть моего тела привлекает повышенное внимание. Метаморфизм — крайне редкий дар, — задумчиво обронил он.

— Мистер Вомт, я принес вам необходимый пакет документов, — я все же счел за лучшее сменить тему, попутно отметив для себя, что Тедди эта неуместная демонстрация способностей даром не пройдет: дома поговорим.

— Судя по тому, что его не отправили официально и не вызвали меня самого в Министерство, вы хотите продолжить эксперимент? — то ли спрашивал, то ли утверждал ученый.

— С удовольствием, но… — я кивнул в сторону Тедди, однако мистер Вомт тут же суетливо замахал руками.

— Не волнуйтесь, не волнуйтесь. Я найду, чем его занять.

Любопытный Тедди тут же тихонечко дернул меня за рукав, чтобы я соглашался.

— Прошу вас, проходите! — широким жестом пригласил нас хозяин дома.

Мы прошли в его кабинет. Тедди тут же принялся жадно рассматривать новую обстановку, а мистер Вомт, покопавшись в столе, вынул небольшой кубик с разноцветными гранями.

— Это кубик Рубика. Сейчас он позабыт, но когда-то эта маггловская головоломка была весьма популярна. И даже среди магов, — рассказывая об игрушке, он начал быстро вращать стороны кубика, перемешав цвета на гранях, а затем так же быстро вернул все в исходную позицию.

— Вы увлекаетесь забавами, в которых магии нет ни на кнат? — удивился я.

— Да! — гримаса обиды на мгновение исказила черты лица ученого. — Я из древнего магического рода, но чистокровной спесью, слава Мерлину, не страдаю. И в любом человеке, маг он или маггл, прежде всего ценю ум и творческое начало. Если бы не статус секретности, с удовольствием привлек бы к работе некоторых магглов.

Насладившись моим удивлением, он пояснил:

— Физиков. Их научные разработки, опубликованные в маггловской прессе, при создании Комнаты оказали неоценимую услугу. Кстати, прелесть этой игрушки в кажущейся простоте.

— Можно мне? — попросил Тедди, как завороженный следивший за руками мистера Вомта, что с легкостью разобрали, а потом собрали хитрый кубик.

— Дерзай! — напутствовал ученый, заметив, как в предвкушении новой игры у ребенка загорелись глаза. — А мы с твоим крестным пока побеседуем.

— Чай или кофе? — любезно предложил Делор Вомт.

— На ваш выбор. Мне все равно.

— Я предпочитаю чай, но, судя по вашему ответу, вы абсолютно не разбираетесь в этом волшебном напитке. Пожалуй, устрою для вас чайную церемонию, точнее, дегустацию.

Послушные взмахам палочки мистера Вомта, на журнальном столике появились пакеты с чаем, больше дюжины чайных пар, а из шкафа он извлек какой-то странный предмет, впоследствии оказавшийся магическим самоваром.

Никогда бы не подумал, что дегустация чая — настолько захватывающий процесс. Попробовав по очереди сушеные и обжаренные листья чая одного и того же места сбора, я понял разницу между зелеными и черными сортами.

А спустя полчаса чайная церемония перетекла в обыкновенное чаепитие с пирожными — хозяин догадался, что его гости голодны, и предложил угощение. Разомлев от вкусной еды, я развалился в кресле и вел неспешную беседу о Комнате и ее перспективах. Тедди, чья мордашка была вымазана то вишней, то взбитыми сливками, чутко прислушивался к нашему разговору.

— Я предусмотрел все, чтобы Комната была безопасной для людей, но все же решил дополнительно подстраховаться. В шлем вмонтированы чары, определяющие уровень психологической готовности волшебника к подобному общению. Если показатель меньше семидесяти процентов, человек не должен заходить в Комнату.

— Мистер Вомт, я уже был в Комнате, но мне все равно хотелось бы проверить себя на пригодность к этому эксперименту.

Ученый кивнул, неспешно поднялся и надел на меня шлем. Через несколько секунд тот огласил вердикт, не хуже, чем Распределяющая шляпа:

— Пригоден: сто процентов соответствия.

Мне снова безумно захотелось войти в Комнату. Жаль, время неподходящее.

— А мне можно попробовать? — мальчик переводил умоляющий взгляд с меня на ученого. — Ну пожалуйста!

— В принципе, ничего опасного в этом нет, — вопросительно взглянул на меня непривычный к детским мольбам Делор Вомт.

— Ладно, послушаю, как шлем отказывает, — неохотно согласился я

— Пригоден: восемьдесят процентов соответствия.

— Потрясающий ребенок! — охнул мистер Вомт.

— Да уж, сплошные сюрпризы, а не мальчишка, — ворчливо пробормотал я: впрочем, эти слова мне польстили.

— Значит, я смогу поговорить с мамой и папой? — в его голосе прозвучало столько неприкрытой надежды, что я смутился.

Тедди крайне редко говорил о погибших родителях и никогда не просил рассказать о них. Как никто другой я мог понять эту заветную мечту.

— Нет, Тедди, — Вомт разговаривал с ним безо всякого сюсюканья. — У тебя еще нет волшебной палочки, а без нее в Комнату входить нельзя. К тому же, мы с мистером Поттером еще не закончили опыты по вызову определенной души.

— Но у меня есть палочка, — забурчал было Тедди, и, спохватившись, объяснил: — Мамина. Она сама меня выбрала, когда я был маленьким. А бабушка учит меня колдовать… Ой! Об этом же нельзя говорить чужим!

Тедди в ужасе прикрыл ладошкой рот, а его волосы начали менять цвет, как взбесившийся маггловский светофор.

— Клянусь бородой Мерлина, что унесу эту тайну с собой в могилу! — торжественно заявил ученый, а я с трудом сдерживал улыбку, наблюдая это забавное зрелище.

— Но ведь второе условие, к сожалению, не выполнено: наша с мистером Поттером работа еще не закончена, — убеждал мистер Вомт Тедди, видимо опасаясь детских капризов.

— Тогда зачем вы теряете время? — ох, как интонации в голосе Тедди напомнили мне его бабушку! — Я знаю, Гарри хочет туда пойти. Только он боится оставить меня одного. Как будто я маленький!

— Да, ты у нас уже вырос большой… — я выдержал нарочитую паузу и закончил, — шалун.

— Гарри, честное слово, пока ты не вернешься, я буду тихонечко сидеть на диване и играть с кубиком Рубика.

— Тогда я почитаю сегодняшнюю газету, — удовлетворенно кивнул мистер Вомт. — Учти, Тедди, с детьми я нянчиться не умею, поэтому, будь любезен, веди себя как взрослый.

Я задумался: долг требовал присматривать за Тедди, но желание снова попасть в Комнату становилось все более навязчивым. Однако ученый хорошо поладил с моим крестником, да и со мной вряд ли что случится — ведь Министерство подписало разрешение на эксплуатацию Комнаты.

— Ладно, уговорили! — сдался я.

— Мистер Поттер, вы хотите вызвать душу по своему желанию или продолжить предыдущий сеанс?

— В прошлый раз разговор с Томом Риддлом прервал таймер. Пожалуй, стоит его закончить, — откровенно сознался я.

— Как хотите, но таймер все же рекомендую завести на полчаса. Для второго сеанса этого вполне достаточно. Лишний риск в таких делах неуместен.

Я кивнул, установил нужное время, а затем, уже самостоятельно застегнув шлем, отправился в Комнату.

— Добрый вечер! — поприветствовал я пустоту, так и не дождавшись никакой реакции на свое появление.

— Утверждение спорное, — фыркнул в ответ Волдеморт. — Я не различаю времени суток, а эта встреча скорее «недобрая». Но я был уверен, что ты вернешься. Не буду скрывать, мне интересно с тобой общаться.

— Мне тоже. Ты сильно изменился за шесть лет, прошедшие после битвы за Хогвартс.

— Шесть лет? — пораженно выдохнул Волдеморт. — В вечности все воспринимается… иначе.

Он замолчал. Я же терпеливо ждал продолжения.

— Шесть лет. Сколько же тебе сейчас, мальчик-который-выжил? Двадцать четыре? Уверен, ты наверняка исполнил свою заветную мечту, что так веселила меня, когда я копался у тебя в голове.

— О чем это ты? — хмуро поинтересовался я.

— Ты же всегда мечтал жить, как обычный человек: жениться, завести детей. И теперь, я вижу, твои желания сбылись. Великие цели Избранного, — ехидно процедил Волдеморт.

— Детей у меня пока еще нет. А что касается женитьбы — об этом стоило мечтать. Я счастлив. Уж скорее смешны твои мечты о мировом господстве!

— Я не собираюсь дискутировать об этом! Мнение обывателя меня не интересует, — отрезал Волдеморт.

— Что-то голос у тебя снова начал портиться, — я постарался вложить в свои слова как можно больше насмешки. — Боюсь, если ты опять заплачешь младенцем, я не смогу понять твоих слов.

Волдеморт заливисто, по-мальчишески рассмеялся, но, как обычно, резко оборвал смех:

— Ответ — неплох. Научился бить по больным местам? Хорошую я тебе устроил школу жизни? Не хочешь назвать своего сына в мою честь?

— Повторяю, у меня нет детей, — теперь уже зашипел я, едва сдерживаясь от ярости.

— Поттер, я принадлежу вечности, а там есть все, кроме вчера и завтра… — Волдеморт умолк, словно что-то рассматривая или подсчитывая, и сухо продолжил: — Поздравляю, твой первенец уже на подходе.

— Спасибо за предсказание, — растерянно обронил я. — Только вот не пойму, к чему этот разговор.

— Не знаю. На общение с тобой меня направляет сила, противиться которой я не могу, — процедил, словно против воли, Волдеморт.

— Думаю, для начала мы должны просто научиться общаться, забыв о прошлом, — предположил я.

— Немедленно покинь Комнату! — вдруг рявкнул Волдеморт.

— В чем дело?

— Вон! Чертов Вомт умирает…

Мгновенно оценив размер опасности, я кинулся к двери. В голове бухало, а сердце было готово вырваться из груди. Вход в Комнату четко ориентирован на магию Вомта — если он умрет, я окажусь застрявшим между двух миров. Однако дверь открылась, и я вывалился в реальность. Срывая на ходу шлем, спотыкаясь о ступеньки и пороги, я понесся в кабинет ученого.

— Тедди!

Малыш вздрогнул, оторвался от кубика Рубика и удивленно посмотрел на меня:

— Что случилось?

Я, проклиная свою доверчивость и мерзкий характер Волдеморта, облегченно выдохнул и повернулся к креслу, в котором мистер Вомт мирно читал газету.

— Мистер Вомт, извините, похоже, меня провели как мальчишку… Что за черт?!

Я осторожно дотронулся до Вомта. Его рука безжизненно соскользнула с подлокотника, увлекая за собой газету, голова свесилась набок. Среагировал я моментально:

Ennervate!

Ничего.

Ennervate, твою мать! Ennervate!!!

— Что с ним? — сдавленно произнес за моей спиной Тедди.

Я поднял еще теплую кисть и проверил пульс.

— Он умер…

А потом началась привычная по службе суета: вызов патологоанатома из Святого Мунго и дежурной бригады из Аврората, чтобы опечатать опасный магический объект. Причина смерти — отрыв тромба — объясняла, почему увлеченный игрой Тедди не заметил ничего странного. Люди сновали туда-сюда, но малыша это не пугало. Напротив, он был ужасно горд, что взрослые волшебники взяли у него показания. Про себя я с удовлетворением отметил: Тедди так удачно отвечал на вопросы, что сложилось впечатление, будто несчастье произошло, когда я буквально на минуту вышел из кабинета. Со стороны выглядело так, как если бы мне приспичило. Коллеги подмигивали, но напрямую не спрашивали, а я и не торопился их разуверять.

— Тедди, ты не против, если мы аппарируем домой? — спросил я после того, как спустя три часа все разошлись, а я закончил устанавливать охранные заклятия на дом Вомта.

— Как скажешь, — устало ответил он, протягивая руку.

Я сжал ее и в недоумении опустил взгляд — на пальце Тедди красовалось кольцо Делора Вомта.

— Зачем ты это взял? — я был поражен до глубины души: Тедди ни разу не был замечен за воровством.

— Он… он сам мне его подарил! — искренне возмутился крестник.

— А тебе не кажется, что ты не должен был принимать такой странный для мальчика подарок? — я попытался стянуть кольцо.

Это было невероятно: кольцо с руки взрослого человека плотно обхватывало палец шестилетнего мальчика и не снималось. Взмахом палочки я проверил кольцо на заклятия — чисто. Если только это не та магия, что мне не по зубам.

— Больно, — заныл крестник, и я выпустил руку.

— При каких обстоятельствах мистер Вомт подарил тебе кольцо? Расскажи мне, это крайне важно!

Тедди скривился.

— У меня никак не получалось сложить кубик. Он все смотрел на меня, а потом вдруг взял и подарил свое кольцо, — крестник замолчал, но, заметив мое недовольное выражение лица, постарался вспомнить все. — Ага! Он сначала попросил, чтобы я снова сделал уши, как у него. Так я еще и нос сделал… Потом он спросил, могу ли я полностью превратиться в другого человека. Я попробовал… А он рассмеялся и даже в ладоши захлопал. Сказал: «Точная копия, но маленькая». Гарри, а что такое «копия»? — но, не дождавшись моего ответа, завалил новыми подробностями: — А еще он спросил, хочу ли я стать великим волшебником. Я, конечно, ответил, что хочу. Он похвалил меня и надел кольцо на палец. Еще сказал, что с ним я научусь совершать великие дела. Я спросил, смогу ли теперь собрать кубик Рубика, а он сказал, что теперь для меня это будет пара пустяков. И правда, я тут же смог собрать все стороны. А мистер Вомт сел читать газету.

Рассказанная история ошарашила: каких только совпадений не бывает в жизни!

— Копия, Тедди, — это точное повторение чего-либо. Ладно, разберемся с этим завтра. Поздно уже. Пора домой.

— Ты не сердишься? — еле слышно прошептал Тедди и обеспокоено посмотрел на меня.

В лучах заходящего солнца его глаза блеснули багровым...

А перед моими глазами, словно из небытия, всплыла Тайная комната Хогвартса. Том Риддл, вышедший из дневника, колдует моей палочкой, огненные буквы из надписи «Том Марвало Риддл» превращаются в «Лорд Волдеморт». И вдруг в моем мозгу ярко вспыхнуло: из имени Делор Вомт тоже складывается Волдеморт. И это тоже совпадение?

— Идиот, — прошипел я самому себе, — ну почему я раньше этого не замечал?!

— Гарри, ты точно на меня не сердишься? — испуганно повторил Тедди. — Ты любишь меня?

Я постарался успокоиться, поднял его на руки и, пристально глядя в его продолжающие отливать багрянцем глаза, твердо ответил:

— Люблю. И всегда буду любить.


Глава 5.

Солнечный луч, пробившись сквозь неплотно задернутые портьеры, по-хозяйски примостился у Тедди на носу. С легкой зависть я смотрел на сладко улыбающегося во сне мальчишку. За ночь я совершенно не отдохнул, проваливаясь из одного кошмара в другой. Последний сон врезался в память: лицо Тедди кривилось, искажалось, все больше превращаясь в змееподобную маску. Приблизившись вплотную ко мне, он прошипел: «Вот мы и встретились, Поттер». Я в отчаянии заорал: «Тедди!», потому что знал: где-то глубоко внутри этого монстра — мой крестник. От крика маска Волдеморта подернулась рябью, которая все усиливалась, пока на свободу не вырвалось родное лицо Тедди. Пробкой вылетев из сновидения, я безотчетно коснулся старого шрама — не болит. Это обнадеживало.

— Тедди, вставай! Мне пора на работу, а Нарцисса приглашает тебя навестить бабушку в больнице, — я был признателен этой женщине, снова пришедшей на помощь.

Пока я никому не рассказал о происшествии с Тедди. Надеялся справиться своими силами, привлекая лишь самых близких. Вечером собирался обсудить все с Уизли. Но прежде всего нужно было осмотреть дом Вомта — может, удастся найти проливающую свет информацию.

Тедди с удовольствием потягивался, но вставать не спешил.

— Подъем, лежебока! — нарочито бодро произнес я, втайне надеясь, что больше не увижу в его глазах призрак Волдеморта.

— Гарри, что такое приют? — хриплым спросонья голосом поинтересовался Тедди.

— Такое заведение у магглов, где живут дети, у которых нет родителей или других родственников. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Мне приснился мальчик. Он сказал, что тоже сирота, и все злился и ругал какой-то приют, воспитателей и других детей. Сначала я его слушал, а потом мне стало скучно, и я предложил ему полетать. Представляешь, он испугался, потому что думал, что летать не умеет. Тогда я взял его за руку и взлетел. Мальчик от страха вцепился в меня, а я ему сказал: «Посмотри, как здесь красиво». Он огляделся и рассмеялся. И у него раскрылись крылья. А вот полетать наперегонки мы не успели… ты меня разбудил, — Тедди укоризненно посмотрел на меня и вздохнул: — Ведь ты же обещал, что будешь брать меня в Аврорат, а сам отправляешь к Нарциссе.

Я ответил не сразу, пристально всматриваясь в его изменившиеся глаза: основной цвет радужки был по-прежнему узорчато-серым, но контур ее словно обвели темно-красной каймой, а зрачок еле заметно отливал багрянцем. Напрасно надеялся! Загадочная связь между Тедди и Волдемортом — не плод моего воображения.

— Думаю, бабушка очень тебя ждет. Представляешь, как она будет рада? А мне нужно многое успеть, — я потрепал Тедди по вихрам и поцеловал в щеку.

— Я тоже очень соскучился по бабушке, — он приподнялся с постели и крепко обнял меня: — Только ты поскорее приходи за мной.

— Договорились! Сразу же после обеда.

— Нет! Лучше до обеда, а то Нарцисса все время пристает: «Тедди, вы забыли, каким прибором это едят? Держите спину ровно! Не кладите локти на стол!»

— Не пристает, а учит хорошим манерам. Тебе это, кстати, на пользу: ты же у нас из Блэков, — хмыкнул я и твердым голосом, не допускающим никаких возражений, продолжил: — Заберу после обеда. А сейчас быстро умываться, завтракать — и в путь.

*****

Сняв охранные заклятия, я вошел в дом Вомта. Времени на обыск в обрез, а представления о том, что именно нужно найти, не было совсем. Сначала Поисковыми чарами я проверил дом на остаточную магию. Фон от Комнаты был очень сильным, но все же мне удалось найти и без особого труда вскрыть магический сейф. Улов не впечатлил: немного денег, документы на собственность, завещание и стопка пожелтевших писем, написанных Вомту матерью. Здесь же находилась и принесенная мной лицензия на Комнату. Нужно было продолжать поиск. Я методично осматривал бесконечные стеллажи с книгами — ничего, ничего, ничего… Постепенно накатывало отчаяние. Как же помочь Тедди?

Мой взгляд блуждал по рабочему кабинету Вомта. Ладно, пора заканчивать. Присев за письменный стол, начал составлять протокол осмотра. Через пару минут нога затекла, и я заерзал в кресле, стараясь устроиться поудобнее, но коленки все равно упирались в тумбу. Мерлин! Как же Вомт сидел за ним часами? Я отодвинул кресло, присел на корточки, чтобы рассмотреть конструкцию старинного стола.

На полу валялся оброненный Тедди кубик Рубика. Хм.

За недолгое время знакомства с мистером Вомтом я успел оценить оригинальность его мышления. Захоти он что-то спрятать от магов, наверняка бы воспользовался маггловскими штучками. Магия всегда оставляет след, зато обычные головоломки для волшебников — непостижимая наука.

— Говорите, кубик Рубика, мистер Вомт?

Я пытался угадать ход мыслей ученого и словно по наитию потянул вверх массивную красного дерева столешницу. Она поддалась неожиданно легко, немного приподнялась и повернулась вокруг оси, приоткрывая внутреннее устройство тумбы, состоящее из двух частей. Заглушки из красного дерева украшали только наружные грани, а вот на сторонах, примыкающих друг к другу, их не было. Это тайник, запертый на хитрый ключ — в верхнюю панель был вмонтирован кодовый замок в виде кубика Рубика. Промучившись с полчаса, перепробовав бесчисленное количество вариантов, я все же добился своего: собрал грань одного цвета. Мелодично тренькнула скрытая пружина, и моему взору предстали наполненные бумагами ящички. Быстро просмотрел все: документация, схемы, расчеты. Пользуясь ими, невыразимцы смогут снова запустить Комнату.

И только верхний ящик был практически пустым: на дне сиротливо лежала тетрадь в кожаном переплете. Сердце бухнуло. На первой странице размашистым подчерком было выведено:

«Nulla aetas ad discendum sera»

Я никогда не писал дневников, но сейчас мне нужен если не кто-то, так хотя бы что-то, лишь бы не потерять себя. Шансов мало, но я должен учиться на своих ошибках.

Дневник Делора Вомта? Большей удачи и пожелать нельзя. Уменьшив заклятием тетрадь, я сунул ее в карман, привел в порядок стол и через камин связался с главой Аврората. Через четверть часа в доме Вомта во всю хозяйничали невыразимцы. Оставив им инструкции по охранным чарам, я отправился за Тедди. Тяжесть в кармане вселяла надежду, что мы непременно справимся с бедой, свалившейся на мальчика.

*****

В палате Святого Мунго я застал семейную идиллию: сестры за чашкой чая о чем-то оживленно беседовали, а в углу на диванчике Тедди увлеченно читал детскую книжку. Минуту я напряженно следил за ним: читать он умел, но не любил. Что это — положительное влияние Волдеморта?

Наконец женщины заметили меня.

— Тедди, попрощайтесь с бабушкой, а я пока перекинусь парой слов с мистером Поттером, — строго обратилась Нарцисса к мальчику.

Мы вышли в коридор. Бесстрастная маска тут же слетела с ее лица:

— Гарри, откуда у Тедди кольцо? — похоже, она была на грани истерики: обращение ко мне по имени для Нарциссы — почти фамильярность.

— Что вы знаете об этом артефакте? — ответил я вопросом на вопрос, нарушив все нормы этикета, но сейчас чопорной Нарциссе было явно не до них.

— Это крайне опасный артефакт, побывавший в руках у Темного Лорда. Фамильный перстень Блэков из моего приданого. Он был приобретен у гоблинов еще во времена Основателей. В сентябре 1997 года Темный Лорд для проведения какого-то ритуала срочно потребовал у Люциуса кольцо гоблиновской работы и выбрал из нашей коллекции мой, с изумрудом, а я побоялась воспротивиться. Затем Темный Лорд приказал вызвать ювелира-гоблина. Супруг выполнил его распоряжение, и больше я не видела ни мастера, ни этого кольца, — лицо побледневшей Нарциссы пошло нервными красными пятнами. — Одно я знаю точно — раз это кольцо побывало в руках Темного Лорда, для Тедди оно может быть смертельно опасным.

— Большое спасибо, Нарцисса, за информацию. Мне кажется, она очень важна. Постарайтесь успокоиться. Я не позволю призраку Волдеморта причинить вред кому бы то ни было, а тем более Тедди.

— Гарри! — благодарно выдохнула Нарцисса и уже гораздо спокойнее продолжила: — Я проверю, какие именно книги из нашей библиотеки читал тогда Темный Лорд.

Я с интересом, словно впервые увидел, разглядывал уже немолодую женщину.

— Темный Лорд явно недооценивал вас.

— Поверьте, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы он не воспринимал меня всерьез, — печально усмехнулась она.

И тут из-за двери показалась довольная мордашка Тедди.

— Я готов идти на работу, — задорно выпалил он, и мы с Нарциссой невольно улыбнулись.

— Нет, Тедди, я уже закончил всю работу на сегодня. Мы можем погулять по Диагон-аллее, а вечером нас ждут на ужин Рон и Гермиона.

— А Билл будет?

— Будет! И семью с собой возьмет, — улыбнулся я, отлично понимая, к чему клонит Тедди. С Мари-Виктуар он готов был возиться часами.

*****

Мы проводили Флер с детьми в сад, а сами устроились в креслах у камина. Я коротко пересказал последние события и начал чтение дневника. Записи в нем были суховаты и кратки. Очевидно, Вомт больше привык к изложению фактов, а не эмоций.

03.09.1997
Неделю назад в связи с назначением на должность главы Отдела Тайн я был удостоен аудиенции у лорда Волдеморта и нежданно получил почетное право называть его Темным Лордом, хотя никогда не пользовался прозвищем Тот-которого-нельзя-называть. Только Альбус Дамблдор мог называть Волдеморта по имени, а моя смелость вызывала необоснованные подозрения у коллег. Однако я никогда не разделял взглядов этого мага, не сталкивался ни с ним, ни с его открытыми сторонниками. Я дружил с Августом Руквудом, но, как и все в нашем отделе, был поражен, что он оказался шпионом Волдеморта.
Я впервые видел Темного Лорда и пытался анализировать впечатления: внешность — отталкивающая, характер — крайне агрессивный, неуравновешенный, магические познания и умения — феноменальные. Это уже не человек, а монстр, живущий по своим, непостижимым для людей законам.


— Не в бровь, а в глаз, — отметил я, прервав чтение. — Интересно, как он охарактеризовал меня при первой встрече.

— Гарри, давай лучше я почитаю, — вмешалась Гермиона, забирая дневник. — Теперь я понимаю, почему в Хогвартсе ты не успевал читать учебники, — ни один абзац не можешь оставить без комментариев.

Меня поразил его уровень владения легилименцией: ему уже не нужно брать палочку в руки, чтобы войти в чужое сознание. Вторгается Темный Лорд так бесцеремонно, что я не сдержался и, практически пойдя на ментальную дуэль, показал ему свои умения. Ничья, но лучше бы я проиграл: Темный Лорд не мог допустить, что кто-то в чем-то может противостоять ему.
Он полностью поменял тактику: уже не запугивал, а очаровывал меня — и этим добился успеха.
Удалив из комнаты своих соратников, Темный Лорд более часа с крайним интересом беседовал со мной о работе над Аркой Смерти, о моих дальнейших планах. Он, как исключительно сведущий маг, дал несколько ценных советов, а затем ненароком перевел разговор на тему легилименции и окклюменции, пытаясь выяснить причину моего умения противостоять ему: врожденные ли способности или неведомые ему знания. Мой откровенный ответ: «Использовал разработки магглов по психологии и физике тонких энергий» — дорого мне обошелся: сегодня меня окольцевали, словно неведомую зверушку для дальнейшего изучения.
Темной Лорд ненавидит магглов. Но мой аргумент, что среди магов и магглов рождается приблизительно одинаковый процент талантливых ученых и лишь в связи со значительным количественным превосходством у магглов подобных людей больше, Темным Лордом был по-своему услышан. Он согласился не изменять сознание этим самородкам, а предоставить всех их в мое полное распоряжение. Я — глава концентрационного лагеря для ученых-магглов? Стало страшнее, чем при Гриндевальде, чья политика в свое время вынудила меня покинуть родину.


— Да чтоб тебя, рожа волдемордовская… — не удержавшись, Рон грязно выругался и получил недовольный взгляд от Гермионы.

— Дорогой, я полностью разделяю твое мнение, но предпочитаю, чтобы ты его высказывал в корректной форме.

Сегодня меня пригласили на собрание так называемых Упивающихся Смертью. Темный Лорд выступил с речью, в которой с невероятным пафосом объявил, что наряду с Ближним кругом осчастливленных Темной меткой появится еще один — Носители кольца. Отметил, что на его членов будет возложена особая миссия, и, к моему ужасу, первым в этом круге он объявил меня и надел на мой палец старинное кольцо с крупным изумрудом. Я еле смог выдавить из себя слова благодарности, когда почувствовал, как мертвой хваткой вцепился в меня этот артефакт.

— Неужели снова хоркрукс? — воскликнул я.

— Не спеши с выводами! — шикнул на меня Билл. — Потом обсудим. Читай дальше, Гермиона!

— Именно ты достоин этой милости, Делор Вомт, — значительно проговорил Темный Лорд: — Сама судьба связала нас: из букв твоего имени и фамилии складывается слово «Волдеморт».

Ох, какой завистью блеснули глаза Беллатрикс Лестрейндж. А я стоял ни жив ни мертв, пока Упивающиеся смертью поздравляли меня с этой сомнительной привилегией. Думаю, что в этот момент все мои достойные предки перевернулись в своих гробах.


— Слава Мерлину! — обрадовался я. — Одной проблемой стало меньше: не хоркрукс. А с именем действительно мистика какая-то.

— На этом запись заканчивается, дальше какие-то заметки, с кем нужно встретиться, и рабочие планы, — Гермиона перелистывала страницы дневника. — Потом я это все тщательно изучу, а сейчас у нас мало времени. Вот следующая запись!

15.10.1997
Дело плохо — кольцо Темного Лорда снять невозможно! Я перепробовал сотни способов, от магических до маггловских! Надеюсь, что лишь пока невозможно. И рассчитывать я могу только на свои силы, ведь Темный Лорд полностью меня контролирует. Я не совсем понимаю природу нашей связи, появившейся благодаря кольцу. Входит ли он в мое сознание после того, как произнесет соответствующее заклинание, или использует иной способ, но время от времени я, повинуясь незримой команде, начинаю мысленно отчитываться перед ним о проделанной работе по созданию Комнаты. Я словно бы чувствую, доволен Темный Лорд или же, по его мнению, сделанного недостаточно. Порой он передает мне инструкции, и я вынужден строго придерживаться их. И никакими заклинаниями или мысленными усилиями я не в состоянии остановить этот процесс. Единственным плюсом ситуации является то, что с момента инициации меня больше не вызывали в поместье Малфоев. Но все же я должен признать: помощь Темного Лорда в моей работе неоценима. А пару раз по его распоряжению мне доставили весьма ценные и очень редкие артефакты.


— Здесь опять технические выводы, — Гермиона по диагонали проглядывала странички. — Так. Вот снова.

Все больше проявляется некий побочный эффект кольца Темного Лорда: я чувствую его мысли. Иногда настроение. И это ужасно!

— Тут Вомт не врет, это действительно ужасно, — мрачно вставил я.

— Я никогда не сталкивался с подобной магией, — погруженный в размышления, Билл тер небритый подбородок. — Однако отлично понимаю, зачем Волдеморту потребовалось кольцо именно гоблинской работы. Их магия не исчезает, как наша, после смерти волшебника.

— Но ведь Хогвартс пронизан магией, — удивился я. — А его Основатели умерли тысячу лет назад.

— Гарри, я уже и не надеюсь, что ты когда-нибудь прочтешь «Историю Хогвартса», — возмутилась Гермиона. — Основная функция директора школы — поддерживать древнюю алхимию Основателей. Поэтому его портрет после смерти появляется в директорском кабинете.

— Магию Хогвартса вы обсудите в другое время, — мне всегда нравилось, что Билл может пресечь занудство Гермионы. — Сейчас важно другое — кольцо. Оно является проводником мыслей и чувств. Причем для обоих. Более сильный магический потенциал, то есть Волдеморт, доминирует, подчиняет себе более слабого, диктует ему свою волю. Но что случится, если потенциал второго станет больше?

— Или у первого резко понизится? — быстро подхватила идею Гермиона и зашуршала страницами дневника в поисках нужной даты.

02.05.1998
Я проснулся на рассвете от ощущения, что в сердце мне вонзили нож. Но через мгновенье боль исчезла, зато возникла и все больше нарастала паника. К тому же я вдруг начал мерзнуть, и ничто мне не могло помочь согреться. Больше того, я все время слышал плач младенца. Сначала я пытался не замечать его. Но он становился все сильнее, и в растерянности я кинулся к входной двери, чтобы понять, откуда он доносится. Только никаких детей ни на пороге, ни поблизости не было.
Я затопил камин и закутался в одеяло с головой, но продолжал отчаянно мерзнуть. И тут мне пришла полусумасшедшая мысль, что холодно не мне, а этому младенцу, присутствие которого я непрерывно ощущал. Тогда, ни на что особенно не рассчитывая, я представил, что беру его на руки и укачиваю, как когда-то моя мать баюкала младшую сестру. Почему-то эта нехитрая фантазия помогла мне, и незаметно для себя я уснул.
А через час меня разбудила эльфийка и сообщила, что Гарри Поттер уничтожил Темного Лорда и по всей стране идут аресты его сторонников.
Я в ужасе. Не хочу прятаться, но и не могу ждать, когда за мной придут. Пойду сдамся сам…


— Кажется, я догадываюсь, почему характер Волдеморта в Комнате стал лучше! — от волнения я вскочил на ноги и забегал по гостиной, пытаясь поймать идею за хвост. — Мистер Вомт «вынянчил» младенца. Связь, что обеспечивала магия кольца, позволила Вомту сохранить сущность Волдеморта. Вот только где она находится? Эта сущность?

— Гарри, опять твои скоропалительные выводы? — возмутилась Гермиона.

— Послушай же меня! — я настойчиво пытался донести до нее свою догадку. — Мистер Вомт — несомненно, более нравственный человек, чем Упивающиеся смертью. А вдруг он смог передать часть своего характера Волдеморту?

— Похоже на правду, — задумчиво обронил Билл. — Я склонен доверять интуиции Гарри, хотя впервые сталкиваюсь с ситуацией, когда черная магия делает кого-то лучше, чем он есть.

— Похоже, твое мнение разделяет и мистер Вомт, — Гермиона оторвалась от дневника и пересказала своими словами: — Пока продолжалось следствие, мистер Вомт заметил, что не покидающий его сознание младенец перестал постоянно плакать и заговорил.

— Голосом Волдеморта? — предугадал Рон.

— Мыслями Волдеморта, — поправила Гермиона и замолчала.

Мы с Биллом напряженно замерли, пока ее взгляд скользил по страницам.

Я чувствую, как опустошающе действует эта связь. Возможно, лишь смерть освободит меня от этой жуткой выматывающей зависимости. К сожалению, магия кольца поддерживает физические силы, но мне все труднее оставаться психически здоровым. Я отдал бы все что угодно, лишь бы закончился этот ужас…

— Я не представляю, как человек его возраста мог заниматься серьезной научной работой и при этом жить за двоих. Последние страницы дневника пронизаны невероятной усталостью… Но, не смотря на это, он все же закончил работу над Комнатой.

— Да, получается, Вомт энергетически поддерживал Волдеморта, а тот удерживал его на этом свете, — подытожил Билл. — И, как только Вомт избавился от опасного артефакта, силы оставили его, и он умер. Судя по рассказу Гарри, Волдеморт к этому не был готов.

— Ладно, мне понятна причина его скоропостижной смерти, но как можно было навязать это ужасное кольцо шестилетнему мальчику? — моему возмущению не было границ. — Ведь Тедди вместе с зачарованным кольцом получил связь с Волдемортом, и как это отразится на ребенке, одному Мерлину известно!

— Не знаю, Гарри. В дневнике об этом ни слова, — пожала плечами Гермиона. — Похоже, что насколько улучшился характер у одного, настолько упала моральность другого. Сейчас, пока не снято кольцо, нам остается только надеяться, что Тедди для Волдеморта окажется крепким орешком.

В комнате наступила мертвая тишина. Под звук переворачиваемых Гермионой страниц дневника каждый из нас молился, как мог, за Тедди.

— Гарри, желаешь узнать, что написал о тебе Вомт? — дождавшись моего кивка, Гермиона ехидно улыбалась.

18.07.2004
Сегодня я впервые увидел знаменитого Гарри Поттера. Невероятно, как этот маг смог победить Темного Лорда! Подобный результат отношу только к дару судьбы, ведь никаких выдающихся данных в Гарри Поттере нет. Я очень легко сломил его в ментальной атаке. Удивляюсь, как он выстоял против Темного Лорда в Комнате.
…Странно, прошло несколько часов, а я все думаю о Гарри Поттере. Положительно, в нем что-то есть. С нетерпением жду продолжения нашего эксперимента. Сможет ли он заставить Комнату исполнить его желание? Интересная перспектива: изучение возможности изменять реальность человеческой мыслью. Может, именно в этом кроется дар Поттера?


— А вот и последняя запись в дневнике.

19.07.2004
Я не понимаю его. Он требует, чтобы я все рассказал Поттеру. Это выше моих сил.


— Волдеморт?! — воскликнул я.

— Тише, дорогой! Соседей перепугаешь, — раздался голос Джинни.

Она стояла в дверях гостиной, держа за руку Тедди.

— Джинни?! Почему ты вернулась? Что-нибудь случилось?

— Не пугайся, — ласково улыбнулась она в ответ. — Меня сняли с соревнований... Я беременна.

На секунду я остолбенел, но тут же подбежал к жене, подхватил ее на руки и закружил по комнате. Рядом с ярко-розовыми от возбуждения волосами подпрыгивал Тедди:

— Ура! Ура! У меня будет брат! Я буду с ним играть!

И вдруг раздался звук разрываемой ткани, за спиной мальчика развернулось нечто радужное, и он взлетел. Все растерянно замерли, глядя на то, как невысоко, в полуметре над полом, быстро-быстро взмахивая крыльями, завис Тедди.

— Мерлин дери! — выдохнул Рон. — Я, конечно, знал, что метаморфы много чего могут, но чтобы еще и летать умели…

— Рон! — тут же зашипела Гермиона, — здесь же дети!

*****

Наконец вызванная невероятными новостями суета утихла, и мы засобирались домой. Билл отвел меня в сторону:

— Гарри, завтра я переговорю с гоблинами. Думаю, они смогут найти способ снять кольцо.

— Отлично! Как только что-нибудь узнаешь, сразу шли сову. А пока, — хмыкнул я, — Волдеморту придется почитать с Тедди сказки.

— Вот уж действительно, странный знак судьбы. Волдеморта, всю жизнь высоко ценившего свои знания и умения, победил юнец, даже не сдавший ТРИТОНы. А теперь ему вообще придется противостоять малышу, которому еще ждать и ждать поступления в Хогвартс.

Я усмехнулся, с удовольствием поглядывая на Тедди. Новое уменье так вдохновило его, что он все время порывался снова взлететь. Джинни обхватила его за плечи и что-то зашептала на ухо. И тут мой взгляд привлекло нечто, лежащее возле ее ног.

— Кажется, к гоблинам обращаться уже не нужно.

Билл недоуменно посмотрел на меня.

— Тедди уже победил Волдеморта, — я показал на упавшее на пол старинное кольцо с изумрудом. — И я точно знаю, что его помогла снять сила любви.

Fin

"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"